Забудь о любви (СИ)

— Это хорошая новость, — улыбается отец. — Видишь, какой замечательный у тебя будет муж!
— Чем же он замечательный? — не выдерживаю я.
— Пытается найти к тебе подход, на свидания зовёт, поддерживает. Разве этого мало? — хмурится папа. — Твой Сергей был на это способен? Он часто приглашал тебя в приличное заведение?
— У него не было столько денег, чтобы по дорогим местам расхаживать, — кривлюсь я. Не хочу вспоминать бывшего, мне больно от его предательства.
— Лия, дело совсем не в деньгах, а в том, хочет ли мужчина доставить своей женщине радость. В нашем городе есть недорогие кафе, ты ведь сама туда с подружками ходила, — отец вглядывается в моё лицо, растерянно качает головой. — Ты что, скучаешь по Сергею?
— Боже, нет! — я начинаю расхаживать по довольно просторной палате. — Сергей поступил ужасно, не защитив меня перед Асмановым. Я просто… наверное, по инерции его оправдываю, не знаю. И ты прав, Богдан обо мне заботится и хочет доставить мне радость. Это самое главное.
Специально перевожу тему в безопасное русло. Отец снова начинает хвалить Богдана, потом Аркадия и Анну Викторовну. Я всё это уже слышала. Достало! Сколько можно повторять одно и то же? Я в долгу перед этими людьми, и с каждой минутой груз ответственности тяжелее давит на плечи. Нельзя всё испортить, иначе мы с отцом окажемся на улице. Кому мы нужны в этой столице? Я даже маникюр делать не умею, а у папы вообще рука сломана.
— Мне нужно идти. Хочу подготовиться к свиданию, — выдавливаю из себя, желая прекратить нравоучения отца.
— Конечно, иди, милая.
Целую папу в щёку, жму его шершавую ладонь и выхожу из палаты. На улице снова жара, голова кружится и к горлу подступает тошнота. Захожу в первый попавшийся ресторан, спрашиваю у официанта, где находится уборная. Смочив руки холодной водой и прижав их к щекам, я постепенно прихожу в себя. Я очень бледная, глаза какие-то растерянные, губы дрожат. Смотрю на себя в зеркало и не узнаю. За прошедшие дни я сильно изменилась, кажется, даже похудела немного.
Нельзя идти на свидание в таком виде! Я должна быть красивой, должна понравиться Богдану настолько, чтобы он никогда не пожалел о своём решении.
Но для начала не помешало бы поесть. Выхожу из туалета, выбираю столик в углу зала, немного подумав, заказываю сырный суп и котлету по-киевски. После ресторана записываюсь в салон красоты, где прямо сегодня есть свободные окошки. Модная стрижка, маникюр, лёгкий макияж — всего за три часа меня делают другим человеком. Оставляю какую-то фантастическую сумму и возвращаюсь в дом Аркадия и Анны Викторовны.
До свидания остаётся всего час, и от зашкаливающего волнения я не знаю, чем заняться. Переодеваюсь в джинсы и блузку, нервно хожу по комнате и через каждые пять минут проверяю время. Оно, зараза, в улитку превращается, еле-еле ползёт вперёд.
Ровно в шесть я выхожу из дома и вижу Богдана. Оказывается, он пунктуальный. Ещё один плюс ему в копилочку. Натягиваю на лицо счастливую улыбку, а у самой ноги дрожат от странного трепета, пронизывающего меня с ног до макушки. Что за наваждение? Ловлю заинтересованный взгляд Богдана и улыбаюсь уже по-настоящему. Он такой красивый сегодня, снова в рубашке и брюках, но почему-то мне не хочется назвать его одежду скучной.
— А в твоём гардеробе есть обычные джинсы и футболки? — спрашиваю я вместо приветствия. И тут же замолкаю. Вот обещала же себе, что не буду язвить!
— Не уверен. Можешь сама проверить, — усмехается Богдан, открывая передо мной дверь машины.
— Это приглашение? — ныряю в прохладный салон, на секунду закрываю глаза, чтобы справиться с волнением.
— Возможно, — говорит Богдан. Он не спешит ехать, окидывает меня внимательным взглядом и улыбается краешком рта. — Шикарно выглядишь.
— Спасибо, — киваю. Именно этого я и добивалась, так почему на душе неспокойно? — В какой ресторан ты меня отвезёшь?
— Ни в какой.
— Да? А где тогда пройдёт наше свидание?
— Это секрет, — мягко произносит Богдан. — Ты не голодна?
— Нет.
— Отлично.
 
Я щёлкаю ремнём безопасности и откидываюсь на кресло. Казалось бы, в дороге волнение должно утихнуть, но не тут-то было. Сердце стучит, как с катушек слетевшее, кончики пальцев покалывает, мысли заплетаются. Я смотрю в окно, потом, не выдержав, начинаю бросать взгляды на расслабленного Богдана. Его руки лежат на руле, взгляд спокойный, движение плавные, уверенные. Серёжа по-другому водил машину: нервно, дёргано, быстро, иногда матерился и даже психовал, отчего я вжималась в сиденье и молилась, чтобы мы не попали в аварию.
Рядом с Богданом мне не страшно. Уверена, он не будет подрезать кого-то, обгонять или бахвалиться тем, какой он крутой водитель.
— Любуешься? — насмешливо спрашивает он, на мгновение встречаясь со мной взглядом.
— Да, ты хорошо водишь, — не вижу смысла врать. К тому же мужчины любят комплименты почти так же, как и девушки.
— Знаю. А ты хотела бы получить права?
Его вопрос ставит меня в тупик. Разве я могу позволить себе автомобиль? Нет, конечно. Тогда зачем мне права?
— Нет.
— Почему?
— Вождение — это слишком большая ответственность, — увиливаю я от прямого ответа.
— Ясно, — хмыкает Богдан. — На картинге была когда-нибудь?
— Нет. Это там, где нужно на гоночных автомобилях ездить? Я видела что-то подобное в американском сериале.
— Да, примерно так. Не хочешь попробовать?
— Сейчас?
От удивления и пронзающего восторга у меня дыхание захватывает! Неужели это возможно? Прямо сегодня? Я никогда в жизни не водила. Разве можно сесть в гоночный автомобиль и спокойно поехать по трассе? А вдруг я во что-нибудь врежусь?
— Почему бы и нет, — улыбается Богдан. — Изначально я планировал сводить тебя на смотровую площадку, откуда открывается фантастический вид на город. Но это мы сделаем в другой раз. Так что, ты готова к езде на гоночных картах?
— Не знаю. Я не успела к этому подготовиться…
— Да брось, — качает он головой, — готовиться к развлечению — это слишком скучно. Самый кайф в неожиданности.
— Наверное. — Оптимизм Богдана и его широкая улыбка действуют на меня вдохновляюще. Я набираю в лёгкие побольше воздуха и словно бы в пропасть прыгаю, когда говорю: — Окей. Твоя взяла. Я хочу на картинг.
  
12
 
Инструктор рассказывает, как управлять маленьким гоночным картом, я усердно киваю, внимательно его слушаю, а потом надеваю на голову защитный шлем и поворачиваюсь к Богдану.
— Зачем ты привёл меня сюда? — ною я, поглядывая на устрашающий карт. — Вдруг я врежусь во что-нибудь и получу сотрясение мозга?
— А шлем тебе зачем? — улыбнувшись, спрашивает Богдан.
— Как у тебя всё просто, — качаю головой. И зачем я только согласилась на эту авантюру? Страшно же!
— Мы можем уйти, если тебе не хочется приключений, — говорит Богдан, скептически вздёргивая правую бровь. Смотрит так, что легче сквозь землю провалиться, чем дальше выдерживать его суровый взгляд. Он специально берёт меня на слабо?
— Я хочу приключений! Но я немножечко трус, — тяжело вздыхаю.
— Я буду ехать рядом с тобой. Ничего страшного не случится, обещаю, — произносит он с непонятной теплотой.
— Хорошо.
В этот момент я ему верю. И сажусь в карт, наблюдаю, как Богдан располагается в соседней машине. Давлю в себе остатки сомнений и вжимаю ногу в педаль газа. А затем вскрикиваю! Карт несётся вперёд, ветер свистит в ушах, я крепко стискиваю руль, ладошки потеют, но страха нет. Только ни с чем не сравнимый восторг. Он пузырится в венах, щекочет кожу, фейерверками вспыхивает в солнечном сплетении и груди, отчего я начинаю смеяться. Громко, радостно, открыто.
Я идеально вписываюсь в поворот, снова давлю на газ. Скорость небольшая, но мне этого вполне достаточно! Главное — я сама управляю этой маленькой машиной, мне никто не помогает, не раздаёт указы, не мешает делать так, как я хочу. Рядом едет Богдан, машет мне рукой, и я снова смеюсь. Проезжаю всю трассу, затем иду на второй круг, третий, четвёртый. Отведённое нам с Богданом время слишком быстро заканчивается.