Княжеская школа магии (СИ)
Что вы думаете?
Конечно же, прошёл час, может, больше, но так ничего и не произошло. Можно было бы и раньше выйти из кабинки, но я боялся, что произойдёт некий магический «вжик», после которого мне уже хрен удастся вернуться в своё время. Однако сейчас такой тревоги не было, потому что если бы Николай Васильевич и ошибся, то только на час. А раз я до сих пор неведомо где, значит, что-то пошло не так.
И вот тушка дебила, который согласился ради экзамена отправиться во времена Петра Великого, решила наконец-таки вылезти.
— Ебучий случай! — схватился я за голову.
Красные бархатные стены, золотые умывальники, сенсорные панели, голографические зеркала — всё это в одной большой комнате под названием «русский императорский интерьер с японскими технологиями».
О вкусах не спорят, но мне такой стиль не нравился от слов «Шота меня тянет проблеваться, пацаны». И всё же у кого-то в штанах по-прежнему лежал золотой ёршик.
Дальше ещё интереснее, ведь когда я подошёл к голографическому зеркалу, то увидел в нём совсем другое отражение. Это был, во-первых, более взрослый парень, лет двадцати пяти, а во-вторых, он выглядел, как какой-то анимешный персонаж.
— Господи, что ты со мной сделал?! — ударил я себя ладонями по щекам. — То есть Николай Васильевич, — резко исправился я. — Знайте, как только я вернусь, Вам не отделаться одними извинениями.
Далее пошёл мат, который я обожал использовать, когда рядом были друзья по вечернему распитию десяти литров пивка. Сразу скажу, что перед мамой и её подругами я не матерился. То есть в целом мне удавалось себя контролировать, если этого захотеть.
Но всему приходит конец, и моему негодованию тоже. Точнее, его прервал звонок — такой, как в школе. И пока я думал над тем, тот ли это звонок или не тот, в туалет кто-то зашёл.
Комната была настолько большой, что делилась на два сектора. Так как я находился в одном секторе, а «входные» двери — в другом, то никто из зашедших в туалет не мог так сразу меня увидеть. Пользуясь этим, я спрятался в «своей» кабинке.
— Давай-на быстрее! — пронёсся детский голосок. — Мне ещё златую цепь на дубе том, что возле школы, нужно смазать маслом, чтобы котяра не ходил по ней. А то заколебал и днём и ночью шастать, будто нечем больше заняться.
— Ох ты ж… — прошептал я. — Мелкий Пушкин, что ли?
Моё любопытство взяло верх, поэтому я аккуратно залез на унитаз и через решётку над дверью кабинки посмотрел, кто же там на самом деле. К сожалению, угол обзора по вертикали был таким же слабым, как и мои познания в истории.
— Он уже у директора, скорее всего, — продолжил Пушкин, будем его так называть.
— Ага. Но недавно прозвенел звонок на первый урок, а директор раньше первого урока не приходит, поэтому учитель если и у директора, то ещё очень нескоро появится в классе, — возразил второй мальчишка, по голосу, такого же возраста — лет десяти. — Я это к тому, Саня, что не нужно меня торопить, а то я вообще могу сжечь эти пакеты с краской.
— Ладно, ладно, Гоголян, не ной, — поддался маленький Пушкин. — Делай, как знаешь.
Теперь я точно знал, что попал в немного другой мир. Возможно, и во времена Петра Великого, но только в какой-то альтернативной реальности, где Гоголь и Пушкин одинакового возраста, да и живут парни в совсем другое время.
— АйКатюша, активируй воду, — скомандовал маленький Гоголь, ну или Гоголян, если верить Пушкину, который его так называл.
Послышались звуки воды в умывальнике. Я себе сразу запеленговал этот момент с АйКатюшей. Моментально представил, что это некий помощник по дому, школе, может, ещё по чём-нибудь. Что-то среднее между настоящей Siri и вымышленным Джарвис, дворецким у Железного Человека.
— Размешаем с краской и установим над дверью, — пробормотал Пушкин. — Ох и встретим же нашего нового учителя! Чувствую, опять к директору вызовет нас. А потом Владимир Владимирович объяснит этому лоху, что нужно самому решать возникшие проблемы. Вот тогда наше пушечное мяско и обосрётся.
— А далее на эшафот, где дядя Ваня сделает свою работу лучше, чем кто-либо, — добавил Гоголян. — Ну всё, вода есть. Погнали в класс быстрее. — И мелкие свалили.
Я вышел из кабинки. Подошёл к умывальнику. Посмотрел в своё отражение в зеркале и сказал:
— АйКатюша, активируй воду.
Вода пошла.
Помыв руки, я попытался завершить:
— АйКатюша, деактивируй воду.
Ничего не произошло.
Пока я думал над тем, говорили ли мальчишки что-то в конце, вода сама перестала течь.
— Ага, ясно. Димончик потихоньку осваивается на новом месте, — посмеялся я, поправив свою красную кожаную куртку.
Не люблю описывать себя, потому что не мужское это дело, но раз уж попал в альтернативный мир, да ещё и в тело какого-то парня, то необходимо познакомиться с ним.
Итак, анимешный парень с чёрными волосами и голубыми глазами. Двадцать пять лет. Хотя всем этим анимешным персонажам может быть и все сто, а выглядят на двадцать пять, так что здесь не уверен. Зато точно уверен в одежде. Из строгого костюма: чёрные штаны, белая рубашка, красный галстук и красная кожаная куртка вместо пиджака. Из аксессуаров только очки, которые я снял, ибо и без них отлично видел.
Вопрос: зачем парень, в чьё тело я попал, носил их, если там обычные стёкла, которые никак не помогают с близорукостью или дальнозоркостью?
С этим разбираться я не стал, ибо моя задача немного другая — найти способ вернуться в свой мир. Это сейчас в приоритете.
Я вышел из туалета. Глазам стало как-то легче, ведь школьный коридор напоминал царские «проходы», как в Питерских дворцах — бело-золотистая лепнина, какие-то картины. Если сравнивать с красным бархатным туалетом и зелёными бархатными кабинками, то в коридоре было гораздо приятнее и свободнее, что ли. Но это сугубо мои личные ощущения, которые не претендуют на истину… короче, у меня вообще другая цель, поэтому проехали. Главное — звонок на урок прозвенел ещё минут десять назад. А это значит, лично для меня, что никто не заметит, как какой-то парень валит из школы.
Если говорить честно, то, перед уходом из императорской школы, руки так и тянулись оторвать золотые рамки на картинах. И даже золотой ёршик в штанах не останавливал полёт фантазий. Скажу так, если бы не какой-то мудак, идущий по коридору в мою сторону, я, скорее всего, налысо побрил бы две-три картины.
— Хиро Мацумото, вот ты где, — начал парень, чем-то похожий на меня… я про анимешность. Хотя и были отличия, ведь я действительно был каким-то японцем, а вот он — обычный русский парень в таком вот необычном образе. Видимо, тут все такие и всё такое. Хотя могу ошибаться. — Тебя директор ждёт. Я как раз от него. Тот говорил, что если тебя увижу, то позвать срочно. Хотя он и так уже видит тебя: здесь везде камеры по коридорам расставлены.
Итак, что мы имеем?
Раз это школа, то парень, по всей видимости, учитель. Если вспомнить разговор двух мальчишек, которые приготовили краску для учителя, болтающего с директором, то…
— А там какие-то дети подготовили тебе краску над головой. То есть я слышал в туалете, как они говорили про учителя, который из кабинета директора сейчас выйти должен был… в общем, будь аккуратней, — решил предупредить я молодого человека, при этом не сдавая Пушкина и Гоголя, чтобы особо не подставлять мальчишек. Хотя за краску «убил» бы, если бы касалось меня.
— Нет-нет, это не ко мне, — улыбнулся парень. — Уверен, что это были Гоголян и Саня Пушка.
— Ты с ними знаком?
— А как же. Сочувствую, конечно, но это твои спиногрызы.
— Мои дети?! — почесал я затылок, потому что представил, что являюсь отцом двух мелких разбойников. Именно поэтому меня и вызывает директор к себе.
— Твои ученики, которых ты вызвался учить. Что, кстати, очень рискованное дело, — успокоил меня парень. При этом создал в моей голове новую проблему, ведь я, если верить ему, тоже учитель. — Лично я ни за что в жизни не пошёл бы учить этот класс отмороженных дебилов. Даже за миллион рублей в месяц. Короче, я побежал к своим, а ты к директору… ну и удачи тебе, наверное.