Волк 6: Лихие 90-е (СИ)

Обошли здание вокзала, туда, где стоял мой старый паджерик. Я уже приглядывал себе Лэнд Крузер Прадо, а мой внедорожник хотел переоформить на контору, на нём самое-то ехать на комбинат по бездорожью. Пока меня не было, на джипе по доверенности ездил Женя, он и сейчас сел на место водителя, и сразу включил печку. Тёплый воздух пошёл по салону.
— Куда, Волк? — спросил Женя. — На хату, или к тебе на старый дом к деду?
— В контору давай, документы увезём и остальное. Да и завтра нас ждёт работка, надо готовиться. Кирюха, смотри, что есть.
Я поставил на колени чёрный кожаный портфель с бумагами и открыл.
— Ты просил, я нашёл и купил, — достал из портфеля аудиокассету и отдал ему.
— Новый альбом, в натуре? — Кирилл уставился на обложку. — Реально, что-ли? Он же только недавно вышел.
— Там в магазин пришёл и купил. Не надо ждать, когда до наших краёв доберётся, туда сразу привозят с первого дня.
— Ништяк!
Кирилл распаковал плёнку и достал кассету из коробки, потом глянул на меня.
— Включай, — разрешил я. — Там уже диски вовсю продают, но у нас их слушать пока не на чём. Пока только кассеты.
Брат наклонился вперёд, вытащил из магнитолы старую кассету и вставил новую. Она была отмотана не на начало, так что песня Короля и Шута зазвучала с середины:
— Будь как дома, путник, я ни в чём не откажу…
— Да вроде старая песня, — Кирилл задумался и посмотрел на заднюю обложку коробки. — Ладно, всё равно класс, другие-то новые! Спасибо, Макся.
— Смотрите ещё что есть, парни.
Я достал несколько купюр из кошелька: 10 рублей, 50, 100 и 500. Новые деньги, которые начнут ходить после праздников. Купюр в 1000 и 5000 ещё не печатали.
— Нулей мало, кхе, — Женя хмыкнул, посматривая краем глаза. — Но прикольные, хотя на старые похожи.
— Монеты ещё есть, — я дал посмотреть их Кириллу. — Подогнали коллеги, уже можно в магазине расплачиваться.
— Там уже ценники висят по два, один со старыми ценами, другой с новыми, — сказал брат.
— А раньше висел один с долларами, другой с рублями, кхе!
В конторе, несмотря на ранний час, были люди, свет в окнах горел. Ярик настраивал монитор с новой камерой, Денис Машуков пил чай, Руслан Ермаков, который сегодня дежурил, сидел за центральным пультом, держа в руках рацию. Поставили пульт недавно, и это стоило немалых денег, но затраты уже оправдывались.
— Я думал, ты на смене в Краснозаводске, — сказал я Машукову.
— Подменились мы с Лесняковым, — ответил он. — Лёня поехал туда, а я ребёнка в Читу увозил, вот, вернулся вчера, вышел.
— Серьёзное что?
— Обошлось, — Машуков отмахнулся. — Дочка приболела немного, уже всё нормально.
— Я в курсе подмены, Волк, — Женя открыл мой кабинет. — Ну, с возвращением, шеф, кхе! Всё в ажуре, ничего не случилось, пока тебя не было.
Женя, как мой зам, рулил конторой в моё отсутствие, и у него получалось неплохо. У нас сейчас один крупный клиент, комбинат в Краснозаводске, и несколько точек в районе конторы, магазины и кафе. С ними мы работали по новой схеме, с сигналкой на пульт и кнопками тревожного вызова.
Так как территория небольшая, нам хватало одной машины, которая приезжала на тревогу. На смене всегда дежурила одна группа быстрого реагирования, вооружённая Сайгой и пистолетами ИЖ-71, которая менялась через 12 часов.
За эти ГБР отвечал Слава Шевцов, накладок с этим не было, а люди нашлись. Ну а на случай непредвиденных ситуаций, на дежурстве всегда были наши знакомые из ОВО, которым я приплачивал, пока их руководство не знало. Тем более, у вневедомственной охраны на вооружении были автоматы, которые для нас запрещены. Да и братве связываться с ними было опасно, это же всё-таки МВД.
Деньги, которые приходили от точек, покрывали все расходы, а Женя даже предлагал ставить сигналку на гаражи для частных лиц. Я пока взялся думать, не хотелось распыляться по мелочам, особенно перед августом 98, когда у многих будут проблемы с оплатой.
К этому я тоже готовился, откладывая наличные доллары, когда получалось, и немного вкладывая деньги в акции компаний, про которые точно знал, что они просуществуют минимум ещё 25 лет и не разорятся. Тут уже пригодилось моё знание и память того, что будет дальше.
 
Но эффект от этого не мгновенный, ведь сейчас некоторые из этих совсем мелкие или убыточные. Будь я в первой жизни финансистом, заработал бы больше, а сейчас это гарантия дохода на дальнее будущее. Пока же надо делать ставку на другое, чтобы пережить сложный период и не закрыться.
Пока мясокомбинатовские грызлись друг с другом, в городе подняли голову банды помельче, которые нагло пытались крышевать свободные места. Где могли, там мы отгоняли их и заключали договоры на охрану. Деньги текли, пусть и не потоком, да и новые коммерсанты поглядывали в нашу сторону. После Нового года недалеко от нас открывался торговый центр, и его владелец даже подумывал обратиться к нам. Но это посмотрим уже ближе к сроку, хватит у меня для этого людей или нет, ведь там должен быть постоянный пост.
Я вышел в комнату отдыха заварить себе чай. Ярик вышел на улицу, но вскоре вернулся. Очки у него мигом запотели. Всё ещё не светало, но город просыпался, ехали машины, в окнах домов горели лампы. Налил себе чай, вернулся в кабинет, отхлебнул из кружки и посмотрел на гору бумаг, которые меня ждали. После снова вышел.
— Зайди, Женька, — попросил я. — И ты, Денис, тоже. Славка будет сегодня?
— Отгул я ему дал, — сказал Женя. — Он тут без выходных сидел.
— Понял, завтра увижусь. Чай можете взять, поговорим.
Они расселились за мой стол с кружками.
— Ну и что там, в Питере? — спросил Машуков. — Как там работают ЧОПы?
— Ну слушай, не совсем так, как мы, — я задумался. — Там немного другая специфика. Половину фирм держат бывшие менты, половину братва. А вот бывшие комитетчики или важняки с прокуратуры идут в службы безопасности банков или богатых предприятий.
— Ну это да, это не на смене в охране морозиться, — Женька усмехнулся.
— И на стрелки охранники уже почти не ездят. Я рассказывал мужикам, как на нас тогда наехал этот… как его звали?
— Гудок, — подсказал Женя.
— Точно. Они там удивлялись, говорят, у них такое только в самом начале было. Там уже мелким рэкетом занимаются только совсем небольшие банды, а крупные по-крупному играют. Так что какой-нибудь Костя Могила не будет крышевать киоск с арбузами и стрелки забивать охранникам.
— У нас тоже к этому идёт.
— Ага. Там и рынок частной охраны уже поделили, да братва для своих точек сами нанимают чоповцев и не ездят на стрелки по мелочам. Разборки у них только когда делят предприятия или заводы, или банки. Им уже не до продуктовых магазинов, — я хмыкнул. — Там банды сейчас большие остались.
— У нас, может, так же будет.
— Скорее всего.
— И там уже не стреляются? — Женя отодвинулся на кресле и скрестил ноги. — Раз все такие бизнесмены.
— Щас, держи карман шире. Один мужик рассказывал, как в конце лета в центре Питера завалили вице-мэра. Ещё как стреляются. Просто не так часто.
— Значит, ничего и не изменилось.
— Почти ничего. А, кстати, мы же про охрану начали. Там уже фирмы дают прейскуранты клиентам, — я сел удобнее. — Уже не бывает, как у нас тогда было летом, типа вы нам платите 35 тонн баксов, а мы охраняем ваш комбинат. Там уже чётко работают — сколько людей, сколько постов, сколько пушек, всё это оценивается вплоть до каждого часа работы.
— Серьёзно всё, — произнёс Денис.
— Да. Там и конкуренция началась. Какие-то фирмы вместе работают, какие-то враждуют. Но знаешь, братва приоделась, но это всё равно братва, это те же самые бандиты, что и раньше. У них ещё власти много, — я отпил чай. — У нас что случилось в городе?
— Открывается сразу несколько ЧОПов, — сказал Женя. — Петрович же из разрешительной системы на пенсию ушёл, мы с Лёней бухали с Викторычем, который вместо него теперь. Ну, Лёня бухал, а я сидел с ними, я же не пью больше.