По лезвию судьбы (СИ)

— Я… — Торопов поерзал на сиденье и закрыл глаза, принимая неизбежное. — Когда я узнал про существование Ромы, в тот вечер я напился от радости…
Мужчины такие мальчики! Оставалось только ехидно фыркнуть и слушать исповедь дальше, хотя, кажется, я уже все поняла…
— Я рассказал Диане, что у меня есть сын, который похож на меня настолько, что не нужна никакая экспертиза ДНК, — обреченно выдал Тор.
— А кому ты брякнул про эклеры?
— С самого первого дня, как я стал встречаться с сыном, — слово «сын» Олег произносил с особым чувством. Что это было? Гордость? Радость? Трудно было разобраться поэтому я вернулась к его рассказу, — Диана подробно расспрашивала меня о том, куда мы ходим и чем занимаемся. Говорила, что эта информация помогает ей избавляться от ревности, успокаивает.
Вот гадина! Успокаивается она, видите ли! А этот осел и рад развесить уши, все ей выкладывал! Я вскочила с места, невзирая на укоризненный взгляд Миши и его попытку удержать меня на диване. Внутри бурлила злость, она требовала выхода. Я вплотную подошла к Тору и нависла над ним, шипя как кобра.
— Значит так, Тор! Я не позволю тебе видеться с сыном до тех пор, пока ты не устранишь свою чокнутую Диану!
— Что значит устранишь? — наверное, впервые в жизни, Олег смотрел на меня снизу вверх.
— Меня устроит любой вариант, Тор. Ссылка в Сибирь, переезд в психушку, — я загибала пальцы на руке, словно перечисляла варианты досуга на ближайшие выходные. — Длительная кома с последующей амнезией, лоботомия. Сам выбирай варианты и решай, это твоя проблема.
— Но… — Олег попытался встать с дивана, но я толкнула его в корпус, и он снова рухнул на мягкое сиденье.
— Твоя жена — сумасшедшая, Тор. Она помешалась на том, чтобы устранить нашего сына, и это уже ее вторая попытка, которая могла бы стать успешной. То, что Рома успел позвонить и сделал себе укол, спасло ему жизнь. Больше я не допущу ничего подобного. С этого момента наша квартира превращается в крепость, мои родители временно будут жить с нами, а твое общение с сыном ограничивается до тех пор, пока ты не обуздаешь Диану.
Правильно говорят: болтун — находка для шпиона. И для чокнутой жены — тоже. Жаль, что сказанного не воротишь, а время не отмотаешь вспять.
— Ты не имеешь права! Я — отец, и ты не можешь…
— Могу! — рыкнула, сдерживая себя от желания отвесить хлесткую пощечину, чтобы привести Олега в чувство. Речь идет о жизни ребенка, а он решил качать права! Нашел время! — Сейчас ты не отец, а источник проблем, Тор. До знакомства с тобой жизни моего мальчика никто не угрожал, а сейчас… — я со свистом втянула воздух и на всякий случай спрятала руки за спиной, — сейчас ты пойдешь разбираться с проблемой, а я передам Роме, что ты заходил, чтобы справиться о его здоровье. Кроме того, ваше общение по телефону никто не отменял. Если тебе нужен стимул для начала действий, то можешь считать, что это он и есть. Я все сказала.
Разговор был закончен. Я развернулась и направилась в сторону палаты, где лежал мой сын. Марсов догнал меня почти у самой двери.
— Моя любимая львица, — прошептал, притягивая меня к своей груди. — Успокойся.
— Я и не волнуюсь, Миша. Первый удар по ребенку я пропустила, второй почти сделал свое дело. Третьего не будет. Если Тор не разберется с Дианой…
Я не успела договорить, как мой телефон завибрировал. Берсерк. Я приняла вызов.
— Да, Андрей.
— Ника, с парнем все в порядке? — голос Андрея было плохо слышно на фоне постороннего шума. Музыка? Непонятно.
— Да. Рома в больнице, но его здоровью уже ничего не угрожает.
— Вот черт! — выругался царевич и прошептал что — то неразборчивое. Или эти слова были адресованы не мне? — Я не могу вернуться… Этот контракт…
— Тебе нечего тут делать. Сейчас мы в больнице, Миша рядом. Как только врачи отпустят домой, я вызову родителей, чтобы они весь день были рядом с ребенком. Все будет хорошо, Андрей. Не отвлекайся, работай. Спасибо, что позвонил и удачи с контрактом.
Я хотела завершить звонок, но услышала в эфире: — Марсов рядом? Он взял на себя роль защитника?
  
Миша стоял достаточно близко и наверняка слышал мой разговор со своим двоюродным братом от начала до конца. Казалось, он замер в ожидании ответа.
— Да, Марс рядом. Сейчас. Всегда, — я не видела, но почувствовала, как он выдохнул, отпуская напряжение. — Мне пора к ребенку. До встречи.
— Скоро увидимся, Ника.
Я завершила звонок и открыла дверь в палату.
— Мама!
=35=
— Рома!
Я бросилась к сыну и обняла, с трудом сдерживая слезы. Мой мальчик жив! Да, в этот раз все обошлось, беды не случилось, но меня неслабо тряхнуло от стресса.
— Мам, когда мы домой поедем? Не хочу тут лежать, — ребенок покрутил головой и шмыгнул носом. — Я в порядке, правда.
— Это не совсем так, молодой человек, — тот самый доктор, который уже заходил в палату, сейчас стоял в дверном проеме и устало улыбался. — Ваша кровь еще не успела полностью очиститься от аллергена, но растущий организм на «ура» справляется с проблемой. Через пару часов я смогу выписать вас домой, а пока — лежите, отдыхайте.
— Ну ма… — заныл Ромка.
Всегда так: едва отлегло от попы, перестало болеть, значит можно включать режим турбо. Непоседливый ребенок…
— Это тебе. Держи.
В руке Марса из ниоткуда материализовался новенький планшет и наушники. Откуда он все это взял? Из какой пространственной щели извлек? Мы вместе входили в палату, босс все время был на виду. Фокусник какой — то, честное слово!
— Интернет уже подключен, наушники — тоже. Выбирай фильм и смотри, время пролетит незаметно.
Если мой сын — пламя, то Марсов — укротитель стихии, причем все это он проворачивает «на мягких лапах», без повышения голоса и авторитаризма. Миша будет замечательным отцом! От это мысли по моему телу разлилось приятное тепло, в глазах защипали предательские слезы.
— Ты чего? — пока Рома с восторгом осваивал новую технику и выбирал нужный фильм, босс развернулся ко мне, закрывая широкой спиной от ребенка. — Ника, ты все еще расстраиваешься? Боишься?
Шершавые горячие пальцы легли мне на щеку, мягко спустились к скуле. Я прижала его ладонь к своему лицу и потерлась о нее, как кошка.
— Нет, не боюсь. Все в порядке. Спасибо тебе за все, Миша.
Все важные слова говорятся тихо. Еще пару дней назад я не могла сделать выбор, а сейчас недоумевала, почему не замечала очевидного? Оставив мужчин, я вышла в коридор, бросив боссу краткое: — Отойду на пару минут. Нужно родителям позвонить.
Позвонила. Парой минут отделаться не получилось: когда мама поставила разговор на громкую связь, а папа услышал первые вводные, то сразу же затребовал подробности.
— Не переживайте, Рома жив и здоров. Доктор сказал, что через пару часов мы можем вернуться домой.
Под тихие причитания мамы я рассказала все, что было известно на данный момент.
— Мы выезжаем, — бросил полковник и завершил звонок.
Ровно через пару часов, как и обещал седовласый доктор, мы втроем вышли из больницы. Машина моего телохранителя уже стояла у крыльца.
— Ух ты! — выпалил ребенок. — Круто! Ма, у тебя теперь личный водитель есть! И тачка такая крутая, вау!
— Твоя мама даже в дороге много думает о работе, поэтому я решил, что с водителем ей будет безопаснее, — босс на ходу придумал лайтовую версию, объяснявшую перемены. — Согласен?
— Ага!
Как и все мальчишки, Рома любил машины. Оказавшись в салоне, он несколько минут изучал интерьер, а потом вернулся к просмотру фильма. Планшет и наушники, принесенные боссом, все еще находились в руках парня.
Неизвестно, на чем родители добирались до нашей квартиры: то ли мама метлу расчехлила, то ли папа десантный вертолет вызвал, но к подъезду мы прибыли одновременно.
— Ба! Деда!
Рома бросился в «обнимашки», мама украдкой вытерла не пролившуюся слезинку, а отец недовольно цокнул, закатив глаза.
— Ну хватит уже, Лида. Сама видишь, все хорошо, все живы!