Волк 6: Лихие 90-е (СИ)

Подошли только те, кто участвовал, в комнате остались только Дима и сын Машукова. Вышли в холодные сени, я положил дипломат на старый стол и вытащил из него пачку долларов.
— Неплохо, — Женя кивнул.
Выложил ещё одну.
— Совсем неплохо, — Слава присвистнул.
Я доставал ещё.
— А вот это за…сь, кхе, — Женя положил руку за голову. — На тачку новую даже хватит.
А я вытащил ещё две. Лёня выпучил глаза, достал сигарету и чуть не прикурил фильтр.
— Да куда столько-то? — Женя заглянул в дипломам, и там оставалось ещё полно. — Хрена се, это насколько там контракт-то был?
— На сумму с кучей нулей, — сказал я, забрасывая пачки назад. — Контракт на восемь лимонов, часть наличными, часть чеком или ценными бумагами. Нашу долю считай сам. И дальше будет больше, но надо поработать. Вот почему я всё притащил, чтобы вы всё видели. Ну и надо подумать, как разделить и спрятать.
— Кхе, да поработаем, — Женя взял пачку и большим пальцем провёл у края, чтобы они затрещали. — Вот чё Черномор и полез, такие бабки, конечно.
— Надо ещё людей, — серьёзным тоном произнёс Машуков. — Чем больше денег, тем больше опасностей.
— Есть знакомые, Денис? — спросил я. — Надёжные, вот как все вы.
— Есть, конечно есть, — он кивнул.
— Афганцев ещё подтянем, — Женя вернул пачку на место. — И тогда нам вообще никто ничего сделать не сможет. Волк, зная тебя, в банк ты это не понесёшь?
— Не в этом году. И точно не в следующем.
* * *
Новозаводск, этим вечером
— Чё? В натуре? — спросил Слоняра, подплывая ближе к краю бассейна.
— В натуре, — подтвердил Рудик, поправляя норковую шапку. Он не разделся на входе, и теперь потел в сауне. — Сам слышал от пацанов.
— Не, ты гонишь, — Слоняра взялся за края бортика и выплюнул воду. — Череп хватку потерял, тупой он, чтобы всех под себя подмять. Он в своих Черёмушках совсем берегов не видит, совсем не врубается, попутал он чё-то, хрен лысый.
— Мочить его надо сегодня, — тихо сказал Рудик. — Не зря его Гоша так подимал, опасен, отвечаю.
— Лох он. Чё париться с ним?
Голые девушки собрались с другого края бассейна и пили коктейли, не обращая внимания на разговор. Слоняра глянул на них, его улыбка вытянулась до ушей.
— Завтра займёмся, Рудик. Вот сами к нему приедем и…
— Да нечего тянуть, Слоняра! Если протянем…
Девушки вдруг завизжали. Гулкий выстрел эхом отразился от стен, а Рудик, как был в тёплой дублёнке, так и упал в бассейн, подняв целую волну воды. Шапка осталась с краю.
— Ты чё? — крикнул Слоняра, глядя на стрелка в чулке, натянутом на голову. — Да ты чё…
Стрелок выстрелил в него два раза, и вода вокруг Слоняры начала окрашиваться в красный. Киллер хмыкнул, глянув на кричащих девушек, и резко пошёл к выходу, выбросив пистолет в воду.
* * *
В дальнем зале кафе за столом сидели двое мужчин и пили пиво. Оба нервные, поэтому официанты подходить к ним опасались.
— Короче, — прохрипел Остап. — Череп это всё мутит. Если бы не он, я бы давно всех на мясокомбинате объединил.
— Так завали его, — безразличным тоном сказал Старый. — Мне-то чё с этого?
— А вот если бы пивзавод за меня вписался, я бы этого не забыл. Ты говорил с Крюковым насчёт меня? — Остап отпил пива и рыгнул.
— Нет, и не собираюсь. У нас тут другой умник появился, который за базаром не следит, и не до вас нам…
— Поговори с Крюковым, — настаивал Остап. — Когда закрою вопрос, у меня будет, что Иванычу предложить.
— Я же тебе сказал, нет.
— А это не тебе решать, Старый! Поговори с Крюковым и… — он кого-то увидел и выронил кружку. Пиво расплескалось во все стороны.
Старый повернулся к входу, глядя на вошедшего. Это точно не официант. Мужик в чёрной болоньевой куртке и вязаной маске прицелился из пистолета и выстрелил Остапу в голову. Тот опрокинулся вместе со стулом на пол, а киллер выстрелил в него ещё раз.
— В наши дела не лезь, — сказал он напоследок Старому и отбросил пистолет.
Старый поглядел на оружие, выдохнул, потёр ухо, в котором от выстрела всё ещё раздавался звон, вытер пот со лба и торопливо побежал к чёрному ходу, захватив дублёнку на бегу. Не хватало ещё, чтобы повесили труп на него. Шарф выпал из рукава на пол, прямо в лужу крови.
 
А убийца нагло вышел через главный вход, где его ждала машина.
* * *
— Слышал, чё базарят, Ткач? — спросил Кисель, спускаясь по лестнице в тёмном подъезде. — Череп хочет на завтрашнем сходняке всех под себя подмять.
Говорили они оба тихо, чтобы никто ничего не понял. Ждать было некогда, новости срочные, приходилось обсуждать на ходу. Хотя время позднее, в подъезде никого.
— Некоторые за ним пойдут, — спокойно ответил пожилой Ткач рассудительным голосом. — Гриша — мужик матёрый, с опытом, чтобы про него ни говорили. Но он должен знать, что я, Остап и Слоняра ему этого не позволим. А нас троих за один раз… кто там идёт?
Кисель полез за пазуху, но расслабился.
— Здрасьте, — поднимающийся навстречу подросток лет пятнадцати, держащий в руках мусорное ведро, встал на лестничной площадке, уступая дорогу.
— Здравствуй, Серёжа, — строго сказал Ткач, поправляя очки. — Нельзя вечером мусор выносить, а ещё с пустым ведром нам навстречу попался. Примета плохая.
— Мамка заставила, — пацан вздохнул.
— Ну, что поделать. Главное…
Уши заложило от громкой стрельбы. Стреляли сверху, с третьего этажа, и снизу, со второго, из пистолетов. Кисель кубарем скатился вниз, а Ткач упал на ступеньки.
Киллер, забежавший снизу, добил Ткача выстрелом в голову. Второй, спустившийся сверху, направил пистолет на остолбеневшего мальчишку, который прижался к стене, выронив мусорное ведро.
— Оставь его, — приказал первый киллер. Голос приглушённый из-за вязаной маски. — Сказано, без лишней крови, или он спросит за это.
— Тогда ты нас не видел, пацан, — второй киллер хмыкнул и пнул ведро, которое с грохотом слетело вниз. — Мы знаем, где ты живёшь.
Оба сбежали вниз, перепрыгивая через тела. Парень немного постоял с приоткрытым ртом и быстро помчался вверх, иногда спотыкаясь на ступеньках.
  
Глава 6
 
Не думал, что в воскресенье у меня будет много дел. Собирался съездить в контору, потом встретить приехавшую на каникулы Тамару, и в целом всё, свободен весь вечер.
Но с самого утра на моей съёмной квартире раздался звонок. Звонили не на мобильник, а на стационарный, так что пришлось подниматься с дивана и идти в коридор, топая босыми ногами по холодному полу.
— Доброе утро, Максим, — сразу услышал я знакомый голос.
— Доброе, Виктор, — я откашлялся. — Что-то случилось?
— Ещё бы, — следователь прокуратуры Федюнин засмеялся. — Надо бы нам в вашу контору, там будут проверяющие из разрешительной системы, чтобы осмотреть ваше оружие. Вопрос важный, просто дело в том, что у нас пока нет бумаги…
— Ну, мы с тобой и так договоримся, — сказал я.
— Добро, тогда скоро буду.
Следователь — неплохой мужик, тогда помог мне с братом, и я поддерживал с ним нормальные отношения. Раньше закончим, раньше займёмся своими делами. Внезапные проверки стволов уже бывали, так что я сразу набрал Женю.
— Выходной же сегодня, ты говорил, Волк, — промычал он сонным голосом.
— Я тоже приеду. Надо показать наши пушки Витьке Федюнину. Походу, кто-то из похожих стрелял, вот и смотрят, всё ли у нас на месте. А я пока Лёню вызвоню.
Попил кофе и сразу поехал в контору. Там уже стояла служебная Волга, а следователь пританцовывал у двери машины, держа в окоченевших пальцах свою неизменную папку с молнией.
— А чего внутрь не зашёл? — я с ним поздоровался. — Не пустили, что ли?
— Да не, отчёт выслушивал по рации.
Проводил его и приехавших с ним оперов и офицера из разрешительной системы. Вскоре на такси примчался Женя и стремительно зашёл внутрь, на ходу гремя ключами от комнаты хранения оружием. Следом за ним на недавно купленной Тойота Королла прибыл Лёня Лесняков, наш ответственный за работу с органами внутренних дел.