Маркиза с хутора Нижние Шатуны (СИ)

-И тебя это сильно расстроило, — вздохнула я, — Считаешь несправедливо?
-Я жалею лишь о том, что не успел помириться со стариком. Он был хоть и странным, но добрым и ко мне относился хорошо. Конечно, мне не помешало бы наследство, но это сущая ерунда, по сравнению с тем, что спрятал здесь пан Вайцеховский.
-И ты так спокойно все рассказываешь абсолютно незнакомому человеку?
-И правда, — он потрогал голову, — Может это из-за удара?
Лех уставился на меня, а я отметила какого необычного цвета у него глаза, аквамаринового, как морская вода жарким летним днем.
Мужчина вообще был красив, а легкая небритость придавала ему шарма. Он был примерно моего возраста, может немного постарше.
-С другой стороны, — продолжил Лех, — Ты теперь владелица дома и я с тобой поделюсь.
-Владелец мой отец, — уточнила я, — И давно ты тут ищешь? И что конкретно ищешь?
-Неделю уже, раньше не мог отпуск взять, — доев и отодвинув от себя тарелку сказал он, — Я работаю в Воеводском Управлении Варшавы в Департаменте по работе с иностранными гражданами.
-Ух ты, так ты высокий начальник?
-Нет, рядовой клерк, но я делаю карьеру, — с гордостью ответил Лех, — Вайцеховский составил перечень золотых вещей, которые он сложил в мешок и спрятал в подвале дома, там упоминаются сотни колец, серег, колье и цепочек. Так что скажешь, будем вместе искать?
"Дотошная сволочь, этот пан Вайцеховский", — подумала я, а вслух сказала.
-А скажи мне Лех, каким же образом пан Войцеховский добыл сокровища?
-Он работал в еврейском гетто в Кракове.
-Работал? — меня передернуло, еще один, кто "просто выполнял свою работу", обирал несчастных людей, а что с ними было потом? Злость поднималась с глубин моей души и очень хотелось треснуть этого клерка еще разок.
Лех смотрел на меня с недоумением, потом выдал.
-Да нам-то какая разница, как он там собирал свое богатство. Наша задача его найти…
-И отдать на благотворительность, — закончила я, — Я согласна с моим покойным дядей, это страшное богатство и если мы его найдем, отдадим в фонд защиты животных, которых так любил Владислав Ланевский. Ты что, не понимаешь, это вещи погибших, замученных, ни в чем неповинных людей. Разве они могут принести тебе счастье?
-О! — подкатил глаза Лех. — Еще одна блаженная, вы Ланевские все такие? Ты не хочешь разбогатеть?
-Я уже была богатой, и поверь, это не принесло мне счастья. Спорить с тем, что деньги важны и нужны в нашей жизни глупо. Но они решают не все.
-Вот не надо мне тут философии, что друзей за деньги не купишь, и любовь не купишь, бла-бла-бла, — усмехнулся Лех, — Будем искать вместе или нет?
В его голосе я услышала угрозу, попыталась сосредоточиться и что-то увидеть из его будущего, но ничего. Как, черт побери, работает этот мой дар? А я скажу как — самопроизвольно.
-Мой день сегодня начался в два часа ночи, я спала только четыре часа, когда летела из Москвы в Краков. Потом было утомительное вступление в наследство, знакомство с самим наследством в виде живого приложения, потом ты начал шуршать в подвале. Я устала, давай обсудим утром. Ты где остановился?
-В Кракове, в отеле, — подозрительно на меня посмотрел, — Но хотел бы остаться в доме, ты не против? Я мог бы занять свою комнату.
-Оставайся, — махнула я рукой, — Лех, а ты не знаешь, как перевозить животных через границу?
-Ты собираешься забрать с собой собак?
-Я собираюсь забрать с собой всех, собак, лошадь и ящерицу.
-Нет, ты точно ненормальная, — покачал головой поляк, — Сам не знаю, но знаю людей, которые этим занимаются. Могу выяснить.
-Выясни, буду благодарна. А сейчас давай спать. Я лягу в комнате для гостей.
Взяла на руки Чару-Чучу и пошла в комнату, Лех вздохнул и поплелся за мной. Я обернулась.
-Моя комната в конце дома, — пояснил он, — Спокойной ночи.
 
Шерлок остался в гостиной, забравшись в свою лежанку.
Я закрыла комнату на задвижку, порадовавшись ванной, которая была здесь же. Быстро приняла душ, застелила постель и залезла в кровать, собачка уже устроилась на подушке рядом.
Сон сморил меня мгновенно. И увидела я дядю, он был очень похож на моего отца, только глаза были не колючими, а добрыми, он сидел в кресле с игуаной на руках и с кем-то разговаривал.
-Ни один человек не знает степени своей моральной стойкости, пока не подвергнется испытанию. Тысячи людей проживают жизнь, пользуясь уважением только потому, что никогда не были поставлены на край пропасти.
"Как точно сказано, кто знает если бы меня прижали к стенке, пытали, угрожали дорогим мне людям, как повела бы себя я".
-Поэтому, — продолжал дядя, — Старайся не оказываться на краю. Никто из нас не застрахован от трудностей: ни красивые, ни талантливые, ни знаменитые, ни богатые и обеспеченные. Масштаб разный, а трудности одни.
Мне было интересно, с кем он разговаривает, но как я ни старалась увидеть собеседника, ничего не получалось. И мне стало так горько, так обидно, что я не знала своих бабушку и дедушку, своего, такого удивительного дядю. Я заплакала. И почувствовала, что-то горячее на лице. Открыла глаза и увидела напротив черные бусинки, а горячий маленький язычок слизывал мои слезы.
-Спасибо, Чуча, — погладила я собачку, — Вот только сон я не досмотрела. И к чему он? Типа "не суди" и так далее? Легко быть доброй, честной и бескорыстной имея сто миллионов. А было бы у меня десять рублей в кармане?
Я задумалась, пытаясь понять, что там спрятано в самых тайных уголках души. Взяла бы я себе драгоценности, снятые с людей, обреченных на гибель? И поняла, очень четко осознала — нет.
Утром выглянуло солнышко, и первое что меня ждало — Шерлок с ошейником.
-Вот она, обратная сторона радости от обладания собаками. Забудь про себя, вспомни о братьях твоих меньших.
-Ты чего бурчишь? — выходя в коридор и потягиваясь приветствовал меня Лех.
Дом был построен таким образом, что при входе располагался холл, из него двери в гостиную, кухню и коридор, в котором по обе стороны располагались спальни и ванные комнаты.
-И тебе доброе утро, собираюсь на прогулку с собаками. Не подскажешь, игуану брать?
-Давай я с ними пробегусь, а ты завтрак сделаешь. А с игуаной можно гулять только летом.
Я нашла в холодильнике яйца, творог, разыскала муку. Быстро нажарила сырников и сварила кофе. Потом позвонила родителям, описала ситуацию.
-Лика, за сколько можно продать дом, — был первый вопрос от отца.
-Я ещё не связывалась с агентом по недвижимости. Узнаю, сообщу, в банк поеду сегодня и после уплаты налогов переведу на ваш счет. Как вы отдыхаете? Нравится санаторий?
-Да, спасибо. А зоопарк этот пристрой там где-нибудь. Брат и в детстве был не от мира сего, — хмыкнул папа.
Продолжать разговор не стала и про Леха рассказывать тоже, родители точно этот проклятый клад никому не отдали бы.
Только отключила звонок, как позвонил Артем.
-Артем, тут такие дела, я вчера обнаружила в подвале кладоискателя. Это сын бывшей жены дядюшки.
-Лика, я приеду! — заорал Артем так, что ему телефон был не нужен, по-моему.
-Тебя арестуют на границе. Не волнуйся, он вполне адекватный и ничем мне не угрожает. Надеюсь, никакого клада он не найдет и уберется в Варшаву. А я оформлю животных и приеду.