Служба Смерти (СИ)

Все эти годы я не хотел верить, что мамы на самом деле больше нет со мной. Выдумывал какие-то нелепости, что она ожила и тайком приглядывает за мной.
Теперь я понимаю, что нужно перестать жить прошлым, шире раскрыть глаза, проснуться и идти вперёд. Прости меня, Анюта, мы больше не можем общаться. Спасибо, что помогла мне разрушить мой мир иллюзий. Я надеюсь, у тебя всё будет хорошо. Прощай и ещё раз прости».
Мысли об убийстве профессора и развлечениях тут же испарились из моей головы. Теперь я знала, что должна делать, и немедленно передала указания Дилану:
«Снимешь квартиру, когда мы вернёмся в Англию. Возвращайся домой. Мы летим в Краснодар».
«Не сходи с ума, Диана», — попытался воззвать к моему рассудку Дилан.
«Закажи билеты. Вылетаем сегодня».
«Пожалуйста, подумай ещё раз. Ты сейчас слишком эмоциональна».
«Не заставляй меня повторяться!» — грубо ответила я.
Дилан развернул автомобиль и поехал обратно. Я собрала в чемодан самые необходимые вещи и документы и стала ждать, пока Дилан закажет нам билеты на самолёт.
«Есть на 21:45 с пересадкой в Домодедово. Вылет из Лондона. Это самый ближайший. К полудню завтрашнего дня будем в Краснодаре».
«Прямых нет? Тогда бери эти».
«Ты точно уверена? Может быть, подумаешь ещё раз? Ты пока не готова к этой встрече».
«Я хочу увидеть сына!» — громко отчеканила каждое слово я.
Пока ехали на такси до Лондона, я позвонила Алексу:
— Привет, — сказала я сиплым, как после истерики, голосом. — Не отвлекаю?
— Мери! Нет, я ждал твоего звонка.
— Меня не будет несколько дней. Потом я вернусь за вещами и уеду домой.
— У тебя осложнения после вчерашнего? Сегодня Кэндис сказала, чтобы я не ждал тебя. Что она имела в виду?
— Дело не в осложнениях. Кэндис и её подружки сегодня ночью избили меня. У меня изуродовано лицо. Несколько дней я проведу в клинике пластической хирургии. Там работает знакомый моего брата. Сейчас я в дороге.
— Что? Этого не может быть! Да я эту… — Алекс буквально завизжал в трубку.
— Алекс, не надо… В этом нет смысла.
— Мери, прости меня, это я дурак… Где ты? Я приеду.
— Я не скажу тебе. Мы поговорим, когда я вернусь в Оксфорд, хорошо?
— Когда мне тебя ждать?
— Как только заживут раны. Пока, Алекс.
«Перестань злиться на меня», — сказала я Дилану.
«Это не злость. У меня плохое предчувствие».
«С каких пор ты стал верить в предчувствия? Что это за чушь вообще? Может быть, тебе самому страшно оттого, что ты увидишь своего сына?»
«Я предпочту остаться за кадром. Он мечтает увидеть вовсе не меня».
«А я мечтаю увидеть его! Так что давай обойдёмся без упрёков».
«Прости, моя госпожа».
В самолёте нам удалось немного вздремнуть, потом, начиная с аэропорта Москвы, была сплошная суета: зависла программа на стойке регистрации, рейс задержали на двадцать минут, потом наш самолёт попал в череду воздушных ям, что вызвало всеобщую панику, но, к счастью, в этот раз всё обошлось благополучно.
Однажды мы уже попали в катастрофу и упали в океан. Нам пришлось плыть до ближайшей суши несколько сотен километров.
Глава 9
После аэропорта мы заехали в ближайший автосалон и купили автомобиль. Потом Дилан отвёз меня в институт, где учился Максим.
Чем реальней становилось встреча с Максимом, тем больнее щемило в груди.
«Диана, у нас мало времени. Если Иуоо узнает, что ты виделась с сыном, это будет гибель прежде всего для него».
Я взяла его за руку и крепко сжала.
«Иди, всё будет хорошо», — он заметно переживал и отбивал ритм на оплётке руля пальцами свободной руки.
«Ну всё, я пошла», — решилась я.
Благодаря долгим годам общения с сыном я знала, на каком факультете и с какой смены учится Максим, а найти нужную аудиторию не составило труда. Я поднялась на нужный этаж, начала искать сына глазами.
Вокруг ходили толпы людей. Сейчас как раз было время большой перемены. Около аудитории стояла компания ребят, я решила спросить у них.
— Привет! Максим Волк учится в этой группе?
Ребята все до единого расплылись в улыбке и по очереди ответили «да».
 
— Где я могу его найти?
— А вы ему кто? — кокетливо спросил парень, который стоял в центре компании.
— Я первая задала вопрос, — подмигнула я любопытному смельчаку.
— Он всегда опаздывает на занятия, работает. Может, познакомимся? Я же лучше, — тряхнул белокурой чёлкой парень.
— Сомневаюсь… Спасибо за информацию.
Я отошла к другой стене, чтобы не слушать заигрывания парней. Меня всю трясло, руки заледенели и вспотели.
«Диана, спокойней».
«Я стараюсь…»
Прозвенел звонок, затем ещё один. Студенты разошлись по аудиториям.
«Дилан, его нет!» — психовала я.
«Наверное, опаздывает, — попытался успокоить меня Дилан. — Я тоже всегда опаздывал. Подожди ещё».
Я ходила от одной стороны коридора к другой, пытаясь хоть как-то унять волнение.
Мимо сидящего в машине Дилана торопливо промелькнул Максим.
«Смотри, Диана, вот и он, сейчас поднимется к тебе. Удачи. Держи себя в руках, люблю тебя».
Я сделала глубокий вдох и встала прямо перед дверью аудитории. Секунды показались мне бесконечно длинными, голова закружилась от волнения.
Максим появился в дверном проёме, бегом пронёсся по коридору и остановился перед дверью.
— Ты уже опоздал… — попыталась улыбнуться я, но не выдержала и разревелась. — Привет…
— Мама… — растерянно произнёс он и подошёл ближе. — Мама, это, правда, ты?
— Да, Максим… — грудь сдавило от рыданий, и я закрыла рот ладонью. Я миллион раз представляла нашу с Максимом встречу, и вот теперь не могу успокоиться.
Он крепко обнял меня и тоже заплакал, потом опустился передо мной на колени:
— Я знал, что ты жива. Я не верил, что тебя больше нет… Мама, пожалуйста, больше не оставляй меня…
«Похоже, это у нас семейное, — вставил шутку Дилан, но не сумел этим разрядить ситуацию. — Диана, дыши глубже, ты теряешь контроль. Выйдите в парк, я сейчас тоже туда подъеду».
— Максим, пожалуйста, встань… — попросила я.
Он поднялся на ноги и снова сжал меня в объятиях.
— Всё-таки это была ты? — спросил он, смеясь и плача одновременно (он имел в виду нашу переписку в социальной сети).
— Да, — кивнула я. — Давай уйдём отсюда? Мне нужно многое тебе рассказать.
Максим закивал. Мы вышли и устроились на скамье в парке.
Сын не отпускал мою руку, а я чувствовала, что мне всё труднее сохранять самообладание, и вот-вот наступит кризис. Слишком сильные переживания.
— Пожалуйста, услышь то, что я тебе сейчас скажу, — шепнула я ему на ухо. — Я на самом деле умерла тогда, Максим. Дилан не успел довезти меня до больницы. Я мертва. Твой отец тоже.
«Диана, пожалуйста, не говори ему лишнего!» — взмолился Дилан.
«Нет, я расскажу ему всё», — твёрдо решила я.
Я продолжила:
— Дилан продал наши души дьяволу, чтобы вернуть меня. Взамен мы стали вечными рабами и выполняем грязную работу. У меня мало времени. Если они узнают о том, что я виделась с тобой, ты будешь в большой опасности.
— Я не понимаю… — растерянно замотал головой Максим. — Ты сейчас обманываешь меня, да? Ты хочешь опять уйти? Так скажи честно! — потребовал он.
— Ты знаешь, что я всегда искренна с тобой. Смотри… — я достала из сумки перочинный нож. — Не бойся, всего пара минут, и даже следа не останется. Что бы ни случилось, никого не зови на помощь и не паникуй. Ты понял?
«Диана, не смей этого делать!» — кричал в моей голове Дилан.
Но было уже поздно: я воткнула нож себе в шею и повернула. Сразу стало невозможно дышать, тело окаменело.
Вопреки моим заверениям, Максим запаниковал. Я, как могла, крепко держала его за руку. Спустя минуту я смогла нормально вздохнуть, ещё через минуту рана затянулась полностью.
— Пожалуйста, верь мне. Ты помнишь, сколько мне должно быть сейчас лет?
— Сорок… два… — заторможенно ответил сын, глядя то на место ножевого ранения и кровь вокруг, то мне в глаза.