Загадаю Тебя (СИ)
– Ну хочешь, пошли со мной.
– Та ни за что! – восклицает громко.
– Тогда сиди и развлекай Аську. Я быстро вернусь, обещаю. Одна нога там, другая тут, – подмигиваю девчонкам.
Выхожу в зал и, прошмыгнув мимо деда, направляюсь в прихожую.
Надо сходить и поблагодарить. Так будет правильно.
Надеваю уги, куртку и шапку. Хватаю подарочный пакет и выбегаю на улицу.
Тишина вокруг. Морозный воздух тут же задиристо щиплет за нос. Под ногами поскрипывает белоснежный снег.
– Подожди, Мирон! – слышу за спиной уже у калитки.
Останавливаюсь. Оборачиваюсь.
На всех парах ко мне несётся растрёпанная Сенька.
– Одну не отпущу тебя к ней. Мало ли что? Это ж ведьма всё-таки!
– Сень…
– Нет, Оль. Вместе пойдём, – заявляет она решительно, накидывая на голову капюшон.
Глава 41
Стоя на пороге ведьминого дома, переглядываемся.
– Ну, стучи.
– Угу, – поднимаю руку и решительно барабаню костяшками пальцев по двери.
Отхожу.
Прислушиваемся.
– Нет её, по ходу. Может, свинтила куда-то? – предполагает подруга.
– А калитка тогда почему открыта?
– Не знаю.
– Давай подождём.
Сенька вздыхает, но терпеливо подчиняется моей просьбе.
– Ноль реакции, видишь? Спит или ушла. Погнали домой.
– Погоди. Свечи вроде горят, – указываю на зашторенное окошко.
– Где?
– Вон там!
– Может, ночник забыла выключить. Уходим, Миронова. Потом передашь ей свою благодарность, – тянет меня за руку и, когда мы уже покидаем крыльцо, вдруг случается это: дверь со скрипом отворяется.
Оборачиваемся.
– Входите, – доносится до нас голос Зулии.
– Здравствуйте! Вот видишь, она дома.
– Мы договаривались, что ты отдашь ей пакет прямо на улице, – шепчет Сеня, явно без особого желания топая за мной следом.
– Так и поступим, – уверенно заявляю я. Однако сделать это не получается. Зуля не торопится выходить.
– И где она есть?
– Нужно зайти в дом, наверное.
– Ужасная идея, я уже говорила?
– Да. Сто раз, как минимум.
Набравшись смелости, переступаю порог, и нас приветствует лёгкий перезвон колокольчиков.
– Зулия, простите за беспокойство, можно к Вам? – интересуюсь вежливо.
В ответ молчание.
– Извините. Мы…
– Не впускайте в дом мороз. Печь топится.
– Идём, Сень.
– Коза ты, Миронова! Всё равно вынудила меня сюда сунуться, – тихо ворчит, закрывая за собой дверь.
– Мииииууу!
– Чёрт возьми! – подскочив на месте, шипит Сенька. – Блин блинский! Появился словно из ниоткуда!
Это она про чёрного как смоль кота. Мы не заприметили его сразу.
– Привет.
Он трётся о мои ноги и урчит. Прямо как Персик.
– Какой ты милый!
– Не трогай его нафиг, это кот колдуньи! Ещё и чёрный.
– Да перестань ты!
– Ой дура… – закатывает глаза.
– А ты говоришь глупости.
– Так, ладно. Здрасьте! Мы здеся, – громко сообщает, боязливо осматривая сени. Самые что ни на есть старомодные, деревенские. Типичные, если бы не сушёные травы, подвешенные букетами вдоль левой стены, и не широкий комод с немыслимым количеством каких-то баночек-скляночек. – Оля Миронова принесла вам гостинцы. Мы тут их оставим. Очень торопимся. Давай, клади, – выразительно стреляет глазами.
– Ты что? Некрасиво…
– Дары принято вручать лично. Раздевайтесь и проходите. Через пару минут я буду свободна.
Смотрю на Сеню.
– Ну нет! Я пас. Тут подожду, – стаскивает шапку, присаживается на скамейку и хмуро косится на старое зеркало, обрамлённое резным деревянным узором.
– Я быстро, – снимаю куртку и уги.
– Уж постарайся. Будь добра.
Киваю, беру свои скромные презенты и в сопровождении кота направляюсь туда, откуда звучал голос Зулии.
Во время моего прошлого визита дальше прихожей я не проходила. Наверное, по этой причине начинаю нервничать. Неясно ведь вовремя мы заявились или нет.
Замираю на пороге комнаты, в которой она находится.
Как тут необычно! Столько несовременных предметов быта… Антиквариата. Различной утвари.
Ковры с замысловатыми узорами.
Причудливые растения.
Картины с вышивкой.
Какие-то лесные поделки на полках. Икебаны.
Старые книги с потёртыми переплётами.
Фонари-светильники.
Куклы.
Внушительного размера рога на стене.
Но, безусловно, посреди всего этого выделяется то место, где, как я предполагаю, обычно работает Зуля. Стол и высокий стул, на котором она сейчас восседает.
Пока хозяйка дома занята, я разглядываю всё, что её окружает. На круглом столе стоит красивый подсвечник, лежит открытая книга, имеются блюдца с крупой и (предполагаю) солью. Графин с водой. Обереги. Горсть камней. Лакированная, деревянная шкатулка. (Очень старая, судя по виду). Иконы.
Ведьмин алтарь? Так это называется, верно?
– Здравствуйте.
Мне вдруг становится стыдно за своё любопытство.
– Извините, что отвлекли…
– Присядь, Ольга, – обращается она ко мне, задувая ту свечу, что держала в руке.
Послушно опускаюсь на стул.
– Тебе нравится здесь? – склоняет голову влево.
– Да, – отвечаю я честно, немного теряясь под пристальным взглядом этой женщины.
– Чего не скажешь о второй девочке, – усмехается она. – Как чувствует себя Корней Степанович? – спрашивает вполне дружелюбно.
– Спасибо, сейчас со здоровьем всё более-менее в порядке. Я… хотела бы поблагодарить вас за то, что не отказали нам тогда в помощи. Ваши настои и травяные мази значительно облегчили дедушке жизнь. Артрит и ревматизм замучили его прошлой зимой.
– Да, это малоприятно.
– Вот… – осторожно кладу на угол стола небольшой подарок, завёрнутый в крафтовую бумагу с изображением еловых веток. – Увидела эту вещь и вспомнила о вас.
– Я взгляну? – её глаза блестят.
– Конечно.
Наблюдаю за тем, как она развязывает ленту, снимает обёртку и достаёт пуховый шейный платок, который так мне понравился в Суздали, когда мы ездили туда с Богданом.
– У вас их много…
– Такого точно нет, – улыбается, рассматривая подарок.
– А здесь угощения. К празднику, – ставлю пакет на пол.
– Не стоило, дорогая.
– Там ничего особенного, пирог, конфеты.
– Как твои дела, Оля? – на меня снова направлен этот взгляд. Острый. Пронизывающий.
– Нормально, спасибо.
– Привыкла к Москве?
До сегодняшнего дня как-то не задумывалась об этом.
– Уже, наверное, да. Привыкла.
– Не жалеешь о том, что уехала?
– Нет, не жалею. Всё здорово: учёба, футбол, друзья.
– Это хорошо. Ну а парень?
– Я одна.
– Меня интересует тот молодой человек, которого ты спасла.
– Мы с ним… Не получилось у нас в общем. Мы слишком разные. Его семья не приняла меня. Да и вообще… Нет времени. В МГУ учиться непросто и…
– Оля, давай начистоту, – обрывает мой монолог и знаете, возникает полное ощущение того, что я перед самой собой нелепо оправдываюсь.
– Я…
Что сказать?
Обиделась? Разозлилась? Отступила, выбрав самый простой из возможных вариантов?
Зуля, почувствовав моё замешательство, не давит. Достаёт из шкатулки колоду старых карт и ловко перемешивает их длинными пальцами, украшенными крупными перстнями.
– Сдвинь. Теперь выбери карту отсюда.
Послушно выполняю её команды. Она, как я понимаю, делает расклад, а я смиренно жду. Чего? Не знаю.
Чтобы хоть как-то отвлечься, скрупулезно изучаю черты лица моей гадалки.
Какая же она всё-таки красивая! Всегда идеальная, аккуратная причёска. Безукоризненный макияж. Очень яркая женщина. Обладающая каким-то невероятным магнетизмом.
– Вижу, разлад у вас, – наконец произносит. – По твоей вине. Ты ошибку совершила.
– Я?
Вздёргиваю бровь.
Подождите-ка.
– Да. Ты.
– Но…
– Этот парень по судьбе тебе. Ваша встреча не была случайной. Я ещё тогда это увидела.