Время камней (СИ)

— А ты сможешь управлять этим големом?
— Разумеется. Я наложу необходимое заклятье. Всё будет в порядке. Осталось всего несколько дней до того, как мы покинем Чёрную Башню. Ты с нами?
— Конечно! — воскликнул Ирвин, не в силах сдержать восторг. — Любую попытку выбраться отсюда я принял бы как дар судьбы, без колебаний!
— Тогда ты поможешь нам, — заключил Зимария, коротко кивнув. — Завтра я совершу ритуал по замене души, затем мы запряжём голема в челнок и покинем Маор-Агтон.
— А анкхели не смогут остановить нас? — Ирвин представил, как летучие стражи окружают их и набрасываются подобно стае хищных птиц, жаждущих растерзать добычу.
— Они будут заняты, — лукаво улыбнулся Зимария.
— Чем?
— Им ещё предстоит поймать всех големов, которых мы выпустим на свободу в тот день, когда каргаданская птица понесёт нас прочь отсюда.
— А это не опасно? — Ирвин вспомнил, что всего несколько минут назад мысль о подобной возможности ему сделалось жутко.
Неужели хранители готовы пойти на такое?
— Анкхели уже ловили этих тварей, — ответил Зимария, пожав плечами. — Справятся и на этот раз.
— Но ведь они доставляли сюда големов по одному. Теперь же им придётся охотиться за всеми сразу.
— Перестань беспокоиться об этом, — Зимария взял Ирвина под руки и повёл из зала. — Нам нужно, чтобы анкхелям было не до нас. Всего один шанс выбраться отсюда, подумай! Стоит он риска?
— Да, — Ирвин кивнул. — Конечно.
— Замечательно! Завтра приходи сюда, мы совершим ритуал, и дня через два исчезнем из Маор-Агтона. Надеюсь, навсегда! — Ирвин заметил, как Зимария непроизвольно сжал кулаки.
Да, наверное, после стольких лет среди големов можно пойти на что угодно, лишь бы вырваться на свободу.
— Не могу дождаться, — отозвался Ирвин искренне.
— Терпение, мой друг. Ты здесь совсем недавно, а мы ждём годы. Теперь ступай к себе, — Зимария подвёл Ирвина к двери и открыл её. — Будь осторожен, никто не должен узнать о том, что мы задумали. Не обсуждай это ни с кем, договорились?
— Конечно, — кивнул Ирвин.
— Береги себя.
— И ты, Зимария.
— Прощай.
— До завтра, — с этими словами Ирвин вышел в коридор, и дверь за ним затворилась.
  
Глава 58
 
Ирвин наблюдал за тем, как бледно-жёлтые всполохи пробегают по потолку и стенам, распадаясь на искры. Зимария стоял в центре зала, его окружала сияющая сфера, от которой тянулись тонкие нити чистой энергии. Они соединялись с восемнадцатью хранителями, которым тоже предстояло покинуть Чёрную Башню. Все они составляли круг силы, давая Зимарии энергию, необходимую для того, чтобы поместить в каргаданскую птицу новую душу.
Ирвин стоял в стороне. Он не обладал нужными магическими умениями и не мог участвовать в ритуале. Волшебство творилось уже около получаса и было близко к завершению. Зимария держал в энергетических сетях аморфное тело, приближая его к корпусу металлической птицы. Та стояла неподвижно — уже лишённая первоначальной магии, она представляла собой всего лишь гигантскую игрушку.
Зимария медленно поднёс душу к голове птицы, и сияющая сфера коснулась полированной поверхности голема. Энергия засветилась оранжевым, всполохи сгустились, и в зале почему-то стало темно. Ирвин видел, как побледнели лица хранителей — они работали на пределе возможностей, отдавая последние силы. Душа постепенно погружалась в голову голема. Внезапно всё прекратилось. Сияние исчезло, а трое из восемнадцати хранителей упали на пол без сознания. Остальные бросились к ним. Зимария медленно опустился на колени. Он тяжело дышал, по лицу градом катился пот. Ирвин подбежал к нему, чтобы поддержать.
— Гляди! — проговорил Зимария, едва шевеля губами и показывая глазами наверх.
В его голосе звучало торжество.
Ирвин поднял взгляд и увидел, что птица едва заметно раскачивается. Затем её голова дёрнулась, с лязгом шевельнулись крылья, когти царапнули пол, а глаза вспыхнули ярким зелёным светом. Медленно раскрылся изогнутый клюв, затрепетали бронзовые перья, и голем издал отвратительный скрежещущий звук.
— Получилось! — Зимария облегчённо выдохнул, достал из кармана кольцо и надел. — С его помощью мы будем управлять ею, — объяснил он Ирвину. — Я замкнул волю голема на этот перстень, — он с трудом поднялся на ноги, опираясь на плечо Ирвина и проговорил, обращаясь к птице. — Пойдём с нами!
Голем медленно кивнул и переступил когтистыми ногами.
— Нужно выпустить остальных узников! — сказал Зимария, обводя взглядом хранителей. — Вы знаете, что делать. Семеро отправятся со мной, мы запряжём птицу в челнок.
Люди разделились. Ирвин пошёл с Зимарией. Голем следовал за ними, тяжело шагая по каменному полу, сопровождаемый грохотом металла и время от времени издавая пронзительные крики.
Они пришли в зал, где находился челнок, и начали присоединять его к птице. Для этого пришлось надеть на неё заранее приготовленную упряжь, выкованную из толстых цепей.
— Это надёжно? — спросил Ирвин, когда они с Зимарией встретились на плече у голема.
Хранитель кивнул.
— Всё получится! — сказал он убеждённо. — Мы почти свободны. Слышишь?
Ирвин замер.
— Что это? — спросил он. — Големы?
— Да. Они уже свободны! Страшные орудия разрушения, некоторые из них до сих пор одержимы жаждой убийства. Другим пришлось напомнить, для чего их создавали — без приказа хозяев они были не опаснее статуй.
— Анкхели скоро начнут их ловить, — заметил Ирвин.
— Поэтому нужно торопиться, — отозвался Зимария, спускаясь на пол по тросу. — Всё готово⁈ — крикнул он.
— Да! — донеслось сразу с нескольких сторон.
— Замечательно. Тогда начнём, — Зимария отошёл и, дождавшись, пока все люди спустятся с голема, заговорил, обращаясь к птице: — Иди за нами. Ты понесёшь нас в этом челноке по воздуху. Если кто-нибудь попытается остановить нас, убьёшь его. Если нас станут преследовать, уничтожишь врагов. Ты понял меня?
Голем кивнул, и его глаза замерцали.
— Идём! — Зимария повернулся и вышел из зала.
Остальные хранители и Ирвин последовали за ним. Птица тяжело шагала следом, волоча по полу челнок. Они миновали несколько коридоров, вышли на галерею, и здесь к ним присоединились хранители, выпускавшие големов.
— Всё в порядке? — спросил Зимария.
— Да, — ответил ему один из них. — Наши крылатые друзья ещё долго будут возиться с оравой, которая разбежалась по башне, — он злорадно усмехнулся.
— Хорошо. Через минуту мы окажемся на внешней балюстраде и сможем улететь.
В этот момент под потолком показался анкхель. Он сделал круг и начал снижаться. Лицо его было сурово, а в руке сверкнул меч.
— Уничтожить! — крикнул Зимария, задирая голову.
Тотчас откуда-то вынырнул металлический орёл и, взмыв к своду, бросился камнем вниз. Анкхель развернулся, но голем оказался быстрее: ударил крылатого воина в спину головой, оглушил крыльями, разорвал стальными когтями кольчугу. Анкхель замахнулся мечом, но орёл нанёс удар клювом в грудь, и страж Чёрной Башни начал падать. Он рухнул в нескольких шагах от Ирвина, и тот успел разглядеть, что лицо его было бледно, а на щеке темнела струйка крови, тянущаяся из уголка рта.
— Быстрее! — Ирвина подтолкнули, и отряд хранителей двинулся дальше.
Через несколько мгновений они достигли внешней балюстрады, с которой открывался вид на пустыню.
— Пора! — выдохнул Зимария. На лице у него было написано возбуждение. — Садитесь в челнок! — он обвёл глазами небо. — Анкхелей не видно. Они ещё в Маор-Агтоне. Некоторые не знают, что случилось, а другие ловят големов. Но вскоре о нашем побеге станет известно, и они пустятся в погоню, так что у нас мало времени!
Люди залезли в челнок и расположились на дне.
— Так безопасней, — объяснил Ирвину один из хранителей. — Если стражи всё-таки нападут, здесь им будет труднее до нас добраться.
— Да, голову лучше не высовывать, — сказал другой.