Дворянство. Том IV (СИ)
— Меня зовут Аркадий Валерьевич, — представился он. — Забыл представиться, видимо.
— Приятно, — кивнул я, не став представляться полностью, а моё имя он теперь и так знал. — Аркадий Валерьевич, вы знаете, где сейчас находится ваш внук?
— Нет, — пожал плечами старик и тут же после небольшой паузы предложил кофе.
Отказываться я не стал. Но и одного в гостиной старик оставить меня не решился. Позвал с собой на кухню, которая была слишком уж старой, будто здесь не проводили ремонт лет тридцать. Я даже на миг засомневался, что это дом старика, но затем всё встало на свои места.
Аркадий Валерьевич поставил на газовую плиту турку, налил в неё воду, засыпал порошка и, включив газ, щёлкнул пальцами. Появилась искра, которая и зажгла конфорку.
— Ты не удивляйся, что дом слишком бедно выглядит. Кроме меня и Коли здесь никто не живёт.
— А ваши сыновья?
— Один сидит в человеческой тюрьме, как бы смешно это ни выглядело для носителя, двое… — он тяжело выдохнул. — Давным-давно пропали. Я даже не знаю, живы ли они или нет.
— А как это объясняет то, что дом еле-еле дышит?
— Долги детей, — поджав губы, ответил старик. — Я их люблю, конечно, какими бы сволочами они ни выросли. И… это моё наказание — разгребать их проблемы и грязное белье. Ты не представляешь, насколько для такого старого мага, как я, унизительно лебезить перед людьми.
— А как же гордость? — я засомневался в его словах. — Мне любой маг представляется в образе горделивого…
— Павлина, — перебил меня старик, понимающе хмыкнув. — Так и есть. Все аристократы такие, но я… знаю, что эта гордость до добра не доведёт. Чем ты проще, тем проще относятся к тебе. Ты не представляешь, сколь меня за всю мою жизнь подставляла гордость. Возможно, если бы не гордыня, судьба была бы совершенно другой. А не это вот всё…
Он обвёл рукой кухню.
— Говори давай, зачем тебе мой внук?
Я, честно говоря, засомневался, стоит ли говорить о своих подозрениях. Уж если старик настолько отошёл от аристократии, от высокомерия и прочего, то разве он будет учить внука лицемерию? Мести?
— Для чего вы вызывали к себе наёмников в течение месяца? — прямо спросил я, обходя вопрос о внуке. — Что такое может предоставить наёмник магу, который ведёт отшельнический образ жизни?
— Не поверишь, — улыбнулся загадочно старик. — Коллекторов гоняю. Наёмники же не только убивать могут, но и пугать. А ты представь, как напрудит в штаны человек, к которому приходит носитель с силой трёх силачей?
— Представляю, — кивнул я. — Но на какие средства, извиняюсь спросить?
— Это всё Коля, — тепло улыбнувшись, ответил старик, снимая турку с плиты. — Он работает где-то за городом, деньги домой приносит, всякие безделушки, так интересные магам, тоже…
Он вместо того, чтобы пояснить, попросту открыл кухонный ящик, где лежала горстка маленьких артефактов.
— Это же… — протянул я. — Запрещено!
— Дуэли. Всё честно, — ответил на это старик.
А вот и ни черта нечестно! Его внук — слабак, это все знают! Откуда он берет артефакты, причём в таком количестве? А⁈
Что-то тут нечисто…
Глава 13
Из дома семьи Рудковских, точнее, их остатков, я вышел в полном недоумении. Такси, благо, приехало без опозданий и я, думая о Николае и его дедушке, не мог прийти к общему знаменателю.
Как маг, имеющий мизерный клочок силы, мог выиграть дуэль у другого мага? К тому же что это за маленькие артефакты такие?
Вместо того, чтобы направиться в свою гильдию, я выбрал другой путь. Домой. Елены уже не было, когда я последний раз заходил на базу, а дома меня ждёт непростой разговор с Кактусом. А может, и с Анной, которые точно должны что-то знать.
Поэтому стоило мне переступить порог, как я стал невольным слушателем женских секретов. На мою же голову. Да уж.
Лена жаловалась Ане на то, что я бессердечный, что я ничего не понимаю, да и вообще, что я должен был сразу отказаться от самой идеи работать вместе с пси-волшебницей. Слушать всё это долго я попросту не смог. Слишком уж личный выдался между ними разговор. Слишком.
— Добрый вечер, — сухо поздоровался с девушками и шагнул в коридор, театрально громко закрывая дверь. — Кто дома?
Воцарилась тишина, которую разрядил мяукающий кот. Мяукал он только для вида, а сам говорил мне весьма интересные вещи. Ну, как интересные? С его точки зрения.
Из наблюдений за Анной он отметил в ней изменения силы. Она не менялась, с точки зрения мутантов, тут как раз нет. Она вместо этого начала вовсю пользоваться магией.
«Ты не поверишь! — кот потёрся о мои ноги. — Соседка стучалась к тебе! Подумала, что ты дома из-за того, что на кухне кричал телевизор. Так её твоя подружка досуха выпила!»
«Эмоции? — догадался я. — Она питалась эмоциями?»
«Именно! Не знаю, о какой жидкости она говорила, но у неё изменился план питания, и это было видно!»
«Видно такому, как я, а не тебе… но ты сам изменился с последней поездки».
Кот как-то театрально зевнул, показывая мне своё нежелание что-либо объяснять, а затем и вовсе сбежал из коридора, что-то бормоча себе под нос. Впрочем, не в первый раз.
Я покачал головой, понимая, что с Аней творится что-то воистину непонятное и зашёл на кухню. Девиант и волшебница сидели как ни в чём не бывало. Я же решил сделать то же самое. Сделать вид, что ничего не произошло.
Коротко поздоровался с Аней и, подойдя к своей девушке, поцеловал её. Повернулся к столешнице и полез в подвесной шкаф делать себе чай. Как-никак квартира пусть и съёмная, но всё же моя.
Тишина, которая уже раздражала своим «присутствием», дошла до пика. Первой не выдержала Лена. И с её уст полилась река недовольств, догадок и обвинений.
Я выслушивал всё молча, не показывая и грамма эмоции, а в самом конце позволил себе слабо улыбнуться, понимая, что она просто ревнует. Но мой жест вызывал у девушки лишь больше недовольства. И в конце концов мне пришлось разговаривать и успокаивать, чего я не хотел делать.
Это она себе напридумывала, а не я. Что я могу сделать?
— Между нами ничего не было и быть не может, — я сел напротив Лены, поближе к Ане. — Объяснять её поведение я тоже не буду, ибо не знаю, что в её голове творится. Ну а уж работать… — я отхлебнул крепко заваренного чая. — Тут, увы, я ничего поделать не могу. Приказ свыше от Лаане. Сама понимаешь, нарушить его я не могу.
— Ты можешь её с собой никуда не брать!
— Могу, — согласился я, — и не брал, когда ездил к первому подозреваемому.
Девушки, не сговариваясь, одновременно пристально посмотрели на меня, и даже кот появился на пороге кухни. А я лишь начал рассказывать, что сегодня произошло и что мне не нравится во всём этом.
Меня слушали молча, не перебивая. Даже Кактус не позволил себе и «мысли» проронить. Терпел, так скажем. А потом не сдержался. И сделал то, за что его можно было выкинуть на помойку, раскрылся перед Аней.
— Темнит он! — усатая морда аж гаркнула от недовольства. — Слабый маг может только ныть о своей участи и силе, но никак не сражаться!
Аня медленно опустила голову, затем, посмотрев на кота, повернулась ко мне.
— А он всегда разговаривал⁈
* * *Не один раз в моей жизни моя мама говорила мне о том, что всё тайное, рано или поздно становится явным. Вот и вновь это фраза оправдалась. Кот раскрылся, а я из-за него, получается, полностью раскрылся перед Аней и Кактусом. Рассказал о своей жизни и способностях, которые получил и которые имел.
Кот, всё это выслушивая, кажется, печалился. Знать бы ещё почему, а затем и вовсе назвал меня переростком в мире носителей и свернулся клубочком на коленях у Лены. Я всё равно не раскрывал разум перед ним и прекрасно помнил слова своего симбионта. Кактус опасен для меня и вскоре мне придётся что-то сделать, но что, увы, не знал.
— То есть, ты и ты… — Аня показала пальцем сначала на меня, а затем на кота. — Носители одного изначального симбионта?