Дитя Н'аэлора (СИ)

Она была сильно обижена на старика. Мало того, что этот высокомерный колдун бросил ее на несколько недель с господином Эрегором, толком не объяснив, что происходит, так по возвращению в торговый дом сделал вид, что ничего и не произошло! Гнев до сих пор поднимался в груди эльфийки, когда она вспоминала, насколько холоден и неприветлив был старик, когда вернулся под крышу к темным эльфам. Свое безразличие к ней Владыка Нильф прикрывал какой-то непонятной заботой и идеей единения с соплеменниками. Но у нее не было ничего общего с этими остроухими!
Взять того же Ирнара. Лейтенант был груб и заносчив, а при каждом появлении Лиан в коридорах торгового дома он кривил нос, будто бы увидел что-то крайне неприятное. Она чувствовала, как и другие эльфы косятся в ее сторону, нет-нет, бросая взгляды на вязь печати, что продолжала разрастаться, и со спины и плеч уже начала перебираться на грудь и шею эльфийки. В Гирдоте все считали это просто татуировкой, какие наносят на свою кожу орки или некоторые выходцы с юга, жена трактирщика, Ольха, так и вовсе считала печать красивой. А вот темные эльфы если и не знали, что это такое, то уж точно догадывались. И тонкая вязь неизвестного проклятья делала Лиан чужой среди своих. И ведь старик ни слова не сказал ей и сегодня. Она ждала наставлений, советов, но все, что он сделал — передал ей амулеты, объяснил как ими пользоваться и после этого укатил в поместье местного бургомистра…
Эльфийка отвлеклась на свои размышления и не заметила, как Ирнар замер и поднял руку. Все-таки воткнувшись носом в спину темного эльфа, Лиан чуть не сбила лейтенанта с ног, но помощник Эрегора сумел устоять на ногах.
— Почему… — начала Лиан, но тут услышала несколько голосов.
Дальше, за поворотом тоннеля, кто-то был.
Ирнар аккуратно потянулся за кинжалом, показывая жестом оставаться Лиан на месте. Глаза темного эльфа горели огнем, а на его лице появился устрашающий оскал; Ирнар был обученным следопытом, а лучшее, что умели следопыты — быстро убивать вражеские дозоры, будь то пешие или конные воины.
Когда на стене появилась пара длинных теней, эльф тихо скользнул вперед и, сливаясь с темным камнем пещеры, прижав кинжал к груди, приготовился к атаке.
Лиан же осталась на месте, подчиняясь сигналу лейтенанта, но совершенно при этом не понимая, почему он не приказал ей спрятаться.
Вот, из-за поворота показалось плечо одного из работников арены, который о чем-то увлеченно спорил со своим спутником. Оба были так заняты разговором, что даже не сразу заметили девушку, замершую, словно застигнутая врасплох кошка, прямо посреди коридора.
— Что… — начал один из мужчин, который наконец-то заметил эльфийку.
Это и нужно было лейтенанту. Будто выйдя из стены, Ирнар по самую рукоять всадил свой кинжал в сердце одному мужчине, а второму — сломал гортань ударом ладони. Труп первого противника еще не успел коснуться земли, а эльф уже вырвал свой кинжал из тела и нанес несколько ударов в грудь и шею второму мужчине, который, сипло хрипя, хватался сейчас руками за горло.
— Мы близко, — прошипел темный эльф, вытирая кинжал об одежду одного из убитых. — Пошевеливайся.
Лиан ничего не ответила — только попыталась прожечь дыру в спине темного эльфа взглядом. Ей такие собратья и даром не нужны! Они ее ненавидят, так почему же она должна тянуться к ним⁈ Как только она выполнит это поручение, то сразу же выскажет старику все, что думает. И о Мибензите, и о темных эльфах, и вообще! У них есть Гирдот, у них есть башня. Она готова и дальше учиться магии и помогать старику по хозяйству. А потом, как наберется сил и знаний — отправится на юг. Подальше от этого проклятого Н’аэлора, туда, где вязь печати на ее коже не будет притягивать презрительных взглядов, туда, где на нее не будут смотреть, как на мусор и разговаривать сквозь зубы!
Она предлагала этому гордецу активировать амулет старика и воспользоваться силой ищейки. Но лейтенант ей ответил, что они и сами справятся. Видит она, как они справляются! Тупой, высокомерный темный эльф…
 
— Стой! — одними глазами скомандовал Ирнар, кладя ладонь на плечо Лиан.
Девушка раздраженно сбросила руку темного эльфа и, выглядывая из-за спины лейтенанта, попыталась увидеть причину, по которой они опять замерли.
Впереди был тот самый зал.
Большая клетка из темной стали, засыпанный песком пол. Помост, на котором была установлена клетка, казалось, являлся частью пещеры, но острый глаз эльфийки заметил, что именно в этом месте плавный изгиб стен незаметно меняется. Будто бы кто-то огромным ножом срезал лишнее, высекая плоскость посреди большого естественного зала.
Возле самой клетки стояли трое и о чем-то тихо переговаривались. Лиан попыталась разобрать слова, но пещера, отражая звук, превращала обрывки слов в неразборчивое гулкое месиво, которое в итоге сливалось в сплошной шум.
Ирнар же, до этого просто сжимающий рукоять своего меча, аккуратно и бесшумно потянул клинок из ножен. Лиан тоже взялась за саблю, которую дал ей господин Эрегор — прекрасный клинок с вытравленной кислотой узорчатой вязью. Нетерпеливо перебирая пальцами по рукояти и держа оружие обеими руками, девушка вызывающе посмотрела на лейтенанта.
Эльф колебался. По его сосредоточенному, строгому лицу было видно, что вступать в неравный бой с неизвестным противником он не хочет, но их могут обнаружить в любой момент, и тогда они потеряют то единственное преимущество, которым обладали. Где остальные отряды, почему не подходят? Времени на ожидание не оставалось. Тоннели оказались длиннее и извилистее, чем ожидалось, а значит надо атаковать сейчас — неизвестно, когда подойдут остальные.
— Идем, — мотнул головой лейтенант, указывая подбородком на цель молодой эльфийки. Ей достался тот, что стоял слева.
Но едва оба темных эльфа шагнули под свод большого зала, со всех сторон послышался грохот доспехов, а в тоннелях замелькали отблески фонарей и тени спешащих людей. Обернувшись, Лиан поняла, что и из тоннеля, откуда они с Ирнаром пришли к печати Владыки Харла, спешат вооруженные бойцы.
— Они тут! Окружай! — рявкнула одна из фигур в центре зала и Лиан почувствовала, что ловушка окончательно захлопнулась.
Поместье бургомистра Гинника
Мы с Эрегором рефлекторно стали спина к спине, как на тренировке, словно и не прошло столько сотен лет с момента нашего последнего совместного боя. Племянница бургомистра повисла на моем плече, намертво вцепившись тонкими пальчиками в ткань нарядного камзола, я же думал о том, почему не взял с собой меч.
На моем поясе болтался только маленький парадный кортик — все же, являться в дом бургомистра при полном оружии было бы подозрительно, а справиться с Владыкой Харла я планировал с помощью своих магических сил. Сейчас же я стоял перед сложным выбором — натравить на местные элиты своих демонов, либо же попытаться сбежать.
За меня все решил случай. Я увидел, как мужчина, от которого буквально разило кровавой силой Второго Бога, появился на заднем крыльце поместья, и, безумно смеясь, заорал:
— Вот она! Истинная мощь! — воскликнул маг, демонстрируя миру горящую кроваво-красным пламенем печать на левой ладони.
Что? Всего одна? Я был уверен, что для плетения Уз Крови он уже должен был быть рабом Харла, а заклинание создается, чтобы получить вторую отметину Владыки, но только одна, совсем свежая печать… Этот колдун и вправду был умен, если сумел создать подобный контур.
Мои планы поменялись. Я должен взять его живым и выяснить, сколько магов принимало участие в создании такого сложного заклинания. Как бы он не был хорош, я не мог поверить в то, что он создал эту печать в одиночку.
— Ну как тебе такое, старик⁈ — воскликнул колдун, указывая на нашу троицу пальцем.
Лицо его было бледно, глаза лихорадочно горели. Ничем не примечательный, обыкновенный человек. Вроде, даже, купец Тронд что-то о нем говорил. Помощник бургомистра Гинника? Возможно, но сейчас это не имело значения.