Группа крови на рукаве. Том 2 (СИ)
В какой-то момент людям это надоело, очередь заволновалась, начала ругаться.
— Стиляги чертовы…
— Жизни от них нет
— Это не стиляги — битники
— Хрен редьки не слаще…
Наконец, у кого-то лопнуло терпение, к парням вышли три дружинника в повязках. Начали что-то вежливо и тихо втолковывать. Один из патлатых вытащил из сумки пластинку. Я пригляделся. Судя по русским буквам на обложке — это была наша, отечественная пластинка. Тыча в нее пальцем, битломан принялся объяснять, что они ничего не нарушают, дескать песня Герл официально одобрена и выпущена Мелодией.
И к моему удивлению и удивлению очереди дружинники… отстали! Развернулись и потопали прочь.
— Да забирайте этих уродов!
— В армию их, пусть послужат Родине!
— Эй, капитан, а ты чего молчишь? — это уже было адресовано мне. Я сделал морду кирпичом и отвернулся. Очень вовремя. Потому как сзади ко мне цокая каблучками уже спешила Яночка Алидина. В коротком синем платьице с белым пояском, маленькой дамской сумочкой через плечо. Свои черные волосы девушка заколола в длинный хвост, длинную шею украсила ниткой бус.
У меня перехватило дыхания и я даже забыл поздороваться. Будто первоклассник.
— Ой, это мне?
Яна потрогала бутоны пионов, что я впопыхах схватил у метро у какой-то бабульки.
— Да! Выглядишь потрясающе. Ощущения, будто Шилка прошила очередью насквозь
— Что за Шилка? — поинтересовался девушка, нюхая цветы
— Пойдем, наверху расскажу
Я уже давно заприметил седоватого мужичка в костюме, что мялся у входа в башню. К нему-то, подхватив Яну под ручку, я и направился.
— Вы директор Седьмого неба? — грозно вопросил я, покосившись на девушку. Надо было видеть ее лицо.
— Да, да… А вы…
— Яна и Николай.
— Точно! Меня предупреждали, пойдемте, я вам выбрал лучший столик!
— Что происходит? — прошептала Яна мне на ухо, дергая за руку
— Проверяем качество обслуживания в ресторане — также тихо на ушко ответил я — Делай недовольное лицо.
Директор, выкрикивая “Спецзаказ”, с трудом протолкнул нас мимо разгневанной очереди, уже в скоростном лифте я напоказ достал из кармана платок и провел им по поручням.
— Но мы не отвечаем за лифты! — лицо Антона Викторовича посерело — Потом поймите! Рядом все еще идет стройка, летит цементная пыль…
— Да, да... Мы тоже люди и все понимаем — я покосился на Яну, которая с большим трудом держала серьезное выражение лица. Только бы не рассмеялась!
Со слегка заложенными ушами, мы вошли в ресторан, где нас провели к столику у самого окна.
— Боже мой, какая красота! — Яна не выдержала, ахнула
— Да, мы самый высокий ресторан не только в СССР, но и во всей Европе — директор щелкнул пальцами, к нам подлетел официант с вазой, поставил в нее цветы — Прошу, располагайтесь, вот меню.
— А что с полом? — Алидина посмотрела вниз — Он движется?
Вот же… Запалит ведь нас! Ну какие мы проверяющие с таким восторженным видом?
— Я тебя предупреждал, что это вращающийся ресторан — я подвинул Яне стул, сел сам — Можно посмотреть сразу всю Москву.
Официант щелкнул пробкой шампанского, разлил пенящийся напиток по бокалам.
Столица и правда была великолепна. Последние лучи заходящего солнца осветили Троицкую церковь в Останкино, Ботанический сад…
— Сюда надо приходить с биноклем! — Яна не могла оторваться от окна — Такая красота!
— И с фотоаппаратом — закончил я мысль девушки, улыбнулся директору и официанту — Нам надо немного времени, хорошо? Чуть позже мы сделаем заказ.
Сотрудники ресторана мигом испарились, а я взял девушку за руку и поднял бокал.
— За нашу встречу!
Глава 4
Меню в ресторане оказалось скудным. Пара видов котлет в панировке, гарнир, суп. Прямо как не самый крутой ресторан, а какая-то забегаловка около автобусной остановки. Но Яне было на это совершенно наплевать, она прилипла к окну и выискивала знакомые места. Я еще немного поизображал роль вечно хмурого проверяющего, но вскоре решил, что раз уж пустили, то уже не выгонят и расслабился.
Судя по всему, за нами откуда-то наблюдал директор, потому что официанты заулыбались уже гораздо более искренне. А когда я одобрительно как бы про себя произнес “а вот тут совсем молодцы” в ответ на предложение открыть еще одну бутылку шампанского, я прямо физически почувствовал разливающее вокруг облегчение. Вот какие мы строгие, но справедливые проверяющие…
Где-то на втором круге начало темнеть и искать знакомые места стало гораздо сложнее. Наконец освещение полностью скрыло привычные ориентиры и сияющая Яна наконец-то вернулась в реальный мир.
— Это так здорово! Никогда бы не подумала, что вид с высоты настолько меняет все
— А ты разве в самолете не летала?
— Летала конечно, но там быстро, разглядеть не успеваешь, а тут так не привычно…
Мы немного поболтали про семью Алидиных. Я знал, что в лоб распрашивать нельзя — поэтому зашел издалека. Поинтересовался, почему Яна работает на такой непритязательной должности в сберкассе — неужели папа не мог пристроить дочку получе? Чем немного даже обидел девушку. Нарвался на сентенцию, что всякая работа почетна, старший сын генерала так и вовсе служит на границе сверхсрочником, в Москву за теплыми местами не собирается.
— Я и сам из Владика — пришлось срочно менять тему — В нерезиновую приказом отправили
— Как ты сказал? — прыснула Яна — Нерезиновая?
— Ага. Еще Понаеховск.
Мы еще поболтали о том о сем, большей частью о вчерашнем происшествии. Как отреагировала мама (“чуть дуба не дала”), что делал папа (“сильно кричал на каких-то милицейских начальников”) и даже домашний пудель Альфред в знак протеста обоссал ковер. Ковер пришлось чистить Яне ибо прислуги в доме нет.
Потом Алидина посмотрела на часики — Мне пора, а то папа будет ругаться.
— Конечно — я помог Яне встать и уходя, заметил выглядывающее лицо директора. В ответ я прикрыл глаза и успокоительно кивнул. Дескать, все отлично, волноваться не надо.
А шампанское мы так и не допили. И с собой нам почему-то ничего не завернули. Хотя могли бы…
* * *Такси даже не пришлось искать. Около выхода из коридора, ведущего к башне, гуськом стояла вереница машин. Что было удивительно и неожиданно.
— Я провожу тебя?
— Проводи — Яно лукаво на меня посмотрела, перевела взгляд на такси — Поедем на электричке — эти сейчас два счетчика сдерут
Выяснилось, что три. Стоило мне поднять руку, как ближайшая мигнула зеленым огоньком, сменив его на красный и подкатила к нам. Из машины вылез грузин в кепке-аэродроме:
— Дарагой, домчу с красавицей вмиг. Но сам панимаешь… — водила показал три пальца
Вот и разъяснилась история с вереницей такси у башни. Они тут кассу делают и на карман себе работают.
— Поехали — махнул рукой я — Не раззорюсь
— Ну ты гусар — засмеялась Яна, усаживаясь в Волгу — Будьте добры, нам сначала до Вишняков, что в Балашихе, а там я подскажу
— А разве ты сейчас не домой? — с удивлением спросил я. Конечно, я не знал домашнего адреса Алидиных, но был точно уверен, что тот имеет номер дома как минимум.
— Нет, сегодня мы ночуем на даче.
Хорошо все-таки ехать по ночной Москве рядом с красивой девушкой. Редкие по меркам моего времени огни уличного освещения аккуратно обрисовывали контур Яны, затем били вспышкой, освещая салон целиком и тут же оставляли видимым только силуэт. Яна сидела, прижав к себе пионы и чуть отвернувшись, делала вид, что смотрит в окно. Вдруг ее ладонь, скрытая в темноте от водителя, накрыла мою. Легонько перебирая пальчиками, словно играя какую-то мелодию, Яна совершенно однозначно выражала свое отношение к прошедшему свиданию. Нет, я иногда конечно еще тот тугодум, но тут-то все ясно, не так ли?
Поцеловать или нет? Я глянул на грузина — тот был сосредоточен на дороге. Башня, шампанское… Прокатит. Положил руку на коленку девушке и быстро поцеловал в губы. Яна сначала напряглась, а потом сама подалась вперед, на китель посыпались лепестки пионов.