Летучие образы (Истинные звезды)

Джесси-Энн, пристально глядя на свою собеседницу, размышляла над сказанным. Конечно же, даже речи не могло быть о том, чтобы к ним пошли работать известные фотографы и модельеры. Но разве она сама не хотела с самого начала подобрать для работы совершенно новых манекенщиц? Может быть, сегодняшние начинающие фотографы и провинциальные красотки являются завтрашними звездами…
— Любой подписавший с вами контракт фотограф будет использовать студию за довольно умеренную плату, — решила Каролина. — Дом моделей купит фотокамеры, которые будут давать в аренду работающим у вас фотографам, потому что начинающие фотографы не могут приобрести себе первоклассное оборудование, но зато у них будет замечательная возможность самим выбрать вашу модель, ваших гримеров и стилистов. Конечно же, — добавила она с впервые закравшимися в ее голос нотками сомнения, — вам нужно будет найти студию, а это стоит немалых денег. Для того чтобы сдвинуть с мертвой точки и сделать экономически выгодным ваше предприятие, необходимо обладать весьма солидным капиталом или на худой конец получить очень крупный заказ.
— Вы вряд ли мне поверите, — оживилась Джесси-Энн, — но причиной того, что я проплакала целое утро, было именно то, что мне предложили действительно крупный заказ.
— И это послужило причиной ваших слез?
— Причиной стало вмешательство семьи Ройлов, — призналась Джесси-Энн. — Я догадываюсь, что это Харрисон попросил рекламное агентство занять меня работой по созданию каталога. Дом моделей был моей собственной затеей, и мне совсем не хотелось, чтобы семья Ройл протягивала мне руку помощи.
Каролина недоуменно трясла своей кудрявой головой, дивясь на несообразительность Джесси-Энн.
— Вам надо соглашаться на этот заказ, — посоветовала она. — Вы думаете, что все остальные добиваются своей цели каким-то другим способом, игнорируя старые, надежные связи? Каталог «Ройл» непременно приведет вас к успеху.
Джесси-Энн вдруг почувствовала неожиданный прилив бодрости.
— Вот что я скажу! — воскликнула она. — Старое складское помещение в торце моего офиса, предназначенное для продажи. Оно прекрасно подойдет для студии. У меня достаточно денег приобрести это помещение, не спрашивая Харрисона.
— Знаете, что еще? — спросила Каролина. — В Лондоне полно молодых манекенщиц, которые за счастье почтут сняться в нью-йоркском журнале мод. Нам надо поискать здесь и в. Европе молодых фотографов-энтузиастов, можно даже проверить, кто из них подает большие надежды. Мы разместим рекламу в журнале «Повседневная женская одежда», затем снова позвоним в рекламные агентства и расскажем о своих услугах. Нам понадобится очень талантливый рекламный агент, который сумеет преподнести такое событие, как открытие нового дома моделей, как самое необычайное и интригующее событие, произошедшее за последние годы в мире моды…
— Ты просто чудо, Каролина! — счастливо воскликнула Джесси-Энн. — Именно тогда, когда я уже собиралась плюнуть на начатое дело, ты нежданно-негаданно появляешься у меня на пороге и даешь ответы на все интересующие меня вопросы.
— Хорошо, — ответила Каролина. — Я сама искала ответы на свои вопросы. Мне нужна работа.
Сквозь приглушенные голоса и звон бокалов пивного зала прокатился свободный и жизнерадостный смех Джесси-Энн.
— Надо же, а я как раз собиралась сказать, мне не обойтись без тебя. Дому моделей «Имиджис» нужна ты, Каролина Кортни.
 
ГЛАВА 9
Новенький, ни разу не использованный фотоаппарат фирмы «Роллей» лежал в уголке крохотной комнаты Данаи вместе с бывшими в употреблении «Хассельбладом», «Никоном» и «Полароидом», специальными объективами и штативом. Время от времени она выходила на улицы Манхэттена или выезжала на окраину города, чтобы заснять на пленку огромные небоскребы или качающиеся деревья, проявляя ее потом в приспособленной под лабораторию крошечной ванной комнате. Все стены маленькой комнаты были увешаны фотографиями. На все необходимые для ее работы вещи — пленки, проявители, фотобумагу — она тратила огромные деньги, нехватку которых стала ощущать очень остро. Большую часть полученных от отца денег она потратила на приобретение оборудования, а остальные пошли на оплату жилья. Ей необходимо было найти подходящую работу. Но пока что все ее поиски предложений в бюллетенях по трудоустройству не увенчались успехом. Она неохотно признавалась себе в том, что для превращения Данаи Лоренс из помощницы Брахмана в известного всему миру фотомастера недостаточно просто дать объявление в рекламе с предложением своих рабочих рук.
  
Шесть месяцев прошло, пока она, наконец, не поняла, что ей необходимо заняться поисками работы в другом месте, но предложения на должность ассистента попадались весьма редко. В процессе хождений по фотоагентствам она обнаружила, что все книги с записями предложений на вакантную должность ассистента были исписаны всевозможными фамилиями — Аведон, Бейлей, Тери О'Нейл, считавших себя, как и она, очень талантливыми фотографами.
Питая огромную надежду на возможное трудоустройство, Даная после беседы с представителем фотоагентства недоуменно уставилась на него, когда он довольно откровенно намекнул, что ей снова нужно готовиться к работе ассистента.
— Но ведь я уже работала ассистентом! Я два года ассистировала Брахману! — крикнула она, разбрасывая в запальчивости сделанные ею цветные слайды на белый кафельный пол.
Стряхивая сигаретный пепел, агент с возмущением наблюдал за ползающей по скользкому полу и собирающей слайды Данаей.
— Либо куры, либо яйца, — промолвил он. — Фотографии Альери были очень неплохими, но вы же не стали продолжать работать в этой манере. Надо понимать, что все это время вы специализировались на такого рода незатейливых снимках. Может быть, вам опять следует обратиться за помощью к Брахману. Он может предоставить вам какие-нибудь сюжеты, познакомит вас с какой-нибудь известной личностью… Для вас — это очень важно. Ну а что касается этого… — пренебрежительно показывая рукой с зажатым между пальцами окурком в сторону папки с лежащими в ней фотографиями, — все это ерунда. Конечно, нельзя сказать, что они совсем негодные, — быстро добавил он, встретившись глазами с совершенно убитой горем Данаей, — но у вас же нет ни хорошей репутации, ни громкого имени. Следовательно, — сказал он, двусмысленно пожимая плечами, — вам нельзя рассчитывать на какую-либо протекцию.
С горечью вспомнила Даная о фотографиях лондонского цикла и о своей возможной славе, которую украл у нее Брахман. Похоже, что и фотографии Томазо Альери тоже не имели никакого решающего значения. «Черт бы их всех побрал, — подумала она, еле сдерживая душившие ее слезы. — Проклятье, я никогда… никогда раньше не плакала, даже когда была маленькой и мать забывала забрать меня из школы…».
— Послушайте, что я скажу, — сказал представитель рекламного агентства, записывая ее имя в лежащем перед ним блокноте. — Я буду вас иметь в виду, если вдруг появится что-то подходящее.
— Спасибо, — ответила она, вытирая платком слезы, убежденная в том, что он вряд ли о ней когда-либо вспомнит.
— Господи Боже мой! — воскликнул он, злобно поглядывая на ее припухшие от слез глаза, когда величавой походкой подошел к двери и широко открыл ее, намереваясь побыстрее отделаться от посетительницы. — Я всего-навсего простой агент, а не Господь Бог! Я не могу предлагать рабочие места совершенно неизвестным личностям. Ведь мне тоже приходится зарабатывать на жизнь, а пятнадцать процентов за устройство на работу никому не известной Данаи Лоуренс не смогут увеличить мой доход.
Он уже захлопнул дверь, чтобы подойти к непрерывно звонившему телефону, а до нее все еще доносилось его злое ворчание, что много тут ходит всякой молодежи, которая сразу же хочет стать знаменитостью.
Вернувшись поздно вечером домой и открыв входную дверь, Даная услышала звонивший в ее комнате телефон. Бросив кожаную куртку и папку на стул, она сломя голову помчалась к телефону.