Кодекс Оборотня 2 (СИ)

— Мурр? Патрик, вы в порядке?
Из задумчивости меня вывел тревожный голос Охотника. Фалви уже бежал к лестнице. На ступени, хватаясь за сердце, сел мистер Мурр. Я сорвался следом.
— Врача! Вызовите кто-нибудь скорую! — заорал Фалви. — Эй, дружище, ну вы чего это вздумали помирать? Проклятье!
Он расстегивал ему верхние пуговицы рубашки. Мурр хрипел.
— Позаботьтесь, прошу… — еле выговорил он, указав глазами на меня.
— Черт вас побери! — Фалви делал ему массаж сердца и искусственное дыхание.
Еще через пятнадцать минут мистера Мурра застегнули в черном брезентовом мешке и увезли на каталке. Я сидел на ступенях, схватившись за голову. Ошарашенный, не веря, что это случилось.
— Руари, пойдем. Руари! Пора!
Я не сразу понял, что Фалви зовет меня на разбирательство.
— Но как же? Он же был главным свидетелем.
— Пойдем, — мрачно обронил Фалви.
По правилам безопасности мне на руки надели магические наручники и только после этого завели в кабинет. В небольшой комнате за столом сидело пятеро. Мы с Фалви остались стоять перед ними. Секретарь зачитал мое дело. Потом была просмотрена видеозапись с показаниями пострадавшего Грэга, который все еще находился в больнице. Вместо показаний мистера Мурра был зачитан его отчет.
Следом пришла очередь Фалви. Он коротко представился и сказал, что готов ответить на какие-либо вопросы, если они возникнут. И после этого пятеро принялись совещаться. Но я уже знал, что они ответят. Они всё уже решили до начала слушания.
Фалви заметил, что меня трясет, лишь когда я вцепился пальцами в его локоть.
— Руари?
Я поднял на него отчаянный взгляд, он увидел дрогнувшие ноздри и все понял.
— Боже милосердный… — пробормотал он и тяжело вздохнул. — Что же мне с тобой делать, Руари?
Я молчал, не в состоянии что-либо сказать, — сознание вдруг словно отключилось. Фалви прокашлялся.
— Прошу прощения, господа. Увы, я не успел подготовить нужные документы, но могу предоставить их в течение двух дней после принятия решения.
— Вы о чем?
— У меня большие планы на этого мальчика. Я догадываюсь, какой вы готовы вынести приговор, но парню найдется гораздо лучшее применение, чем распугивать ворон, болтаясь на виселице. До того как стать Охотником, я служил в армии. Если соединить мой опыт и потенциал оборотня, мы можем получить нечто ценное для Министерства.
— А поконкретнее?
— Руари станет работать на полицию. Естественно, тайно. Магические создания всегда больше доверяют друг другу. А он так вообще ни у кого не вызовет подозрений, так как он подросток.
— Вот именно, подросток. Совершенно неуравновешенный. Ненадежно всё это, сержант!
— Вы неправы. Увы, покойный мистер Мурр не может сказать этого лично. Но он был очень высокого мнения о своем подопечном. Он мне тут кое-какие короткие выдержки дал. Я только сейчас успел с ними ознакомиться… Посмотрите и судите сами.
Он положил перед судьями какой-то листок. Я в удивлении смотрел на Фалви.
— Посмотрите, там результаты тестов, в том числе ай-кью. Тесты проводились многократно, так что это не случайный результат. Кроме того, у него очень высокая скорость решения сложных задач. Я пришлю вам завтра подробно расписанный план. Ежемесячно буду отсылать отчеты, как продвигается наша совместная работа…
— Разве у вас в Управлении уже не работает доносчик? — фыркнул кто-то презрительно. — И, кажется, довольно успешно? Зачем вам второй?
— У оборотней более тонкое чутье к определенным видам магии. Они дольше остальных видят оставленный магией след. Это умение будет очень полезно при расследовании магических преступлений.
— Хм. А что думаете вы по этому поводу, Руари Конмэл?
Я молчал. Фалви больно сдавил мне плечо.
— Конечно, он согласен, — произнес сержант, поскольку я так ничего и не ответил.
Они переглянулись. Но на лицах по-прежнему было сомнение. Фалви их не убедил.
— Подождите немного.
Фалви, доставая мобильный, вышел из кабинета на несколько минут. Потом вернулся и протянул телефон главному из судий.
— Да? Сэр… Конечно, сэр… — судья нажал отбой, мрачно глянул на сержанта, отдав ему телефон. — Но только под вашу личную ответственность, мистер Фалви. Если что — будете отвечать вместе с ним!
 
Фалви нахмурился, глянул на меня.
— Хорошо.
На зеленый бланк были поставлены подписи и печать. Один экземпляр выдали куратору.
Фалви вывел меня за локоть из зала, втолкнул в какой-то полутемный тупиковый коридор, в котором никого не было, и развернул к себе.
— Ты понимаешь, что произошло?
— Вы что, теперь считаете, что я вам обязан? Это когда вы меня подписали стучать на всех в Клонмеле? — я разозлился.
— Да, ты тот еще фрукт! — возмутился куратор. — Знаешь что, я сейчас порву к черту помилование, и отправляйся кормить ворон.
— Надо было перегрызть вам глотку еще тогда! — прорычал я глухо. — Одним детоубийцей стало бы меньше!
Фалви ошарашенно уставился на меня.
— Ты о чем, Руари?
— Ни о чем!
— Нет, давай уж выкладывай!
— Да у вас руки в крови по самые плечи, раз вы не помните! — взъярился я. — Пустите меня!
Я вырвался.
— Конмэл, стой! Я порву бумагу. По новому закону твоя жизнь равна жизни твоей семьи. Ты знаешь.
Я остановился, развернулся к нему.
— Где мы встречались с тобой? Когда?
— Копайте сами. Вы же коп, — с презрением бросил я.
— Черт тебя побери и мистера Мурра, упокой господи его душу! — выругался Фалви. — Вляпался из-за последней просьбы умирающего в такое дерьмо!
И уставился на меня, потому что я заржал от его последней фразы как сумасшедший. Он готов был удушить меня, потому что в коридор стали заглядывать проходившие мимо люди. Потом, когда до него дошло, он снова схватил меня за локоть, выволок из Министерства. На улице моя истерика, к огромному облегчению Фалви, закончилось. Спустя полчаса мы уже сидели в закусочной. Фалви мрачно наблюдал, как я доедаю второй стейк, и что-то обдумывал. Я тоже, успокоившись, изучал его, и в голове у меня начал складываться план.
— Ты всегда так много ешь?
— Меня неделю морили голодом. А вообще — да.
— Ясно…
По его хмурой физиономии было понятно, что ничего ему не ясно. Он снова вернулся к папке, которую ему передал мистер Мурр. Перелистнул несколько страниц. Недоумения на его лице прибавилось.
— Да ты местная знаменитость! — он извлек целую подборку газетных вырезок. — Вот это да… «Кошка мэра спасена! Команда пожарных безуспешно пыталась снять бедное животное с дерева. Чудо случилось, когда в происходящее вмешался мимо проходящий мальчик, ученик начальной клонмельской школы, и кошка спрыгнула ему на руки…» «Отважный мальчик вытащил женщину с ребенком из затопленной машины во время наводнения, вызванного разлившейся Шур…»
— Кошке я сказал, что сожру ее, если она не спустится, — пробурчал я с набитым ртом.
— Женщине с ребенком тоже? Ладно, что там дальше… «Руари Конмэл — герой Клонмела! Ведущий кардиолог госпиталя Южного Типеррэри Патрик Хили рассказал, что начинающий юный медик приводил в госпиталь или своевременно вызывал реанимацию для людей у которых случался инфаркт… На счету Руари — десять спасенных жизней…»
Фалви поднял на меня совершенно дикий взгляд.
— Почему? — выдавил он.
— Вы о чем?
— Не прикидывайся идиотом! — зашипел он на меня. — Мистер Мурр! Твой прежний куратор три часа назад умер от инфаркта!
 Глава 20 
— В статье просто не стали писать, что еще восемь людей не выжило. Читатели хотят позитивных новостей. И не всех можно спасти, мистер Фалви. Не всегда. Неужели вы думаете, что я… Да что вы можете обо мне думать? Вы же Охотник!
Я поднялся. Все мое презрение отразилось на лице.
— Сядь!
Я плюхнулся обратно. Полицейский еще некоторое время пристально смотрел на меня.
— Проклятье! — Фалви потер лицо ладонями. — И как ты это делал?