Снимай меня полностью (СИ)
— Ну? Что будем делать дальше?
Юна растерянно моргнула и обнаружила, что лимузин стоит на месте. Давно они приехали? И куда? Рома заставил ее совершенно забыть о времени. Поправив сбившееся платье, Юна выглянула в окно: за тонированным стеклом виднелась вывеска лофта «Delight».
— Думаешь, надо? — с сомнением протянула Юна.
— Ты у нас босс, — Рома уклончиво дернул плечом, хотя по его лицу отчетливо читалось, что будь его воля, он бы собственноручно притащил Юну в лофт и водрузил на подиум.
Вадик деликатно постучался в перегородку, и с водительского сиденья послышался его приглушенный голос.
— Вы там одеты?
Юна смутилась, а Рома не сдержал смех.
— Полный порядок, — крикнул он другу.
Перегородка опустилось, и Вадик, окинув парочку подозрительным взглядом, хмыкнул.
— Мне-то все равно, что вы там планируете делать дальше. Но решайте уже быстрее, мне надо сдавать машину.
— Я даже не уточняла, что надо делать на финале… А если показ? Я же не предупредила. И Матлахова не привезла…
— Никакого показа, — успокоил ее Рома. — Просто небольшой фильм о каждой участнице.
— Просто?! — выдохнула Юна. — И где я тебе возьму сейчас фильм?
Теперь-то она начала припоминать, что Оксана периодически болтала о каких-то съемках, но Юна не придавала этому значения. Во-первых, по уши увязла в свадьбе, во-вторых, предпочитала не думать лишний раз о конкурсе, чтобы не расстраиваться.
— Может, меня, вообще не пустят… — она сжала вспотевшие ладони. — Я сказала организаторам, что…
— Короче, — перебил Вадик. — Я вас высажу здесь. Можете там обсудить, кто что кому сказал, потому что если я не привезу этот чертов бронепоезд через пятнадцать минут, мне придется платить еще за один час.
— На связи, — кивнул Рома. — Но ты в любом случае возвращайся в «Delight», потому что…
— Я же не дурак, чтобы доверить тебе работу с потенциальными клиентами! — отозвался Вадик. — Тем более, у тебя сейчас вообще не то на уме.
Едва Рома с Юной вылезли на свет Божий, как лимузин, зарычав, тронулся с места. Все-таки Вадик был предельно пунктуален во всем, что касалось денег.
Двери лофта манили, сама мысль о том, чтобы выйти на сцену в качестве финалистки престижного конкурса, дразнила воображение и тешила самолюбие. Однако Юна привыкла ко всему готовиться заранее, взвешивать, обдумывать и настраиваться должным образом. А вот так вдруг, с бухты-барахты… Впрочем, одно решение она уже обдумала, и чуть не перечеркнула этим всю свою жизнь. Может, Рома с Вадиком правы, и надо иногда импровизировать?
Набрав в легкие побольше воздуха, Юна расправила плечи и взглянула на мастера фотографии и поцелуев.
— Ладно, что уж. Один раз живем.
— Другой разговор! — оживился Рома и, взяв ее под руку, словно боялся, что она в любую секунду растеряет решимость и сбежит, потащил внутрь.
Лофт кишел нарядными людьми, суетились, раздавая бейджики, девочки-администраторы. Юна даже успела порадоваться, что взяла отпуск за свой счет: сама бы она с таким количеством гостей не справилась.
Едва они с Ромой отметились на стойке регистрации, как из самой гущи к ним подскочила взволнованная Оксана.
— Все? — выпалила она. — Тебя можно поздравить?
— Да нет, это не мой жених…
— Господи, я в курсе! — Оксана закатила глаза. — С тем и поздравляю. Ром, съемка на следующей неделе в силе?
— Да, — Рома слегка смутилась, и Юна, прищурившись, покосилась на него. Вот, значит, как! Уже успел навострить лыжи к другим моделям! Любит, значит, девушек с формами! Ну, ничего. Теперь-то Юна сама проследит, чтобы съемка прошла самым благочестивым образом.
— Твой телефон, — Оксана пихнула подруге гаджет. — Извини, что пришлось забрать, но тот парень, Вадим, так настаивал, сказал, вопрос жизни и смерти…
— Все в порядке, — улыбнулась Юна.
Телефон холодным кирпичом оттягивал руку, как булыжник, привязанный к шее утопленника. Этом маленьком черном зеркале хранилось все прошлое Юны. Она знала: стоит ей открыть ящик Пандоры, оттуда посыпятся упреки, ругань, скандалы… Разумеется, никто из родни и тем более Игорь не будут в восторге от ее побега с собственной свадьбы. Рано или поздно придется объясниться со всеми. Вопрос лишь в том, насколько поздно.
— Я его выключила, — сказала Оксана. — Он так трезвонил, что… В общем, сочувствую. Тут и так переполох из-за тебя, — она перешла на шепот, нервно оглядываясь по сторонам. — Оргам звонили, спрашивали, где ты, велели сообщить. Я, конечно, ни в чем не призналась, хотя твой Игорь и до меня докапывался. Но я — могила. Мол, села ты на лимузин, и больше я тебя не видела. Блин, если они ментов на уши поставят…
— Я разберусь, — Юна мрачно сжала телефон, понимая, что дольше тянуть с разговором не получится.
Отойдя в сторонку и попросив Рому пока утрясти вопросы с организаторами, Юна включила гаджет, и как только зажегся экран, автоматной очередью запиликали сообщения о пропущенных вызовах. Юна не успела даже открыть список контактов, гадая, кого набрать первым, как на дисплее под бодрую музыку высветилось лицо Игоря.
— Ты где?! Ты какого черта вообще творишь? Что за идиотский розыгрыш в «Фейсбуке»? — затараторил он, едва Юна сдвинула зеленый кружок. — Почему твои подружки выражают мне соболезнования, а я должен тут оправдываться, как идиот, хотя понятия не имею, что происходит? Назови адрес, я тебя заберу.
— Не надо, — глухо ответила Юна.
— Тогда руки в ноги — и дуй в ЗАГС, твой отец рвет и мечет.
— Игорь, я не приеду. Я знаю, насчет тендера. Я все знаю.
В трубке воцарилась тишина, и когда Игорь заговорил снова, голос его изменился, стал спокойнее, но жестче.
— А в чем проблема, Юна? Я что, кого-то обокрал или предал? Я, между прочим, пытаюсь обеспечить будущее в том числе и для тебя. Для нашей семьи. Или ты предпочла бы растить детей в долгах? Или, может, хочешь жить под боком у папы?
— Ты можешь хотя бы ненадолго перестать нести эту околесицу про семью и детей, а? — не выдержала Юна. — Так и скажи: я нужна была тебе, как пропуск на тендер.
— Хочешь начистоту? Окей. Когда мы познакомились, я понятия не имел обо всем этом. Да, знал, что ты дочка Лебедева. И что? Просто хорошо проводили время. А потом твой отец вызвал меня на разбор полетов. Вся вот эта классическая чушь про серьезные намерения. И сказал, что если я тебя осчастливлю, то он поможет нам всем. Обоюдная выгода, слышала про такое?
*********
— А ты сразу побежал за кольцом, так?
— Вот только давай без вот этой морали! — огрызнулся Игорь — Мы тут, значит, все такие мерзавцы, только о деньгах думаем, а ты — святая! Прямо у меня под боком замутила интрижку с липовым геем, опозорила семью, отца чуть до инфаркта не довела и поставила под угрозу его карьеру! Куда там! Прямо Мария Тереза!
— Не было у меня никакой интрижки! — Юне показалось, что еще немного, и либо инфаркт случится у нее самой, либо хваленый яблокофон взорвется в руках.
— О, да! А то ж я совсем слепой! И не видел, как он пожирает тебя глазами, а ты чуть что бегаешь к нему в студию. «Подарок тебе на свадьбу», — писклявым голосом передразнил он. — Ага! Еще бы уж сразу залетела от него, чтобы я не утруждался.
От злости и обиды у Юны защипало в носу, а желудок опалило изжогой.
— Я не вру! — упрямо процедила она, сжав зубы. — И он хоть глазами меня пожирал, а ты… Ты… Ты вообще меня не хотел! В принципе!
— Так вот, в чем мой главный косяк, да? Я с ней, как с принцессой, а тебя просто нужно было как следует оприходовать? Все женщины одинаковые.
— Не вижу смысла продолжать разговор. Кольцо я передам через курьера, и делай, что…
— Ты привыкла думать только о себе! — перебил ее Игорь. — Тебе плевать на отца, на мать, на всех. Да, я не такой. Для меня семья и семейный долго — что-то значат. Не вижу ничего плохого, если я хотел вытащить близких из долговой ямы. Что, о морали вспомнила? А на что ты будешь жить дальше? Так и работать «подай-принеси»? Или, может, решила, что с милым и рай в шалаше? Да тебя тошнить будет от твоего фотографа, когда ты увидишь с утра его помятую вонючую рожу! Котлеты лепить в хрущевке хочешь для кучки чумазых детей? Обабиться в конец и превратиться в нищету? Ты ведь сбежишь от такой жизни на второй день.