По лезвию судьбы (СИ)

Баринов с супругой долго приветствовали клан Серковских, процесс грозил затянуться…
— Пойдем в другой зал, полюбуемся картинами, — Марсов положил руку мне на талию и развернул в нужную сторону. — Сейчас тут будет скучно.
Люблю монохром. В дизайне, в картинах, в интерьере и даже в фильмах. Однажды увидев фильм «Золушка» с Раневской в главной роли, «мгновения весны» или «идущих в бой стариков», которые изначально вышли в черно — белом варианте, я уже не смогла пересмотреть их в цветной версии. Взгляд цеплялся за непривычные сочетания, странные нюансы. Вот и сейчас мы шли вдоль картин и обсуждали увиденное.
— Интересно…
Танго втроем. Сюжет из жизни изображен на большом полотне: пара танцевала в центре зала, а мужчина наблюдал за ней из — за колонны. Заметили они одинокого ревнивца или полностью поглощены друг другом? Почему он не уходит, если понимает, что третий — лишний? На что надеется? Оттенки серого, черного. Художник расставил акценты исключительно насыщенностью цвета, размерами мазков, оставил возможность зрителю дорисовать финал истории.
— Вы тоже ее заметили? — Елизавета и Кирилл остановились рядом.
— Да. В ней есть настроение, — моментально отозвался Марсов, почему — то подвигая меня поближе. — И интрига тоже присутствует.
Двумя парами мы переходили от одного полотна к другому, стараясь избегать толпы. Зал наполняли звуки старых известных мелодий, которые в свое время взрывали чаты и топы рейтингов. Прошло почти два часа, когда, сделав круг по галерее, мы вернулись в центральный зал.
Серковские стояли рядом с хозяином галереи. Интересно, они все время тут провели? Тогда зачем приезжали? Просто обозначиться? Трудно понять высший свет с его странностями и условностями.
— Георг Романович не любит картины, — словно услышав мои размышления, выдохнул на ухо Марс. — Он называет современное искусство мазней, признает только творения гениев, которые продаются на аукционах за миллионы в валюте. Баринов из — под себя выпрыгнул, чтобы заманить эту семью на открытие экспозиции.
Понятно. Пока Миша давал пояснения, я поймала взгляд царевича Андрея, отсалютовала бокалом шампанского в ответ на его приветственный жест. Ощущение, что меня хотят убить, испепелить взглядом, прилетело моментально. Ну ежики курносые, как я могла не заметить?! Прямо за Барсом и его брюнеткой расположилась чета Тороповых, и сейчас Диана сверлила меня потемневшими от гнева глазами. Неужели она решила, что мой жест был адресован ее мужу? Упс, похоже, Олег тоже так решил, потому что улыбнулся мне и поднял свой бокал. Фортуна, ты опять смотришь не в мою сторону? Повернись к лесу задом, ко мне — передом!
По знаку Ивана Вениаминовича музыка стала громче, центр зала постепенно освобождался. Оу, в программе заявлены танцы? Зазвучала знакомая мелодия. Sway with me! Пространство заполнялось танцующими парами, а мы с Лизой увлеклись обсуждением ее предстоящей свадьбы. Девочки — всегда девочки, а значит цветы в букете невесты очень важны! Однако, нам не дали времени на легкое общение.
I’ve Seen That Face Before. Либертанго. Я узнала композицию с первых тактов. Обожаю! Голос Грейс Джонс заполнил зал.
— Ника…
Рука Марса оказалась на моей талии. Миг, и мы выходим в круг. Танго… его называют вертикальным воплощением горизонтального желания. Страстное, обжигающее… Несколько минут безмолвного обольщения. Он удерживал меня взглядом, внезапно опустив руки, тогда я положила ладонь ему на грудь. Слышала биение сердца, отдавала свое тепло, следовала за мужчиной не глядя, без раздумий. В какой — то момент поймала себя на том, что не слышу музыки, только тук-тук-тук под рукой, только взгляд синих глаз, теплая улыбка и что — то еще, что трудно описать словами. Вращения, обводки. Отпустил и вновь прижал к своей груди, опаляя дыханием, соблазняя взглядом. Невинные касания, быстрые, но такие чувственные. Игра? Или моменты откровения? Михаил замер, я тоже остановилась, подчиняясь партнеру. Тишина. Песня закончилась, а мне казалось, что я прожила целую жизнь рядом с Марсом. Жизнь длиной в четыре с половиной минуты.
  
— Спасибо, Ника.
Его губы коснулись моих пальцев, прикосновение отозвалось в душе.
— Вы очень красиво танцевали, — Кирилл Арбатов предложил фужер с шампанским. Прохладный напиток остужал бурлившую кровь, колючие пузырьки приводили меня в норму.
Я сейчас не вспомню, какая песня была следующей, потому что отдыхала от нахлынувших чувств и эмоций. Помню только, что все это время за моей спиной стоял Михаил Марсов, двоюродный брат царевича… Который спустя пару мелодий оказался прямо передо мной.
— Ника, — в серых глазах бушевало пламя. — Прошу, — он протянул руку, приглашая в круг, и тут же бросил предупреждающий взгляд на моего босса. — Возражения не принимаются.
Закружили в танце осенние листья. Autumn Leaves. Эрик Клэптон рассказывал грустную историю любви.
The falling leaves
Drift by my window,
The autumn leaves
Of red and gold.
— Ты сегодня сумасшедше красивая, — прошептал Андрей. — Я весь вечер ревную тебя к Марсу, Ника.
— Спасибо за комплимент. Ты тоже красавчик, — я провела пальцами по атласному лацкану черного пиджака. — Впрочем, ты такой всегда.
— М-м-м… — большая кошка прикрыла серые глаза и мурлыкнула от удовольствия, не забывая вести в танце.
Мы кружили среди падающих осенних листьев. Мелодия звучала тихо, спокойно. Умиротворенно.
But I miss you most of all
My darling,
When autumn leaves
Start to fall.
Второго танго я бы не выдержала.
— Ника, прости, — ворвался в мое сознание голос царевича.
— За что простить, Андрей?
— Я сегодня не один, — он мотнул головой в сторону брюнетки, которая одиноко стояла в сторонке и тихо меня ненавидела. Плюс один к стану врагов. — В приглашении стоит плюс один, а значит я должен прийти с парой. Это эскорт. Хочу, чтобы ты об этом знала. Ничего личного, Ника, она — просто сопровождение.
Да, я обратила внимание на такую закономерность.
— Нас словно на Ноев ковчег пригласили, — фыркнула, с трудом сдерживая смех. — Каждой твари — по паре, так что не напрягайся на этот счет.
— У Марса было преимущество, — цокнул Барс. — Он — твой начальник, иначе бы я…
— Не надо, Андрей. Все в порядке. Мы танцуем, — в этот момент мы совершили изящное вращение вокруг своей оси и продолжили движение. В руках каждого из мужчин я могла расслабиться, позволить вести себя танце, наслаждаясь музыкой и приятной компанией. — Вечер прекрасен. Не будем его портить…
— К сожалению, я должен уехать, — выдохнул мне в макушку царевич.
— Далеко? Надолго?
— Ты беспокоишься обо мне? — он смотрел в глаза, считывая малейшую эмоцию. — Не хочешь отпускать?
Не то, чтобы не хотела отпускать или беспокоилась, это было обычное дружеское любопытство, но я не стала уточнять. Молча приподняла бровь, дожидаясь ответа.
— Улетаю в Китай на подписание важного контракта, вернусь через неделю.
— Когда улетаешь?
— Сегодня ночью, Ника. Ты будешь меня ждать?
— Конечно. Когда вернешься, можно будет выбраться на стрельбище и перебить пару любимых маминых сервизов, — я решила сменить направление беседы. — Бить тарелки интереснее вдвоем.
— Ника…
Что хотел ответить Барс, я узнать не смогла. Не успела. Музыка смолкла, мы остановились и просто смотрели друг другу в глаза.
Мама права: мужчины разные. Очень. И каждый по — своему прекрасен.
— Спасибо, — царевич быстро коснулся губами моего виска. Не поцелуй, просто незаметное движение. — Я буду жить ожиданием нашей встречи, Ника. А сейчас мне нужно вернуться к даме.
Он посмотрел на свою спутницу, которая сейчас что — то обсуждала с Дианой Тороповой. В серых глазах Барса в этот момент сквозил арктический холод. Мужчина переключался из одного режима в другой по щелчку пальцев.
— Передаю тебя в надежные руки, — Андрей подвел меня к Михаилу и изобразил галантный поклон. — До встречи, Ника. Марс…