Калибр Личности (СИ)

Вызвонив пару своих должников в министерстве обороны, Гравис узнал текущий расклад дел — хуже некуда. Инквизиторов после серьёзного допроса передали в другой приход, требуя высылку из страны врагов Аквитании. Сам епископ Ринго Гравис официально объявлен в розыск. Неофициально четыре драконьих клана уже приговорили его к смерти.
[Уходить, не хлопнув дверью?] — Гравис себе не мог такого позволить.
Епископ со своей командой Первопроходцев спустился в комнату с алтарём. Реликвия в виде огромной светящейся каменюки, находящейся в подвале храма, выполняла функции хранилища эссенции веры в Иссу. Текущий запас сублимированной энергии в ней собирался весь последний год. Пользоваться этой силой напрямую могли лишь высшие иерархи церкви: епископы, кардиналы и патриархи.
Прикоснувшись к алтарю, Гравис всю доступную ему мощь пустил на сотворение всего двух мощнейших проклятий нарастающего типа. Имена целей уже известны — некий Макс Граут и агент нацбезопасности Аарон Фостерс. Оба должны находиться сейчас в Теоне — то есть на территории действия храмов Иссу. Божье проклятие само найдёт неверных.
— Смерть! — рычал Гравис, с мольбой смотря на символ своей веры. — Тех, кто пойдёт против церкви Иссу, ждёт только смерть. Драконы, эльфы, орки, люди… Пусть все в Теоне знают, что ждёт врагов церкви Иссу.
Алтарный камень под рукой Градиса сразу потеплел, принимая полученную команду. Требовалось время на поиск цели. К полудню алтарь загудел, сигнализируя о сильном расходе накопленной силы веры. Такое было возможно только в случае мощнейшей защиты от проклятий у цели… Или если сама цель находилась далеко от ближайших храмов Иссу. Однако Гравису уже доложили: Фостерса и Граута ещё несколько часов назад видели в Теоне.
Примерно к часу дня огроменный алтарный камень гудел, раскалившись добела, словно печка. Гравис всем своим телом ощущал колоссальный расход силы веры. Такого объёма сублимированной энергии хватило бы на убийство пары абсолютов [7], не говоря уже о паре человек…
[Лишь один из которых является магистром [4],] — подметил Гравис.
При этом в Теоне царила хорошая погода. Ни грома, ни молний, ни сильных взрывов. Вообще, ни намёка на действие одного из мощнейших проклятий церкви.
Вззз…
В ярчайшей вспышке алтарный камень Иссу вдруг разрушился, рассыпавшись по полу горой оплавленных камней.
— О Великий! — епископ Гравис с откровенным шоком смотрел на разрушенный символ веры. — Кого я, чёрт возьми, пытался проклясть, если даже ТАКОГО объёма энергии веры не хватило?
 Глава 15 
 Начало больших переговоров 
Остров Красных Фантомов
47 километров от Теона
Тащить подпалённого магистра-крокодила пришлось в обход того утёса, где раньше находился разгромленный маяк. А он здоровый, зараза! Весит больше сотни кило, да ещё и в обугленном снаряжении.
Выйдя во двор построек около маяка, застаю интересную картину. Девица-целитель из числа похитителей лечит своего коллегу-учителя. Того, что всё время возился во время сражения с пулемётом. Оружия боец лишился ещё во время начала схватки, несколько раз неслабо отхватив. Заметив меня, девушка рванула к лежащему неподалёку Фоксу Малдеру. Американец вяло шевелился, вконец выбившись из сил.
— Ещё шаг, — произнесла целительница, приставив нож к горлу федерала, — и я вскрою ему глотку!
— Да хоть всю башку ему под корень оторви, — зевая, спокойно прохожу мимо. — Я её потом приделаю обратно. Если ты ещё не заметила, твой заложник американец. Пошарь в его карманах. А я русский. Тот тип…
Махнув свободной рукой, указываю на Фостерса, сцепившегося с магистром-богомолом.
— … Только он один из Теона. Так что забудь о том, что заложник тебе хоть в чём-то здесь поможет.
Бросив в лужу обугленного крокодила, иду к последней парочке, трепыхающейся в грязи. Магистр-богомол пробил насквозь своим копьём грудную клетку Фостерса. Оружие застряло в ране. Сейчас Аарон находился в форме получеловека-полуящерицы. Нечто вроде поясохвоста, чьё тело покрывает бронированная чешуя. Руки, шея, голова… судя по высокой степени трансформации, Фостерс находится в шаге от перехода из магистров [4] в старшие магистры [5].
  
В ходе боя шипастая рука Аарона пробила грудную клетку богомола и теперь сжала последнее уцелевшее лёгкое. Копьё противника перерубило федералу одну из ключевых артерий. Если богомол выдернет его, Фостерс погибнет из-за внутреннего кровотечения. Это не тот случай, когда сильный боец может выжить за счёт сильной регенерации… Да и у богомола ситуация не лучше.
Присаживаюсь на корточки перед двумя бойцами.
— Фостерс, будь добр. Не суетись. Я сейчас обезболю рану, — щелчком пальцев создаю необходимое плетение. Затем смотрю на богомола. — Даю слово, что не стану никого из вас убивать и даже окажу целительскую помощь. Твоя подружка такую рану…
Взглядом указываю на пробитую грудную клетку богомола.
— … Не факт, что сможет быстро залатать.
— Г-гарантии? — прострекотал магистр, сдерживая крик боли.
— Моё слово, — снова зеваю. — Устал я с вами. Посмотри назад. Твоего друга крокодила я же зачем-то сюда притащил. И он, к слову, ещё дышит. Так что, будь добр, отпусти древко копья, и я вытащу руку моего коллеги из твоей груди. Живой ты мне куда интереснее, чем мёртвый.
Едва богомол отпустил древко копья, как я тут же его парализовал. «Паралич» целители, вообще-то, применяют не для боя, а в целях обезболивания раны пациента. Но боевые целители, вроде меня, это уже совсем другой расклад.
Аккуратно вытаскиваю шипастую руку федерала из открытой раны в грудной клетке богомола. Затем провожу экспресс-лечение, к какому привык в полевых госпиталях. Во время «войны за веру» я тысячи подобных ранений исцелил.
Срастить сосуды, раздробленные кости, очистить ткани от следов инфекции и многое другое. Аж целых шесть минут пришлось возиться с магистром-богомолом. Под конец погружаю бедолагу в «целебный сон».
Аарон всё это время напряжённо наблюдал за тем, как девушка-целитель латает стрелка-учителя [3]. Малдера она отпустила, сосредоточившись на лечении.
[Молодец, чтит Кодекс — «оказывает помощь тому, кому она нужна, независимо от обстоятельств». Там, конечно, есть куча оговорок, но смысл в том, что, взвесив все за и против, она сейчас помогает пациенту. Не убегает, не угрожает, не бросается на нас с Аароном с кулаками.]
Вытащив копьё из раны, быстро привожу Аарона в порядок. Разорванную артерию несложно залечить. Проходя мимо, накладываю на крокодила несколько мощных плетений регенеративного типа — с ожогами его будет сложно перевозить. Магистр-гидромант жив и минут через десять придёт в себя. Добавляю сверху «целебный сон». Никому из нас не нужна вторая схватка.
Девушка-целитель хлопочет над пациентом. Так что я сразу перехожу к делу.
— Комаров, — кивком указываю на чемодан-сундук. — В каком он состоянии?
— Живой, цел… насколько это возможно, — недовольно буркнула девица. — Я его еле успела достать из пожара в маяке, когда вы там с Пепе сцепились.
— Цель задания? — спрашиваю, ибо мне правда интересно.
Целительница в ответ молчит, напряженно сопя над пациентом.
— Ладно, узнаем по-другому, — повернувшись к Аарону, указываю на девицу. — Фостерс, вопрос по твоей части. Два магистра, один учитель, целитель-ветеран, минимум один двойник-ментат, плюс скрывшийся водитель. Как думаешь, кто они?
— Разведка, кто же ещё, — федерал хмурится. — Группа особого назначения для быстрого внедрения и выполнения оперативных задач. Это не глубокое внедрение. Сроки маловаты. И не сбор информации. Сборка группы у них не та. Тут, скорее, миссия рейдового характера. Причём группа довольно сильная, учитывая наличие аж двух магистров.
Снова поворачиваюсь к девице.
— Мне нужен был консул Комаров, а не ваша банда… или группа. Называйте себя, как хотите, — из меня вырвался смешок.– Ей-богу, цирк какой-то! Прихожу в консульство, а там ваш человек. В общем, леди, поступим следующим образом.