Разрушитель Небес и Миров 2. Легион (СИ)
Мы бросаемся навстречу друг другу. Пытаюсь достать Дану оплеухой, но она подпрыгивает, бьет в спину, но в этот раз удается устоять на ногах, резко оборачиваюсь, бью открытой ладонью, и энергия Ядра, сосредоточенная в ней, становится продолжением руки, настигает блондинку, обвивается вокруг ее икры, я дергаю на себя энергетическую плеть — Дана вскрикивает и, волчком прокрутившись в полете, падает. Успевает сгруппироваться, приземляется на руки и ноги, откатывается в сторону и хлопает в ладоши:
— Стоп! Что ты сделал? У меня нога онемела.
Пожимаю плечами:
— Сам не понял, как это получилось.
Внимание! Ты создал уникальный комбинированный прием: «Паучья плеть».
Второй мой комбо, хорошо.
Прогресс трансформации: +0,5%.
Сила:: + 0,5%.
Накоплено 1,5 единицы деформы.
Даже не знаю, радоваться или мучиться чувством вины. Ко мне суется Рио, сканирует меня взглядом.
— Как ты это сделал? Я все видел, ты не прикасался к ней.
Пожимаю плечами:
— Видимо, такие бонусы у ранга «капрал».
Хелен подходит к Дане, закатывающей штанину, парни тоже идут посмотреть, что случилось. Середину икры опоясывает наливающаяся краснотой полоса, как от удара плетью.
— Сильный ушиб, — диагностирует Хелен, поглядывая на меня блестящими глазами
Хелен предлагает Дане помощь, но она поднимается самостоятельно, ковыляет в сторонку, освобождая тренировочный плац. Мне необходимо накопить деформу, потому поворачиваюсь к Илаю:
— Разомнемся?
Мы спаррингуем с ним, потом с Рио, и когда я уже совсем взмок, появившаяся из пещеры Хелен зовет:
— Есть пошли!
Идем в берлогу, где, перекусив, я увеличиваю прогресс трансформации на 1%, волю на 0,5%, интеллект на 0,9%. В моей копилке 8 единиц деформы, тело ломит от пропущенных ударов, в голове звенит.
— Ты можешь стать приличным таким бойцом, — говорит Дана с набитым ртом
Мы берем еще по жареному креветочьему хвосту, съедаем. Нужно немного восстановиться перед тем, как идти на разведку.
— Когда выдвигаемся и в каком составе? — интересуется Рио.
— Я и Дана. Запоминаем расположение зданий, я вхожу в контакт с Долли, потом возвращаемся, рисуем карту и разрабатываем план.
Все отлично понимают, что Дана лучше других ориентируется в этих местах, а я — ответственное лицо, кланлид, да и вообще, набег на «призраков» — моя идея.
— Остальные качаются, вечером я к вам присоединюсь. Дана, у тебя есть на примете место, откуда хорошо просматривается лагерь противника?
Она мне подмигивает:
— Так точно, сэр! И не одно. А теперь давайте вздремнем, чтоб травмы зажили, и выдвинемся в полдень.
— Очень разумно, — говорю я и заваливаюсь на лежанку. Илай падает с краю, хлопает возле себя, призывая Хелен:
— Иди сюда, детка.
Она делает вид, что не понимает, зато рядом с ним радостно плюхается Дана, закидывает на него ногу:
— Ты такой! Ух!
Илай цепенеет, напор блондинки почти любого вгонит в ступор. Я про себя ухмыляюсь и засыпаю с мыслью о том, что скоро мы отправимся на разведку. Долли интересуется, где мы, но я пока не отвечаю — сделаю это, когда разузнаю, что представляет собой лагерь «призраков».
Глава 8. Лагерь
7 дней до вторжения
«Призраки» засели не так уж и далеко от волнующейся стены марева, что закрывает центр Острова, в зеленой долине между холмами, вдали от дорог и мало-мальски интересных мест. С высокого холма, где расположились мы с Даной, видно синее полотно озера. Сам лагерь не просматривается. Я пишу:
— Долли, привет. Ответь быстро, выставлены ли у «призраков» дозорные, если да, то в каких местах?
Ответ приходит спустя пару секунд, я почти слышу истеричные нотки:
— Ник, ты где? Где-то рядом? Не лезь, прошу! Они же еще никуда не ушли, только завтра!
— Знаю. Скажи, где дозорные.
— Юго-запад, холм. У него будто срезана верхушка, он нависает прямо над лагерем, оттуда хорошо все видно.
Встав, сразу же нахожу взглядом холм, нет, скорее бугор со срезанным верхом, точнее, его небольшую часть. Вообще, таких бугров по лагерю несколько, кажется, они полые, их используют под жилье. А еще там виднеются мохнатые колпаки — шатры из шкур. Долли продолжает:
— С востока вас точно не заметят. Будет ли на посту дозорный, не знаю… Но лучше не ходи, тут опасно!
— Спасибо, разберусь. До связи!
Дана не знает, что я умею управлять животными, но, когда я переворачиваюсь на спину и закрываю глаза, не дергает меня за рукав. Говорю ей:
— Ближе подходить не будем, я отсюда посмотрю.
Наконец-то получается осознанно, вдумчиво опробовать режим охоты. Система сразу же выделяет подходящие объекты: небольшого парящего в небе сокола и пичугу, суетящуюся в кустах. Выбираю сокола, мысленно устремляюсь к нему, рвусь вверх ментальной ракетой и, незримый, врезаюсь в птицу.
Секундное сопротивление, и пернатый хищник мой. Теперь я, как вояки с помощью дрона, могу наблюдать за лагерем.
«Призраки» построили собственный поселок: восемь небольших глинобитных хижин окружают торчащий из земли каменный палец — тотем, более крупный, чем те, что мы видели раньше. Огражден поселок самодельным забором из перемазанных глиной камней. Интересно, где здесь Долли? Где содержат рабов?
Пикирую вниз, чтобы лучше видеть детали, зависаю. Начинает работать обратный отсчет, напоминающий, что времени у меня чертовски мало. Ни клетки, ни голых рабов на цепях не вижу. Вижу распахнутую деревянную дверь в крайней хижине, штаны, сушащиеся на веревке. В лагере как будто бы никого нет.
Под деревом с листьями, похожими на пятерни, жилистый парень строгает палку. Ощутив мой взгляд, вскидывает голову и тянет руку к топору, но мелкий сокол, севший на веревку, не вызывает подозрений. Слышу голоса, но слов не разобрать. Хрен с ними, мне нужно найти Долли, чтоб понять, как ее вызволять. Где она? Чувствую напряжение, подстегиваемое вспыхивающими перед глазами цифрами обратного отсчета:
15…
14…
13…
Из тела сокола невозможно переписываться с Долли. Ага, вон, на периферии — железный кол с кольцом вверху, к нему приспособлена цепь, а на цепи… она?! Наконец-то я ее вижу! Нет, для тринадцатилетней девочки там кто-то слишком небольшой, как будто ребенок прикован.
12…
11…
Усилием воли покидаю разум птицы, оставив себе десять секунд — на всякий случай, ведь режим охоты будет доступен мне не ранее чем через час.
— Долли, напиши подробно, где ты находишься. Я не вижу клетку.
— Как ты все видишь? Мне надо знать.
— Не надо, поверь. Просто ответь.
— Потому что рабов держат в пещере. В горе, похожей на ведро, где дозорный, есть небольшая пещерка, мы все здесь. Видел кол с цепью?
— Да, там кто-то прикован, как будто ребенок.
— Разве? Когда меня последний раз проводили мимо, у кола никого не было. Может новый пленник. Но я про другое. За тем колом, под большим колючим кустом, Ганк обычно прячет свой арт. он в оболочке, в таком как бы особом мешочке, который ему скрафтила ведьма. Мешочек гасит системки, поэтому арт невидим. Там ли он сейчас, я не знаю.
— Как вас вытащить из пещеры. И сколько вас?
— Сейчас, кроме меня, еще только двое. Тут даже нет двери, только занавеска из шкур. Но мы все хилые, не сможем одолеть надсмотрщика. А если и сможем, далеко не уползем.
— Вас прямо сейчас охраняют?
— Отсюда не видно. Может, да, может, нет.
— Ладно, Долли. Мне пора.
Прерываю связь и говорю Дане:
— Возвращаемся, я увидел все, что было нужно.