Разрушитель Небес и Миров 2. Легион (СИ)

Отмахнувшись от сыплющихся сообщений системы, поворачиваюсь к Ганку. Непонятно, впечатлен тот или нет, один его глаз прячется под свисающей на пол-лица черной челкой, второй чуть горит алым.
— Так что ты там говорил насчет своей мамочки? — небрежно уточняю я. Имеет смысл потянуть время, чтобы восстановить энергию хотя бы немного.
Ганк поднимает руку, приказывая Нептуну пока не атаковать, и отвечает:
— Все-таки хочется знать, а, Никки? Так послушай мою историю. Когда мне было пять лет, мать отвела меня на вокзал, поставила у фонаря и попросила подождать, пока она вернется. И я ждал. День, два, месяц. На морозе, под дождем. Спал в мусорном баке, питался объедками, потому что мама не может не прийти, это ведь — мама! Просто что-то случилось: ее сбила машина, и она в больнице, напали грабители. Но она обязательно выздоровеет и вернется.
Он делает паузу и начинает очень медленно, мелко семеня ногами, приближаться ко мне. Нептун тоже движется в мою сторону вдоль стены, а я стою на месте, жду их. Просчитываю варианты. Готовлюсь.
— В приюте мне сказали, что ее убили, но я не верил и все равно ходил на вокзал, как долбанный Хатико! А потом я увидел ее живую и здоровую, с двумя дочерями и мужем. — Ганк скалится, и его приоткрывшийся рот напоминает вход в красный ад. — Вот что такое предательство, мой мягкотелый дружок. Тогда я втерся в доверие, подружился с сестрой, которая заняла мое место… и пристрелил их всех. Потому что они этого заслужили. Когда я целился в нее, она меня даже не узнала, пришлось напоминать. И ты, сука, тоже заслужил! — повышает голос Ганк. — Потому что ты — склизкое чмо. У тебя нет стержня, характера, только сопли. Ты не достоин жизни, и матери своей не достоин. Она не бросила тебя! А ты… Слабак! Мне нравится мир, частью которого скоро стану. Нравится Легион и его сила. Я тоже сильный, я достоин жизни, ты — ссыкло и сдохнешь! Неп — разберись с ним!
Нептун бросается ко мне, подняв руки. Только теперь понимаю, почему они кажутся такими крупными — его пальцы заросли хитином, а мизинцы и безымянные срослись вместе, и еще по внутренней стороне пальцев тянутся зазубренные кромки. Настоящие клешни! Это какая-то болезнь, проклятие мага или ведьмы, а может — игровая особенность?
Я не зря тянул время, мои силы восстанавливались, и теперь, повинуясь моей неслышной команде, из-за шкур в сторону Нептуна бросается пятнистая гиена.
Он сосредоточен на мне и не замечает ее. Мысленно, на последней секунде режима охоты, даю гиене такой пинок, что она с хриплым воем взвивается в воздух, ее челюсти смыкаются на шее «призрака». Он вопит, находясь уже совсем близко ко мне, едва не падает, вонзает руку-клешню в брюхо гиене и как клинком пробивает его. Отшвыривает зверя от себя, тот визжит, катится по камням, затихает.
Пятнистая гиена нанесла прогрессирующий урон Нептуну: 34%.
Текущее состояние здоровья Нептуна: 64%.
Отшвыривая ее, Нептун полностью раскрывается, и я, мгновенно отказавшись от Хитрого крюка, которым хотел воспользоваться против него раньше, трижды бью Нептуна ребрами ладоней: по локтю поднятой руки, по раненой шее сбоку, и затем спереди, в кадык.
В описании Режима боя для капрала система сообщала о «нанесение простейших бесконтактных ударов с помощью энергии Ядра» — и это именно они. Каждый раз через кисть прокатывается короткая золотая вспышка, с последним ударом Нептун валится на пол. Своими огромным руками он хватается за шею, пытается отползти.
Ты нанес прогрессирующий урон Нептуну: 76%.
Текущее состояние здоровья Нептуна: 23%.
Хочу добить его… и не нахожу в себе для этого достаточной злости. Хотя я в ярости — но она направлена на того, кто находится передо мной, а не того, кто ползает под моими ногами.
Кет у стены лежит неподвижно, система показывает жалкие 7% жизни, оставшиеся в его теле. Нептун медленно отползает к выходу. Ганк уже не приближается ко мне, стоит на месте. Он пытается казаться спокойным, но вижу, что на этот раз он впечатлен. Не знаю, напуган ли, но напрягся — точно.
  
— Неп, ползи отсюда, — брезгливо, с презрением говорит он.
Пусть ползет, сейчас не это главное — мой заклятый враг стоит передо мной, вот что важно.
Пытаюсь активизировать имплант-печати, и наконец они мне подчиняются.
В наборе семь печатей. Никаких дополнительных знаний от меня не требуется: после активации они сами перемещаются из своего пристанища внутри Ядра на мое тело, выплеснув энергию, которая обволакивает его и затвердевает, как будто становится материальной. Четыре парные печати образуют силовые щитки на коленях и локтях, пятая превращается в невидимый шлем, шестая и седьмая закрывают спину и грудь. На человеческом силуэте в интерфейсе в соответствующих местах возникают горящие пятна.
— А ты у нас хорошо развился за эти дни? — говорит Ганк насмешливо и встряхивает рукой с палкой, которую держит за середину, как копье.
Вижу фантастическую картину. От круглого артефакта на его лбу стекают красные потоки, забираются под челку, высвечивают глаз алым огнем, проходят дальше, по шее, под воротник. 
А потом происходит самое невероятное: красная энергия, струящаяся внутри тела, под кожей Ганка, перетекает по запястью правой руки, которой он встряхнул — в палку. Та вспыхивает и разрастается в короткое копье с горящим наконечником, оружие будто отлито из сияющего алого неона.
— Ах, Ники, — произносит Ганк, снова шагая ко мне. — Ты у нас многоборец, ладно. А мне мой артефакт дал другой скилл: я нынче энергетический оружейник. Ну что, теперь, когда нам никто не мешает, возьмемся за дело всерьез?
Он тычет в мою сторону копьем. Оно короткое, а между нами метров пять, и непонятно, чего он хочет добиться. Я бросаюсь навстречу, готовясь провести Сокрушение тьмы, чтобы попытаться сделать тоже, что с Кетом и Нептуном — срубить Ганка одной короткой яростной атакой.
Копье в его руке удлиняется, будто выстреливает мне навстречу лазерным лучом, и алый наконечник бьет меня в голову.
На миг все вокруг делается кроваво-красным.
Ты получил 3,5% деформации.
В ушах грохочет, шлем силового доспеха защищает череп, но на силуэте в интерфейсе вижу, как соответствующее пятно покрывается сеткой трещин.
Внимание! Один элемент силового доспеха выведен из строя! Защитные функции доспеха снижены на 20%!
Накоплено 2 единица деформы.
Отскакиваю, мотая головой. Копье в руке Ганка снова короткое. Нет, оно не стреляет лазером или какими-то лучами, оно само может удлиняться за счет его силы. Шлем спас меня, но если даже один элемент сломан, защита всего доспеха падает, об этом предупреждал покойный Джо.
Не дав мне толком опомниться, Ганк прыгает ко мне. Моя левая рука ныряет к поясу и снова поднимается, сжимая арт маршал, но активировать его я не успеваю. Ганк бьет копьем сбоку, как дубинкой. Я прикрываюсь рукой, в которой сжат арт, и красный стержень энергии, внутри которого спрятан материальный сердечник обычной палки, бьет меня по локтю.
В этот раз доспех отражает атаку гораздо легче, потому что это не тычок наконечником, а всего лишь боковой удар. И все же Ганк попадает мне по суставу, руку прошивает зудящая молния боли, она на миг немеет. Артефакт вылетает из моих пальцев, катится к стене.
Ты получил 1% деформации.
Накоплено 10 единица деформы.
То есть полтора процента деформации равны одной единице деформы? Подсчеты проносятся в голове за один миг — ровно столько мне нужно, чтобы ударить Ганка кулаком в лицо, выплеснув успевшую накопиться деформу.