Мой хозяин дракон (СИ)

— Лорд-дракон наводит порядок. Да вот, кстати, и он!
— Где? — внутри все ухнуло в пропасть.
— Да вот же, санна! Наверху!
И, следуя звонкому голоску Айты, я задрала голову. Высоко в небе, то ныряя в пуховые облака, то вырываясь из них подобно чернoй молнии, в самом деле летал дракон. Он был черен, как уголь, но в какой-то миг мне померещилось, что по его длинному и узкому телу временами скользят голубоватые молнии. Я замерла, забыв, как дышать. Это был первый раз, когда я увидела полет дракона. А у самой отчего-то раздражение в душе поднималось: он ведь почти меня убил, а до этого убивал других девушек. Разве может быть столь жадная до чужих жизней тварь быть столь красивой? Разве может господь допустить, чтобы он так свободно летал и резвился в небе, когда кости невинных девушек лежат в могилах? Да где же, варги меня побери, справедливость этого мира?
Очнулась оттого, что тонкие холодные пальчики Айты сомкнулись на моей руке. У нее всегда мерзли пальцы, и она сама вечно мерзла, кутаясь в свою теплую шаль.
— Красиво, правда? — тихо спросила она. И, подумав, добавила, — иногда мне хочется, чтобы перед тем, как я умру, он меня покатал по небу.
Эти ее слова вернули меня к действительности. Я сжала ее руку и, больше не глядя на кувыркающегося в облаках дракона, сердито сказала:
— С чего это ты собралась умирать? Теперь я здесь, и никого он бoльше не убьет. Наверняка саннор Фейдерлин уже всем об этом сказал, м-м?
Кажется, Айта немного покраснела.
— Да нет же, лорд-дракон тут не при чем. Я же…
— Я не дам тебе умереть, слышишь? — опустившись перед ней на кoлени, я заглянула в безмятежные, широко распахнутые глаза, в которых отражалось небо, — не придумывай глупостей. Ты будешь жить долго и счастливо. Только мне нужно немного восстановиться, понятно?
Айта шмыгнула нoсом и смущенно сказала:
— Пойдемте дальше, санна. Мы можем выйти из замка и даже подойти к краю острова.
— А дойдем ли?
Я поднялась, отряхнула передник.
— Так остров невелик. Только стоянка для кораблей, они иногда провизию доставляют, да роща. Замок почти весь остров и занял.
…Проходя сквозь главные ворота, я с удовольствием отметила, что они совершенно не охраняются, да и вообще, вряд ли запираются. В самом деле, к чему их запирать, когда варги — с крыльями? Вот уж, в самом деле, древний замок. Из этого следовало то, что никто не будет мне мешать покидать территорию замка и, возможно, даже забраться внутрь отбывающего торгового судна.
А остров и в самом деле был невелик: начиная от ворот, его на две части делила отсыпанная гравием дорога. По одну сторону — невысокие холмы, поросшие серебристым ковылем, по другую сторону — низенькие деревья, акации. Наверное, тут частенько бывали ветра, потому что некоторые деревья были изломаны, да и на земле валялись черные сухие ветви. А со стороны холмов, всего-то в какой-нибудь сотне шагов от дороги, красовалась старательно выровненная площадка с чугунными крюками для швартовки кораблей.
— Мы пойдем до конца дороги? До края? — спросила моя провожатая.
— Конечно.
Айта с сомнением покачала головой.
— Он, бывает, осыпается. Близко подходить нельзя.
— А мы и не будем, — ответила я, а у самой в памяти — яркая картинка из детства, когда я стою на обрыве над морем. Мы ведь жили на одном из центральных островов, к середине Чаши они большие, даже моря бывают. Я стою у самого края, ветер треплет косы, грозит унести шляпку — а я щурюсь на розовый закат, на его отражение в бирюзовой воде, и в груди все замирает от сладкого страха, какой бывает, когда одновременно и страшно, и жутко интересно, и такое лживое чувство собственной неуязвимости.
Я ещё раз посмотрела на небо: дракона больше не было. То ли улетел к краю Чаши, то ли вернулся в замок. Солнце висело где-то далеко над центром, и из-за этого мы с Айтой отбрасывали длинные тени. Передернув плечами, я зашагала дальше вслед за Айтой. Варги с ним, с драконом. Возможно, в самом деле стоит прислушаться к тому, что говорит и обещает Фейдерлин…
 
С другой стороны, как я могу верить человеку, который, глазом не моргнув, бросил меня на съедение монстру?
— В роще есть озеро, — вдруг сказала Айта, — хотите, подойдем? Оно не лишком глубокое, в нем можно купаться. Только вода там всегда холодная.
— На oбратной дороге, — мне все-таки хотелось увидеть край острова, а заодно и край Чаши.
— Я сегодня видела санну Катрину.
Тут я невольно навострила уши, самa не знаю, почему. Мне-то какая разница, на ком женится лорд-дракон? Но послушать все равно было интересно.
— Она гуляла в саду, — продолжила Айта, пока мы неторопливо брели по дороге, — в таком голубом платье… Ну, знаете, когда ткань блестит…
— Атласном, наверное, — пробормотала я, невольно вспомнив и собственные туалеты.
Наверняка их мачеха к рукам прибрала. Ну, ничего. Клянусь всеми отрезанными хвостами варгов, я еще вернусь, и тогда мы еще посмотрим, кто будет смеяться последней.
— Да. Очень красивое. И плечи голые. И даже грудь видно. Представляете? На нее другие драконы та-ак смотрели, а ей хоть бы что.
— Она просто уверена в том, что никто ее не тронет.
— Ну да. Наверное. Санна Катрина… она красивая. Красивее, чем вы, — наивно рассказывала Айта, — у вас кожа смуглая, и вы вся темная. А санна Катрина — беленькая, что снежок, и вoлосы как пшеница.
— Терпеть не могу блондинок, — я усмехнулась. Что правда, то правда. И почему-то все блондинки, кого я знала, до ужаса гордились своей белобрысостью, что как бы намекало на полное отсутствие прочих достоинств.
— Я слышала, Фейдерлин долго уговаривал лорда-дракона женитьcя. Едва уговорил.
— А что ж так? Страсти лорда-дракона уж должно хватить на ее блондинистое высочество.
— Я слышала, — тут голосок Айты упал до шепота, — лорд-дракон вроде как говорил саннору Фейдерлину, что санна Катрина… не подходит ему, что ли.
— А как он определяет, кто ему подходит, а кто — нет?
Айта не ответила. Конечно же, этого она не знала.
Постепенно, болтая о всяких пустяках, мы дошли до края острова, где было сооружено что-то вроде вала из крупных камней.
— Дальше — нельзя, — предупредила девочка, хватая меня за руку.
Я высвободилась.
— Ты здесь постой, я на минуточку.
И полезла на вал. В самом деле, если осторожно — я ведь не свалюсь? Но, коль я здесь, грех не посмотреть на край Чаши!
Плюнув на чистоту передника, я легла грудью на камни, подтянулась на руках и все-таки увидела ее. Оказывается, так близко… Пожалуй, все равно что перейти Дворцовую площадь на Кардилии. И похоже на стену из густого тумана, фиолетово-синего, постоянно меняющего форму. Или же туман попросту клубился над краем Чаши, закрывая обзор и не давая увидеть — а что же там, где Хаос? Когда-то я читала о том, что, мол, магическое сообщество пришло к выводу, что и за краем Чаши люди вполне могут жить, и что если бы не многочисленные варги, уже давно бы освоили те земли. Но, вряд ли кто из тех магов на самом деле бывал за этой завесой. Так, выдумки.
Я вздохнула, аккуратно отползла обратно, затем отряхнула передник от белесой пыли — правда, похоже, стирки ему уже было не избежать. Поймала восхищенный взгляд Айты.
— Вы… такая отважная, санна! Другие даже к краю боятся подходить.
Я лишь пожала плечами и взяла девочку за руку. Мы двинулись в обратном направлении.
— Видишь ли, Айта… На самом деле мне тоже было немного страшно, — честно призналась я, — но ты только подумай. Меня похитили, продали как рабыню, а потом бросили на съедение дракону… Неужели ты думаешь, что после этого я буду бояться подойти к самому краю? После того, как он сжигал меня своим огнем?
 
— Вам было очень больно? — только и спросила она.
— Мне было и больно, и страшно. Мне казалось, что я исчезну… И, знаешь, когда наcтолько больно и страшно, что-то ломается внутри, и то, что раньше бы очень испугало, уже не кажется таким уж страшным. Зато теперь я знаю точно, как выглядит край мира.