Загадаю Тебя (СИ)

Это как взлететь высоко-высоко вверх и бояться разбиться.
Почему-то меня не покидает ощущение того, что будет нестерпимо больно. В том случае, если я его потеряю…
*********
– Может, уже развяжешь мне глаза? – спрашиваю в нетерпении, пока иду по улице вслепую, осторожно держась за него.
Ноль реакции.
Мало того, что ничего не вижу. Так ещё и ничего не слышу из-за наушников, в которых играет музыка.
Что происходит?
Где мы?
Что опять придумал?
Чувствую, как что-то мягкое касается моей шеи.
Хмурюсь ещё сильнее.
Никаких предположений о том, где находимся.
А когда наконец с меня снимают повязку…
– Обалдеть, – вынимаю наушники и удивлённо моргаю.
– Идём, Оль, – Богдан улыбается и, взяв меня за руку, уверенной походкой направляется ко входу.
Двадцать минут спустя я растерянно кручу головой по сторонам.
– Нравится тебе здесь?
– Ещё бы! Это «Лужники»!
Один из лучших столичных стадионов. А мы ведь к тому же в секторе VIP. Даже боюсь представить, во сколько ему обошлись билеты.
– Болеть за свою команду готова? – подмигивает мне, накидывая на себя шарф ненавистного «ЦСКА».
– Конечно, – поправляю свой, с надписью «Спартак».
– Блин, это надо сфоткать, – смеётся он, доставая телефон. – Иди сюда, болельщица, – закидывает мне руку на плечо.
Щёлк.
И вот перед нами очень даже симпатичное селфи, которое он посылает друзьям и выкладывает в соцсеть.
До сих пор непривычно видеть свои и наши общие фотографии на его странице. Не знаю, как объяснить, но мне всё ещё кажется, что я… не подхожу ему и смотрюсь рядом с ним странно.
Звоним по видеосвязи Сеньке. Сбивчиво рассказываю о том, где нахожусь, и показываю, что меня окружает.
Немного поболтав с подругой, прощаюсь и принимаюсь рассматривать стадион.
Богдан, отлучившийся якобы в туалет, возвращается с едой и напитками.
– Билеты дорогие, да?
Отсюда отлично видно всё поле и здесь максимально комфортно.
– Нет.
– Ну обманываешь ведь. Я погуглю.
– Давай обойдёмся без этого.
Окинув взглядом огромный стадион, вздыхаю.
Так не пойдёт. Он тратит на меня слишком много денег, и мне это, честно говоря, совсем не по душе.
– А что у нас с лицом? – аккуратно толкает меня в бок.
– Завязывай с транжирством.
– Оль…
– Серьёзно. Поездки, кафе, кино. Цветы, конфеты, подарки. Пора притормозить.
– Я так не думаю, – отражает он абсолютно спокойно.
– Богдан… – смотрю на него с немым укором.
– Матч скоро начнётся, – указывает на поле, куда уже выходят игроки. – Давай решать, Миронова, что будешь делать в том случае, если «Спартак» проиграет.
– Они не проиграют, – отзываюсь уверенно.
– Ну мало ли. Сама знаешь, по-всякому бывает, – хитро прищуривается.
– Если они выиграют, будешь целую неделю носить шарф «Спартака» в универ, – выдвигаю своё условие.
– По рукам, но если выиграет ЦСКА, Оль, будем праздновать Новый Год у меня, – выдаёт он вдруг.
– А дед? – спрашиваю, справившись с первоначальным шоком.
– А в чём проблема? Привезём его в Москву.
– Ну, не знаю.
Ему эта затея точно не по нраву будет.
– Забиваемся или передумала? – по деловому протягивает руку.
– Нет, я согласна.
Давать заднюю – не в моих правилах.
Обмениваемся рукопожатием, как раз к тому моменту, когда начинает звучать гимн Российской Федерации.
Всё.
В последующие девяносто минут мы с Богданом потеряны для внешнего мира, существующего за пределами данного стадиона.
Боже! Какая здесь невероятная атмосфера!
Какой нереальный заряд энергии от болельщиков!
Какой драйв! И как же здорово являться частью такого масштабного сумасшествия!
Меня прямо-таки разрывает от тех чувств, что я испытываю. Голос срываю уже к концу первого тайма.
Что касается Богдана… Он такой же ненормальный как я. И мы, должно быть, смотримся со стороны по-идиотски, но, ёлки-палки, мне не забыть этот матч! Никогда-никогда…
Болельщики Спартака громко радуются голу, забитому в ворота противников прямо перед перерывом.
Я, прыгая и визжа, ору вместе с ними.
  
В какой-то момент поворачиваюсь к Богдану, в порыве щенячьего восторга бросаюсь к нему на шею, и он смиренно терпит моё ликование.
Отстраняюсь, смущённая собственной наглостью. Но меня не отпускают. Не позволяют отдалиться и увеличить расстояние до безопасно допустимого.
Натыкаюсь взглядом на его улыбку и горящие глаза.
Секунда. Две. Три.
Шумный стадион звучит фоном.
Почти глохну.
Слышу удары своего сердца в висках.
Тук-тук…
Пульс подскочил.
Судорожный вдох.
Выдох.
Богдан наклоняется и резко-решительно притягивает меня к себе.
А как целует…
Пылко. Настойчиво. Горячо. Страстно.
Кровь в венах стремительно закипает и я, закрыв глаза, просто покорно сдаюсь.
Как это приятно! Как будоражит!
Есть только Его губы и это прекрасное мгновение, наполненное нарастающим волнением и эйфорией, захватившей каждую клеточку моего организма.
Целую бурю внутри переживаю.
Ураган. Стихийное бедствие.
Совершенно забываю о том, что вокруг тысячи людей.
Рассыпаюсь на атомы.
Лечу…
И да. Только сейчас понимаю, что именно так должно было быть. Всему своё время.
– Эй, ребята, вы на экране.
Пожалуй, только эти слова, брошенные кем-то, нас и отрезвляют.
Разорвав лучший в своей жизни поцелуй, растерянно оглядываюсь назад и тут же краснею по доброй традиции. Потому что так и есть. Нас действительно показывают. Это не шутка.
– Кхм.
Ну и ну. Попали.
– Помаши им, Оль, – смеётся Богдан, крепко стиснув меня в объятиях.
Домой прихожу окрылённая. Улыбаюсь как дурочка. И ни грамма не сожалею о том, что матч в итоге закончился не в мою пользу.
– Сень… Ты дома? – вешаю свою связку ключей, сажаю большого белого медведя на тумбу.
Так не терпится поделиться с ней эмоциями!
– Слышишь? Я вернулась! – снимаю куртку, наспех расстёгиваю молнию и скидываю сапоги.
Замечаю чужие в прихожей.
Забираю своего мишку и, нахмурившись, прохожу по коридору.
У нас гости, что ли?
– Оль, – меня встречает Аська. Испуганная и прибитая.
– Привет.
– Сенька дома?
– Не, на работу вызвали. Оль… Там… Там это, пришли к тебе, – объясняет она сбивчиво, переминаясь с ноги на ногу.
– Кто? – удивлённо на неё смотрю.
Отвечать Асе не приходится.
Человек, ожидавший меня, выходит из кухни и вся прелесть сегодняшнего дня в ту же секунду испаряется...
  
Глава 36
 
Гладкий, высокий хвост. Безукоризненный макияж. Стильный брючный костюм и дизайнерская сумочка на плече.
Гостья выглядит так, будто только что сошла с обложки модного журнала.
– Сядь.
– Я постою, спасибо.
Мы с матерью Богдана переместились на кухню.
– Наш разговор не будет приятным. Ты же понимаешь?
– Понимаю, Татьяна Андреевна, – мои пальцы нервно стискивают кромку столешницы.
Если скажу, что не волнуюсь, солгу, но одно я усвоила ещё тогда, при первой нашей встрече: слабину ни в коем случае давать нельзя.
Задавят.
– Что ж. Очень хорошо, что понимаешь, – женщина поджимает алые губы и впивается в меня таким взглядом, что непроизвольно мороз ползёт по коже. – Значит, ты не собираешься попусту тратить моё время и строить из себя дурочку?
– Не знаю, о чём вы…
– Не знаешь, – она зло прищуривается и даже не пытается скрыть ту враждебность, что испытывает по отношению ко мне. – Поражаюсь просто…
– Зачем вы пришли сюда? – спрашиваю, набравшись смелости.
В конце-концов, что плохого я сделала этой семье? Мне не за что краснеть и извиняться!
– В глаза тебе посмотреть хотела.
– Что рассчитывали там увидеть? – удивлённо осведомляюсь я.