Летучие образы (Истинные звезды)

Он взглянул на телефонную трубку, онемев от удивления. «Эта девчонка смеет мне угрожать! И как понимать, что бухгалтер дома моделей называет мистера Харрисона Ройла просто Харрисоном?»
— Я поговорю с главным бухгалтером, мисс Мендоза, — ответил он, резко швырнув телефонную трубку.
С легкой усмешкой на губах Лоринда снова уселась на стул. Когда вернется Каролина, она скажет ей, что теперь Николс Маршалл будет вовремя оплачивать счета. Она знала, как беспокоилась по этому поводу Каролина.
Теперь, когда она работала в доме моделей, ей захотелось сделать более надежным будущее место своей работы, а себя — жизненно необходимой для всех личностью. Старому, надежному другу Лоринде можно доверить любую работу, на которую не у каждого найдется время. О, да, совсем скоро они будут удивляться тому, как раньше обходились без ее помощи. Она уже поставила на место этого заискивающего ублюдка Стэнсфилда. Теперь он будет знать, с кем имеет дело, имя «Харрисон» на него очень хорошо подействует.
В прошлый раз, когда Стэнсфилд был здесь, он так и крутился вокруг Джесси-Энн, стараясь пожать ей руку и поцеловать ее только потому, что Джесси-Энн была женой Харрисона. Он также охаживал Данаю и болтал с Каролиной о Лондоне и об искусстве, не обращая внимания на Лоринду. Для него она была просто служащей, но как же он жестоко ошибался. Ему было неведомо, что она находится в дружеских отношениях с Харрисоном, который заботился о ней и помогал… И еще он не знал, что она была его ангелом-хранителем, которому надлежит в скором времени взять на себя заботу о нем. Она была очень нужна Харрисону и маленькому Джону. Однажды они будут благодарить судьбу за то, что именно Лоринда оказалась рядом с ними вместо Джесси-Энн.
Открыв верхний ящик стола, она достала коробку из-под салфеток, щупая через мягкую ткань завернутую в несколько слоев тупую ручку спрятанного садового ножа. За годы многолетнего пользования его лезвие совершенно истончилось, а кончик отломился в тот момент, когда отец в порыве ярости однажды засадил им в кухонную дверь. Он пользовался этим ножом для подрезания розовых кустов и лилий и поэтому часами затачивал его о старый, упругий кожаный ремень до тех пор, пока края лезвия не заострялись до такой степени, что им можно было без всяких усилий, одним ударом, насквозь проткнуть жесткую арбузную корку. Лоринда представляла лежащий на столе арбуз, с хрустом развалившийся под ударом ножа на две спелые ярко-красные половинки, с рассыпавшимися вокруг семечками, капли сока которого оставляли грязные разводы на чисто вымытом линолеуме.
«Но сейчас еще не время, — думала про себя Лоринда. — Нужно проделать много другой работы». Основная ее задача на текущий момент — насколько возможно приблизиться к Харрисону. Она ведь до сих пор не была у них дома. Но теперь, когда Джесси-Энн проводит все свое время в доме моделей, Лоринде ничего не стоит справиться с этой задачей. Единственный и самый верный способ сблизиться с Харрисоном — через малыша Джона, которому исполнился год и он научился ходить. Днем специальная нянька приносила в дом моделей малыша, потому что Джесси-Энн была настолько занята работой, что у нее не хватало времени на свидания с собственным сыном. А все эти глупые манекенщицы и мастера модных причесок обращались с ним, как со щенком, по очереди тиская его на руках, балуя новыми игрушками и целуя его личико густонапомаженными губами. Они уже сейчас стремились отнять у этого младенца чистоту и невинность. Как будто ему мало было одной порочной матери. Лоринда, аккуратно запрятав нож в коробку из-под салфеток, закрыла ящик стола. Теперь время решало многое; она должна действовать более решительно ради спасения маленького Джона. Необходимо тщательно продумать план действий, которые должны быть полностью оправданны. И тогда она освободит Харрисона и Джона от испорченной Джесси-Энн, а когда с ней будет покончено, совершенно естественно, что она займет ее место. Она защитит Харрисона от сил зла, и крошка Джонатан заменит ей собственного сына.
  
После встречи с новым рекламным агентом дома моделей Каролина появилась весьма удовлетворенная результатами завершенной работы. Теперь, когда деятельность дома моделей была поставлена на рельсы настоящего бизнеса, она мечтала о том, чтобы название их детища «Имиджис» как можно быстрее превратилось в символ семейного очага и домашнего уюта. О новом доме моделей заговорили коммерческие журналы, а также на Седьмой и Мэдисон-авеню. Для рекламы была заключена сделка с коммерческой фирмой «Авлон».
Именно Джесси-Энн пришла в голову идея сотрудничества с «Авлоном», но воплотить в жизнь эту идею удалось лишь благодаря усилиям Каролины. Рекламные агенты фирмы «Авлон» подвергли скрупулезному анализу работы Данаи. В исполнении Данаи фотографии Джесси-Энн приобрели совершенно иное звучание. На них вместо прежней жизнерадостной девушки она выглядела более мягкой, зрелой и женственной, что-то среднее между Грейс Келли и Катрин Денев. Даная получила новый заказ от косметической фирмы «Авлон», а дом моделей — самый выгодный рекламный контракт года.
Главной задачей оставалось найти подходящую манекенщицу. Джесси-Энн отказалась от демонстрации одежды, несмотря на то что эта работа сулила ей огромные барыши. Получение большой прибыли не являлось для нее самоцелью, но зато для дома моделей солидное финансовое подспорье было нелишним, ведь в перспективе они намеревались расшириться. Каролина стала вспоминать имеющиеся у них в наличии заказы. Безусловно, у них был заказ фирмы «Ройл», международной туристической компании, заинтересованной в получении свежих брошюр к началу нового сезона, и заказ новой группы, заказавшей для своего музыкального альбома обложку с короткими рекламными вставками, плюс мелкие, но очень престижные заказы. А теперь еще «Авлон».
Энергичной походкой шагая по Мэдисон-авеню, обогнув Пятьдесят первую улицу, она стала спускаться вниз в направлении Третьей авеню. Среди серого октябрьского ненастья вдруг засиял яркий солнечный луч, осветивший ей путь к расположенной рядом с Центром Линкольна в западной части Центрального парка собственной небольшой квартирке. Все идет, как надо… Или почти все.
Несмотря на целенаправленную экскурсию по галерее, ей так и не удалось что-либо узнать о Перикле Джейго.
Подобно истинному жителю Нью-Йорка, Каролина, ловко лавируя между проезжающими машинами, думала о Перикле. Нельзя сказать, чтобы она особенно сильно переживала его женитьбу на Эвите, но ей просто очень не хотелось, чтобы из нее делали дуру. Да, она сильно ошиблась в нем. Очень сильно. Теперь я буду осмотрительней, думала она, сворачивая на углу узкой улицы, ведущей к дому моделей. Теперь она никому не раскроет своего сердца и будет свободной, как вольная пташка. За работой у Каролины совершенно не оставалось времени на сердечные переживания, и это только облегчило ее жизнь. Вот она — правда, с улыбкой на устах думала Каролина, открывая дверь дома моделей, полгода не прошло, как дом моделей стал на ноги, и она никогда не чувствовала себя такой счастливой.
Никто не думал, что «Имиджис» так быстро пойдет в гору. Даная продолжала восхищать мир фотографии и рекламы своими новаторскими приемами, делая черно-белые снимки в самых необычайных местах и преподнося по-новому всевозможные модели одежды, начиная от нарядной и кончая повседневной. По существу, в доме моделей было уже две студии, поэтому возник вопрос, как распределить финансы для дальнейшего расширения и приобретения рядом стоящего здания.
В воображении Каролины дом моделей был Бродвеем в миниатюре, где каждая студия готовила собственное шоу, и иногда даже не одно, а три в день.
В утреннем, дневном и вечернем представлениях были задействованы совершенно разные исполнительские группы, декорации и сценарии. Занятие этим ремеслом доставляло Каролине истинное наслаждение, и она, как Даная и Джесси-Энн, с головой погрузилась в работу. И все-таки никуда нельзя было уйти от проблем. Если для Каролины загруженность в течение всего рабочего дня была приемлема, то Джесси-Энн необходимо было уделить время своему мужу и ребенку. По правде говоря, Джесси-Энн совершенно забросила семью.