На пути прогресса (СИ)
О, если бы можно было конвертировать подозрение, возникшее в его взгляде, в нечто материальное, то рядом бы появилась тонна олова, полтонны финиковых косточек и готовый пресс. Я, если что, без обид к напарнику — но и дальше жить в скромном травяном куполе был не намерен. В посёлке целых пять тысяч рыл, и вокруг ещё столько же — ну как так-то? Где мой честно наворованный дворец и вышколенная прислуга, а?
Справедливости ради надо сказать, что по местным меркам мой доспех и копьё стоили как тот самый дворец. Подарок был царский, ничего не скажешь… Но, во-первых, дарили мне, а ударников обделили, хотя мы вместе сделали возможным получение бронзы — и не сказать, чтобы поначалу получали много помощи. А, во-вторых, не так уж и активно нам помогали в сравнении с тем, что нам самим приходилось делать. Вон, попробуйте кутуль-каву вынести…
— Ну что, завтракать? — спросил Саша.
— Пошли! — кивнул я, оглядев будущий фронт работ.
— Надеюсь, ты ничего не задумал… — вздохнул Саша.
— Если бы я никогда ничего не задумывал, мы бы с тобой сейчас впахивали на Альянс! И хорошо, если с обеими ногами на положенных природой местах… — ответил я.
Сначала я собирался делать полный и подробный доклад о Медном, Медоеде и новых жителях, но после потери дома и появления новых планов — всё мстительно сократил. Котов, Саша, Кирилл, Поляк и Бамбина меня внимательно выслушали. И, само собой, посыпались дополнительные вопросы. А ответив на все, я понял, что проще было полную историю изложить — времени прошло столько же…
— Жалко, что вы Медоеда с лодкой упустили, — вздохнул Котов после моего рассказа.
— И что бы ты с ним делал? — ворчливо поинтересовался я.
— Убил бы! — радостно ответил Котов.
— Это и мы могли сделать! — я не удержался от усмешки. — Можно было его просто не лечить и дать истечь кровью.
— Одно дело — в бою погиб, другое дело — казнь! — заметил Котов. — Я бы сам приговор выполнил.
— Этот приговор радостно выполнил бы каждый второй! — я с подозрением посмотрел на нашего руководителя ополчения, что от него не укрылось. — Надо было выбирать позорное наказание, тогда бы он не смог больше лидировать среди бандитов.
— Тоже верно… — согласился Котов.
А я в очередной раз задумался, что же связывает его и Медоеда. В истории, которую Котов рассказывал при знакомстве, явно что-то не сходилось… Надо было бы уже забыть и плюнуть, но у меня никак не получалось этого сделать…
— Ладно, какие дальнейшие планы? — спросил Кирилл. — Филь, извини, что про дома не подумали! Сегодня исправимся.
— Не надо! — отмахнулся я. — Сами отстроимся.
Вот теперь с подозрением на меня уставились уже все. Я отвечал почти невинным взглядом, в котором читался (надеюсь!) вопрос: «Не, ну а вы что хотели?..». Молчание затягивалось, и я ни в чём не признавался. Первым не выдержал Саша:
— Что ты задумал?
— Домик построить, — беспечно отмахнулся я.
— Утром ты мерил землю шагами. И, судя по сторонам твоего домика, в него можно сразу всех ударников уместить… — заметил Саша.
Поляк и Котов возмущённо засопели, а Кирилл засмеялся и покачал головой.
— Филя, я так понимаю, вопрос решённый? — спросил он совершенно спокойно.
Я просто кивнул.
— Ну тогда давайте думать о том, что давно назрело… О бюрократии! — сразу успокоился лидер посёлка и перешёл на другую тему, пояснив мне. — У нас тут беда с учётом и хранением информации. Бумаги нет: пишем то на шкурах, то на досках. Всё это очень недолговечно. Чернила мы уже сделали — оказалось не так уж и сложно. А вот на чём писать — до сих пор не знаем…
— Пергамент сделать не удалось! — сообщил Саша. — Мы проводили три эксперимента. И каждый раз кожа либо слишком жёсткая, либо слишком легко рвётся.
Кирилл кивнул и обвёл всех строгим взглядом.
— Значит, думайте над бумагой, или будем пользоваться глиняными табличками.
— Могу своих опросить, кто что помнит! — заметил я, с раздражением отметив, что взгляды были больше скептические, чем заинтересованные. Вот и мотайся в походы на благо Мыса — сразу уважать перестанут. А потом и без штанов оставят…
Больше на совещании я ни слова не проронил. Почему? Потому что кто-то решил, что я просто бравый и тупой вояка. А я не просто вояка — я отличный вояка с чувством собственного достоинства и изобретательской жилкой. А раз так, то пора и напомнить всем об этом. План был простой: масло и масляные лампы, строительство донжона (или маленького форта) и бумага. Можно сказать, что последний пункт — это уже вопрос чести!..
Раз уж все решили окончательно переходить на товарно-денежные отношения, то и делиться секретами я не буду. Будет бумага? Отлично! Один лист — десять опыта… Нет! Сто опыта за лист! И тысячу за ма-а-аленький кувшинчик масла… Под конец своих размышлений я уже и сам над собой посмеивался: обидели мышку — написали в норку. Но хочешь не хочешь, а надо укреплять своё положение в обществе, иначе так и будем ходить по кругу: тут уважают, тут не уважают, а тут — рыбу заворачивают.
С Борборычем я спорил с полчаса, не меньше. Очень не хотел наш рейд-лидер всем этим заниматься. В принципе, я знал, чем его подкупить: предложил на вылазки ходить посменно, а ему, если не хочется сидеть в «крепости» — вообще можно ходить на каждую. Самое смешное, что как только Борборыч понял, что приказом запирать его в Мысе никто не собирается, он и сам решил пропустить вылазки и помочь со строительством.
Ударники восприняли мои грандиозные планы без энтузиазма, но с пониманием. Я видел, что многих покоробило то, что нас оставили без крыши над головой — пусть и на одну ночь. Кто-то считает, что ударники — не самая важная часть Мыса? Или что мы без помощников ничего не можем? Ну так самое время напомнить, что мы и сами всё умеем. А сумеют ли люди без нас отбиться от врагов — вот это отдельный вопрос. Сначала я думал выбить нам производственные мощности посёлка, но тут меня уже Борборыч отговорил.
— Если ты собираешься напомнить всем, что мы не безрукие дебилы, тогда и делаем всё сами с нуля! — сказал он. — А то знаешь, потом пойдут разговоры, что вот, мол, без нашей помощи ничего бы у них не было…
— Точно! — согласился Тубик. — Если ты прав, и в Мысе забыли, кто тут дохрена всего сделал…
— Ты сам, что ли, всё делал-то? — спросил Панк.
— Ну я тоже делал, но вообще я про Филю и Борборыча! — заметил Тубик. — В общем, люди — они такие… У меня один дружбан на Земле никогда не просил в школе ручки и карандаши, предпочитал всегда таскать с собой запас. Мы его подкалывали, а он отвечал, что попросишь ручку — и будешь должен за всё написанное. Я потом оценил, короче…
— Инструмент нам всё равно нужен! — возразил я.
— Инструмент у нас свой есть, — усмехнулся Борборыч.
— Откуда? — удивился я.
— А я прихватизировал из запаса в Медном! Лопаты, топоры, пара кирок, молоток… Вот если нам камень в основание будет нужен поровнее — тогда надо будет ещё заказать специальные инструменты… Кайло какое-нибудь для обработки… Но ты ничего не проси — ты покупай! Я сам скинусь на это дело.
И тут я понял, что Мыс мы ещё не скоро покинем. С такими серьёзными планами нам ещё месяц здесь сидеть. Впрочем… Если надо куда-то выйти — пускай просят! К тому же, никто не мешает нам нанять работников!
Задачи раскидали быстро. Часть бойцов отправилась за корзинами, в которых мы будем таскать глину, часть побежала договариваться о покупке инструментов, Мадна пошла искать работников, а Дойч сел с большим куском кожи за чертёж будущего замка. Идея была такой — сделать строение максимально компактным. Внутри должно быть множество помещений для кладовых и жилых комнат. Никто не собирался там жить постоянно (кроме меня и Борборыча), но если вдруг что-то случилось с домом — право на приют в замке имели все ударники. В общем, мы задумали сделать склад, укрепление и общежитие в одном флаконе. А энтузиазм — это штука такая…
А ведь ещё недавно всё начиналось просто с масла!..