Берсерк: Против всех (СИ)

Однако боль в мышцах никуда не делась, и каждое движение отдавало в мозг неприятными ощущениями. Но требовалось двигаться. Вот только куда?
Для начала я решил вернуться назад. В пещеру с костями. Если у Молоха было столько много жертв, возможно, среди их останков можно найти что-нибудь полезное. И найденный источник света должен мне в этом помочь.
Однако, среди раздробленных костей я не нашел ничего полезного. Лишь чудом уцелевший кусок ткани, который перевязал на поясе в качестве набедренной повязки, дабы не щеголять своими причиндалами на всеобщее обозрение. Хотя, кого мне тут стесняться?
И я уже собрался было покинуть это место, как краем глаза заметил тусклое мерцание в отдаленном углу пещеры. Я не увидел его в первый раз, так как оно находилось за горой костей.
Я подошел к заинтересовавшему меня месту и завороженно вздохнул. Здесь находился оракул! Тот самый темный оракул бездны, которые, по словам Игоса, стражи и хранители уничтожали везде, где только найдут. И, очевидно, до этого они не смогли добраться.
Темный артефакт отозвался на мой зов.
Бездна приветствует тебя, благословленный. Тебе доступно улучшение базового уровня и выбор класса. 
Новый навык? За что? Ах, да! Я же убил одного из стражей. Видимо, бездна приняла его жертву. А также мои характеристики достигли нужного уровня для получения класса.
Тут я поморщился. Я не хотел становиться гребанным щитоносцем. Поэтому решил начать с выбора навыка.
Но оракул на этот раз не давал выбора. Когда я запросил улучшение, он просто выдал мне:
[Очи тьмы]. Базовый. Вы можете видеть в темноте. 
Такое простое описание, но как много оно сулило. Как минимум, возможность не убиться в этой мгле обо что-нибудь. Поэтому я не расстроился. Видимо, бездна лучше меня знает, что мне нужно.
Подошел момент очередного выбора без выбора. В прошлый раз класс был доступен лишь один. Но моя челюсть отвисла, когда рядом со сферой, изображающей воина в доспехах со щитом, я обнаружил еще одну сферу с почти голым мужчиной, держащим в руках два топора.
[Берсерк]. Базовые характеристики — сила и выносливость. С получением урона физические возможности берсерка, такие как сила, выносливость и ловкость, возрастают. Также возрастают его сопротивляемости всем типам магии. Однако повышенная мудрость и интеллект препятствуют его развитию. 
Это было идеально! Раз уж я теперь тупой, но сильный, это мне подходило как нельзя кстати. Вот только почему в прошлый раз я не видел этого класса? Спросить пока что было некого.
Естественно, я выбрал берсерка, и оракул вновь поприветствовал меня:
Добро пожаловать в бездну, берсерк. Пусть твоя ярость омоет кровью этот мир. 
— Всенепременно, — ответил я задумчиво. Но оракул на этом не закончил и выдал мне сразу четыре классовых навыка:
[Дитя гнева]. Классовый. Пассивный. С увеличением полученного несмертельного урона, твоя характеристика силы кратно повышается. 
[Дитя отчаяния]. Классовый. Пассивный. С увеличением полученного несмертельного урона, твоя характеристика выносливости кратно повышается. 
[Дитя ненависти]. Классовый. Пассивный. С увеличением полученного несмертельного урона, твоя характеристика ловкости кратно повышается. 
[Дитя презрения]. Классовый. Пассивный. При получении стихийного урона от магии, сопротивляемость к данному типу стихии повышается. 
Это было интересно. Не понятно, конечно, насколько происходит увеличение всего и вся. Значит, придется выяснять эмпирическим методом. Вот только уточнение «кратно» означало, что, чем выше определенная характеристика изначально, тем существеннее будет и повышение. А это значит, что сверхловким я уже всё равно не стану.
Когда я закончил с оракулом, выбрав класс и навык, мир вокруг преобразился. Да, он не стал красочным фэнтезийным местом с пони и радугой, но теперь я хотя бы мог отчетливо видеть все детали окружения.
С новым зрением я побродил среди костей и на этот раз смог найти еще кое-что полезное. Например, немного ржавый, но вполне себе целый нож. Он не был артефактным, а вполне обычным, но вместо моего складного сойдет. Положил я его в потрепанную поясную сумку, найденную здесь же. Она была также в печальном состоянии, но всё еще целая. В любом случае лучше, чем носить всякие мелочи в руках. Также в неё отправились зажигалка и сигареты.
  
Я вернулся в пещеру Молоха.
По идее, теперь мне должно было хватать силы, чтобы воспользоваться хотя бы одним из мечей. И это оказалось действительно так. Одной рукой я не смог бы удержать такую шпалу. Но вот двумя я уже мог вполне себе сносно махать одним из них. Какой же выбрать? [Дробильщика] или [Истязателя]? Живые меня волновали больше, чем неживые, поэтому я выбрал второй.
Я с кряхтением поднял меч и вытянул его перед собой, держа его двумя крепкими руками.
— Что вершит судьбу человечества в этом мире? — философски задал я вопрос в пустоту. — Не знаю. Но отныне свою судьбу я буду вершить сам.
Я взвалил меч на плечи и собрался было отправиться на поиски выхода, но сделав пару шагов, остановился.
Блин. Нельзя просто так бросать столь ценный артефакт, но и таскать с собой его было смерти подобно. Один [Истязатель] уже был ощутимой ношей. Поэтому [Дробильщика] я решил припрятать. Возле алтаря? Нет. Лучше подальше. Я оттащил второй меч к темному оракулу и присыпал его кучей костей. Вряд ли его кто-нибудь найдет. А если будет возможность, я за ним вернусь.
Ну, вот и всё. Теперь я мог отсюда выбираться. Обойдя пещеру Молоха, я обнаружил узкий петляющий проход.
Идти по нему было довольно сложно, тем более с моим новым мечом, который то и дело цеплялся за торчащие камни. Но я справился.
В конце проход шел на подъем, и мне пришлось даже немного вспотеть, прежде чем я оказался в весьма обширном тоннеле. А широк он был настолько, что по нему мог спокойно проехать целый зерноуборочный комбайн.
И опять вставал вопрос, куда идти. Пути было два. Налево и направо.
Я поднял палец правой руки вверх и заводил им в стороны в такт считалочки, придуманной на ходу:
— Вышел бéрсерк из пещеры и пробил тебе фанеру. Будешь окаянный знать, как мозги ему… ком-по-си-ро-вать! Ну, направо так направо. — Пожал я плечами и двинулся, куда глядят глаза.
Не знаю, как долго я так бродил по пещерам. Тоннели постоянно то разветвлялись, то соединялись, и я уже задолбался по ним петлять, пока одно из ответвлений не привлекло моё внимание. Около входа в него валялись кости.
— Ох. Опять кости? — я закатил глаза, но двинулся по странному тоннелю.
По мере продвижения костей становилось, ожидаемо, больше. Наконец, я вышел на обширное скалистое плато, с которого открывался вид на заброшенный подземный город. Дома его были маленькие и неказистые, как будто слепленные из глины. Но не они были самым интересным здесь. Вдали на всю высоту гигантской пещеры возвышалась пирамида, чем-то напоминающая пирамиды майя.
— Хм. Зиккурат уже построен, — заметил я про себя и смачно высморкался с высоты плато. — Значит, нужно поискать золото.
Но для начала я нашел спуск в город.
Ничего интересного в нем не было. Лишь то, что отдельные кости сменились прямо целыми скелетами. Похоже, что человеческими.
Заглянув в пару домишек, я обнаружил лишь всякие черепки да домашнюю утварь. Хотя мне удалось также найти более чистый кусок ткани вместо ветхой тряпки и повязать его на манер юбки, в которой изображались греческие герои.
— Ну, теперь можно и на подвиги, — заключил я, подходя к подножию пирамиды. — Э-э-й! За-а-аяц! Ты меня слышишь⁈
Но никакой заяц мне не ответил. Так что, если там и были монстры, то на провокацию они не поддались.
Удивительно, но от восхождения по ступеням я практически не устал. Вот что повышенная выносливость делает! Не зря я давился этим вонючим сердцем.
На вершине пирамиды находилось строение, напоминающее какой-то храм с высокими резными колоннами. Я подошел к одной из них и со всей дури ударил по ней мечом плашмя.