Дворянство. Том IV (СИ)

Серая, как у того существа, левитирующего в воздухе и контролирующего других диких.
— Что это? — многозначно кивнул на тело. — Дикий с пси-способностями?
— Дикий, с развитыми способностями телепата, — ответил вместо сильнейшего мутанта, Бурдин. — Пойман на прошлой неделе и стоил нам трёх наёмников.
— Наёмников? — удивился я. — С каких… — дальше даже продолжать не имело смысла.
Я тут же вспомнил про особые задания, которые лидеры дворянства, будь то маг или мутант, выдавили лично наёмнику. Как и награду. Получается, Бурдин ради своих испытаний пользуется нашей силой, разменивая носителей подобного назначения, как шахматные фигуры?
— Такой же, — продолжил Евгений Михайлович, — которого ты сегодня убил. Забавные персонажи, не правда ли?
Я повернулся, чтобы посмотреть на лицо безумца. Маг смотрел на меня с горящими глазами. Горящими то ли от идеи, то ли оттого, что здесь лежало. А когда я обратил внимание на Владимира Петровича, то увидел ровным счётом то же самое.
Когда сильнейший из моих знакомых мутант заговорил, я понял, что все вокруг попросту безумны. Как могут быть безумны люди, которые давно живут идеей и уже не отделяют себя от неё.
Каждый маг, каждый человек здесь, горят идеей открыть что-то сверх обычных возможностей для обычного носителя или человека. Дикие, которые заполонили местность в последний месяц, чудовищно сильные, по сравнению с тем, что бродило по закоулкам города раньше. Более того, никто из них не знал, откуда они взялись!
Первоначально было подозрение, что эти дикие — детища кого-то из двух групп «Серебряных». Но когда до зачистки, Владимир Петрович и Евгений Михайлович посетили две базы, они поняли, что это к ним не имеет никакого отношения. Люди, которые сражаются за силу или за чистоту природы от таких, как мы, на десять шагов позади нас.
А мы… те, кто поехал в командировку, просто группа зачистки, которая справилась со своим делом. Уничтожило несколько крупных баз, что откинуло людей ещё на пару шагов назад.
И… создали их носители. А никак не они сами — им бы просто не хватило знаний и понимания того, что они делают, если бы им не помогали носители.
Оранжевый концентрат, которым одарили человека в том самом бункере, было сублимированной кровью этого дикого, лежащего на столе. И тут было ещё одно но.
— Я пробовал её, — закончил короткий рассказ Жожоба. — Еле выжил после того, как мой симбионт начал попытку мутировать и изменяться.
Старик, улыбаясь от своего «подвига», подошёл к столу и потыкал острым как бритва ногтем ногу дикого на столе. Продолжая при этом открывать чудовищные подробности своего опыта.
Концентрат попробовало больше десяти носителей и всех подчистую эта необычная смесь уничтожила. Были маги, мутанты, девианты, а вчера были первые дикие, которые попросту сгорели изнутри, пробуя такое «пойло».
— У меня в запасе была ещё одна девиантка, сильная, — продолжил Владимир Петрович. — Она не смогла вынести больше двух дней. Мутации подавлялись трижды. Не без моей помощи, разумеется, но факт остаётся фактом, она мертва.
Я понимающе кивнул, даже не задумываясь о том, про кого он говорит.
— А ещё, в бункере, до того, как пришли вы, — Жожоба улыбнулся, глядя на меня, — был ещё один девиант.
Он говорил не про меня. Определённо не про меня.
— Она смогла выжить после инъекции и, если я не ошибаюсь, живёт до сих пор. Не догадываешься, о ком я?
Я мог предположить только одно. Точнее, я знал и понимал, о ком он говорит, но сыграл на «дурака», ссылаясь на то, что я ничего и не знаю.
— Эльвира? — тихонько спросил я. — И она согласилась пойти на это?
— Он же сказал, — заговорил Бурдин. — До того, как пришли вы. Эльвира была вместе с тобой всю дорогу и, к сожалению, она как раз и была той, кто не смог выжить. Два дня она была в бреду. Два дня её показатели выходили за рамки возможного. Она заставила всех здесь, даже меня поверить в то, что вокруг всё горит. Слышал, чтобы девиант со способностями телепата был настолько сильным, что смог заверить в том, чего нет, не просто одного-двух-десятерых носителей, а сильнейших среди них.
 
Он явно сказал это про себя и про Жожобу.
Сама новость о том, что Эльвира мертва, стала для меня такой болезненной, что…
Я не посмел себе показать переизбыток эмоций. Поджал губы, потупил взгляд и просто повернулся обратно к дикому на столе. Владимир Петрович, в это время положил мне руку на плечо и попытался пояснить, что Эльвира сама пожелала стать сильнее. И что никто не вправе был её заставить.
— Так же, как и мы не можем заставить тебя сделать это.
И несмотря на эти слова, я молчал. Владимир Петрович спросил, что я сделал с той самой бутылью, которую я обнаружил на одной из баз и ответ, что я отдал её Эльвире, его вполне устроил. Не факт, что он поверил мне, но тем не менее вопросов больше не было. Пока не было.
Ну а я подошёл к самой сути.
— Зачем я здесь? — мои кулаки сжались, я отошёл за тело дикого и начал смотреть то на мужчину, то на старика.
Оба одновременно весело захохотали, увидев мою реакцию. Их это всё только забавляло.
— Ты коготки-то спрячь, девиант, — улыбнулся Бурдин. — У тебя способность жнеца. Бесполезная способность мага, — он сделал шаг вперёд, касаясь стола. — Поверь, уж последнее, чего бы я захотел, это чтобы на такой дар разменивать редчайшее вещество в природе, которое мы пока не в силах воспроизвести в больших количествах.
— Это не отменяет моего вопроса.
— Ярослав, — заговорил Владимир Петрович, — у меня к тебе предложение, от которого ты не сможешь отказаться.
Ага. Как же, не смогу. Выбора у меня просто нет. Так как я побывал здесь, значит, я хранитель страшного секрета. Им проще убить меня и сказать, что я погиб на задании, чем оставить в живых, если я не соглашусь.
Поэтому я выслушал то, что хотел от меня сильнейший мутант в нашем городе.
* * *
Домой возвращался по сумеркам. Анжелу лично отвезли в гильдию, и Виктория отзвонилась мне, что она в кафе и её вот-вот проводят до её съёмной квартиры. Благодаря чему я хоть узнал, где она живёт. Точнее, в каком месте.
И тем не менее хорошие новости о том, что Анжела в целости и безопасности, радовали меня. Что, в целом, подняло и так воодушевлённое настроение. Ведь две проблемы, которые упали на меня с двух сторон, кажется, решали друг друга.
Владимир Петрович заключил со мной контракт. Не на бумаге, разумеется, а словами.
Теперь я нахожусь и под его руководством тоже. Он имеет право выдернуть меня с задания, чтобы я с группой других, таких же посвящённых в общую тайну, как и я, захватывали для него диких. Диких определённого типа.
Кто ещё есть в этой группе — он не сказал, но отныне я… что-то по типу «на коротком поводке». И при малейшем желании Жожоба выдернет меня из дома, для чего-то воистину страшного. С его возможностями и влиянием ему даже лично в этом участвовать не надо будет.
К слову, когда меня выводили с базы, дикий, которого я убил, уже сидел в клетке. Смотрел на меня и дышал. Этого я никак не мог ожидать. Даже страшно представить, что они со всеми этими подопытными делать будут, особенно с учётом того, что и я могу оказаться среди них, если не буду демонстрировать лояльность.
Но на любые вопросы о том, каким же чёртом этот мертвец неожиданно поднялся из мира мёртвых, меня игнорировали. Улыбались и игнорировали, оставив в полном неведении.
Помимо всего этого, Бурдин решил поделиться со мной своими наблюдениями. Точнее, проверкой, которую он устроил сегодня для семьи старого мага, чьего внука я подозревал в убийствах наёмников. Колю убили ещё вчера. Убили в нейтральном районе по заказу одной из семей. Он не имел ничего общего с преступлениями против наёмников.
— Так что ты ошибся, — сказал мужчина на прощание. — Ищи дальше, увы, ни я, ни Вова не знаем, что за дурачок ползает со своей вендеттой. Но мне будет жаль, если и ты помрёшь от рук слабого выскочки.