Разрушитель Небес и Миров 2. Легион (СИ)

Вот только этот гораздо больше, и глаза его горят яркой небесной синевой.
Уникальный фантом «Белый зверь», боевой питомец (Второй Уровень Канона).
Медведь дергает головой и легко отбрасывает Марику на самый край. Судя по звукам, дальше она катится по склону, доносится всплеск принявшей ее в свои смертельные объятия Мертвого озера. Белый зверь ревет и поворачивает ко мне огромную косматую башку. Идет в мою сторону. Держу перед собой тесак, отползая, пока не упираюсь спиной в камень, и понимаю, что в этом звере нет враждебности. Возможно — насторожённость. Любопытство. Даже немного дружелюбия. Но не злобы.
Опускаю клинок.
Белый подходит ко мне и вдруг лижет мою правую щеку широким розовым языком, шершавым, как наждачная бумага.
А потом он исчезает. Будто растворяется… во мне!
Я дергаюсь, приняв в себя поток синей энергии. Морщусь, потираю лоб, где еще живет легкая боль от иглы Марики. Теперь ясно, как слабому карлику удалось выжить в жестоком мире, хотя все еще непонятно, что его сделало таким.
Ведьма внизу начинает звать на помощь, крик прерывается рыданиями, голос ее сипнет, хрипнет, стихает. Надо увидеть, как она каменеет, окончательно убедиться, что ведьма мертва. После ее смерти я должен попасть обратно в свое тело, но почему-то ничего не происходит. Может, Артур неправ, и я навсегда останусь увечным карликом?
И снова что-то происходит. Зрение становится четким, я поднимаюсь выше, выше — и вижу лежащего на земле Старика. А еще окаменевшую Марику. Она погибла не сразу, пыталась выбраться из воды да так и застыла: одной ногой в озере, второй на берегу. Изорванная одежда тоже окаменела, волосы закрывают лицо.
Мое сознание поднимается еще дальше, вижу место, где кипит бой, хоть до него далеко. Не могу ни вмешаться, ни сдвинуться с места по своей воле, только наблюдать.
Нептун что-то выпивает и восстанавливается. Издав нечеловеческий рык, он поднимается с колен, выхватывает меч. Время замедляется, я уже не человек и не медведь, я — призрачный дрон, наблюдающий за поединком с вышины.
Лео, спрятавшийся за каменным выступом, ждет с натянутой тетивой, ждет момент. Высовывается из укрытия и выпускает три стрелы подряд. Одновременно атакует невидимая Дана. Вики без сознания, ее лицо залито кровью.
Нептун, легко отбив атаку Даны, вскидывает руку, и стрелы застывают в полете, а он бросается к Лео, и сорвавшиеся с места стрелы врезаются в камни. Защитный купол «Щита», укрывающий спартанца, вдавливается, деформируется под напором врага.
Это невозможно. Как… Нептун активировал «Маршала»! Он в режиме бога!
Наш противник поворачивает голову, всматривается, и в пространстве проступают очертания Даны, уверенной, что она в невидимости. Неведомая сила вырывает клинок из ее руки, он летит в камень, ударяется о него так, что лезвие ломается. Нептун хватает Дану, приподнимает над землей, она болтает ногами в воздухе… Хочется закрыть глаза, чтобы не видеть, как ее расплющит о камни, но у меня нет глаз, я лишь призрак без тела, парящий над землей.
На выручку Дане спешит Хайям, бросает тесак, он летит в голову Нептуна, чтобы вонзиться между глаз, но, звякнув, отскакивает. Кажется, даже кожу не поцарапал. Зато Хайяму удается отвлечь Нептуна, и Дана валится на землю.
— Уходим! — кричит сбоку Артур.
А дальше Хайям и Лео действуют по сработанной схеме: если не можешь победить врага, обмани его. Настоящий Хайям прячется за камнем, а двойник, созданный Лео, улепетывает со всех ног.
Зрение само собой фокусируется на лежащем внизу теле Старика, покореженном, жалком. Меня будто магнитом куда-то тянет, я пытаюсь размахивать несуществующими руками и ногами, но меня засасывает в темноту. Несколько секунд я еще мысленно тянусь к своим сокланам и союзникам, ввязавшимся в неравный бой.
Потом все это остается далеко позади.
  
Глава 17. Возвращение
   
Просыпаюсь на траве, прижавшись к костлявой спине какой-то девушки. Я замерз, меня трясет. Одновременно хочется прижаться к девушке сильнее и оттолкнуть ее, потому что происходящее попахивает бредом.
Поворачиваю голову и замираю с открытым ртом.
Недалеко от нас от земли и до самого неба простирается мерцающая пелена. В бело-сером тумане рождаются сиреневые, голубые, розовые вспышки, по нему прокатываются световые волны. Завеса будто ожила! Еще во время драки с Марикой она казалась стеной из тумана, огромной и монументальной, но теперь все изменилось. А еще она совсем близко, кажется, руку протяни — и коснешься ее, хотя это только иллюзия.
Завеса отражается в розоватой воде близкого Мертвого озера, которое в результате напоминает северное сияние, только почему-то не в небе, а под ногами.
Пытаюсь подняться, но понимаю, что руки связаны. Мы с девушкой лежим, свернувшись в позе эмбриона, я прижимаюсь к ее спине. От нас веревка тянется к стволу дерева.
Воля: +10%
Интеллект: +5%
Соображается еще туго. Получилось! Мы вернули свои тела. Девушку зовут Линда, пусть встает и радуется!
Приподнимаюсь, вытаскивая из-под нее веревку, и она просыпается, распрямляется сжатой пружиной, пытается уйти кувырком, но падает — ее не пускает связывающие нас путы. Как и я поначалу, она ошарашена и не понимает, что происходит. Раскрыв рот, таращится на завесу, и по ее лицу ползут блики, как от далеких фар проезжающего автомобиля.
Ее рывок едва не валит меня с ног. Стоя на четвереньках, девушка смотрит на меня, и ее серо-зеленые глаза округляются.
Линда, 18 лет, сержант, «Спарта», боец-разведчик
Дополнительное направление: телепат.
Системка! Как же я по ним скучал! Артур говорил, что их когорта качала второстепенные направление. Когда был медведем, нейросеть его не отображала, теперь же в работу включился Культиватор, дающий добавочные возможности.
— Не бойся, Линда, все хорошо, — говорю я и показываю веревку. — Видишь, я не враг тебе.
Она кривится, трет лицо стянутыми руками.
— Что случилось? Где я? Ты кто такой?
Понимаю, что разговор может затянуться, сажусь напротив и спрашиваю:
— Что ты помнишь?
— Ночь. Нападение… Напали «призраки». Меня парализовало. Потом была страшная носатая баба, что-то воткнула мне в переносицу — и все.
Поднимаюсь, чтобы посмотреть, где наши. Нас должны были охранять Илай и Рио. Ага, вижу Илая, он спит сидя! И ведь ясно вижу, хорошо вижу — какое облегчение после того, что было в теле карлика.
Бык, 19 лет, сержант, вне когорты, маг-телекинетик.
Напрягаюсь было, но тут же вспоминаю, что Бык теперь с нами. Был с нами. Неизвестно, как он себя поведет, когда поймет, что его способности вернулись. Вдруг решит мстить мне?
— Кто эти люди? — спрашивает Линда ровным голосом, пытаясь казаться невозмутимой.
— Свои. Все хорошо.
— Тогда почему мы связаны?
Линда, как и остальные «спартанцы», держит лицо, старается не проявлять эмоций, но в ее глазах медленно нарастает тихая истерика.
— Потому что с нами поработал психоскульптор «призраков», и мы некоторое время были…
— Дебилами, — кивает она, продолжая озираться. — Ясно.
— Да. Раз я вернул тело, а ты — сознание, значит, ведьма мертва. Моя когорта объединилась с твоей, чтобы убить ее. Радуйся.
Девушка раскрывает рот, чтобы прояснить картину новыми вопросами, но я отворачиваюсь, потому что безумно хочу освободиться от веревки, растершей запястья, и ору:
— Рота, подъем!
Илай дергает ногами, будто бежит сидя, вскидывает голову и снова роняет ее на грудь. Зато вскакивает Бык, закутанный в шкуру, как гигантская окуклившаяся гусеница, таращится на меня. Затем просыпается и Илай.