Алиса в Зомбилэнде (ЛП)

— Ну же! — крикнула я. — И не возвращайся сюда. Дедушка не в себе. Он может причинить тебе вред.
— Али, я…
— Иди!
Наконец она ушла, исчезнув за углом. После ее ухода вся сила ярости дедушки переключилась на меня. Он больше не довольствовался тем, что бил меня. Вместо этого он стал царапать и кусать меня. Забудьте о то, что я говорила. Я больше не могла удерживать его и рванула прочь от него.
— Успокойся, дедушка. Ладно? Ты не хочешь этого делать.
Он вскочил на ноги… но тут же обмяк, его тело рухнуло на пол. А глаза закрылись. Он затих.
Я с ужасом наблюдала, как его душа поднимается из тела.
Ужаснувшись… я поняла. Его укусил зомби. Заразил его. Убил.
Он был мертв.
Но продолжит жить дальше.
Он выглядел таким же больным, как и тогда, когда находился в своем теле, но теперь его кожа приобрела более серый оттенок. Его взгляд прошелся по комнате, так и не остановившись на мне. Он принюхался, облизал губы и двинулся к единственной двери.
— Дедушка, — сказала я и покинула свое тело.
Мгновенно его внимание переключилось на меня, и он забыл о бабушке. Он преследовал меня по всей комнате. Когда он сделал выпад в мою сторону, я отпрыгнула в сторону. В доме не было Линий Крови, поэтому мы оба прошли сквозь стол и еду.
Получалась некая цепочка. Мы кружили вокруг друг друга. Он двигался ко мне. Я убегала в сторону. И потом все заново. У меня был нож в сапоге, но я не могла заколоть его. Просто не могла заставить себя его вырубить. У меня не хватало духу, сжечь его.
Наконец в комнату вошел хмурый Коул, за ним Маккензи, Бронкс и мистер Холланд. Мистер Холланд спросил, где моя бабушка, и после того, как я ему сказала, он ушел. Бронкс ногой закрыл дверь. Я намеренно избегала взгляда Коула. Сегодня мы видели друг друга в первый раз, и я не могла позволить себе видение прямо сейчас.
— Не убивай его, — сказала я. — Пожалуйста. Должен быть другой способ.
— Молчи, — сказал Коул. — Следи за своими словами.
Дедушка понюхал воздух и облизал губы.
— Еда.
Мои друзья вышли из своих тел и окружили его, быстро усмирив, опрокинув его на пол, сцепив руки за спиной, а лодыжки связали светящейся веревкой.
— Может быть, нам надо… — начала я, поджав губы и опустив взгляд, когда фиолетовые глаза Коула встретились с моими. Наши взгляды встретились…
Коул стоял передо мной, его руки лежали на моих плечах.
— Мне жаль. Этого не должно было произойти. Человек, которого ты любила, никогда бы не ударил тебя. Я не знаю, когда его укусили. То, что ты видела сегодня, было его оболочкой. Просто оболочкой.
— Тогда как он смог войти в дом, — спросила я, и слезы потекли по моим щекам, — ведь вокруг дома есть Линия крови?
— Когда ему разрешили войти, это отменило Линию крови. Его дом. Его правила.
Мое сердце раскололось. Я должна была проверить, нет ли следов укусов. Я же почувствовала запах гнили в ту ночь.
— Если бы у меня было больше времени, я бы придумала способ…
— Другого способа нет, — настаивал Коул, его тон был резким. — Он должен был умереть. Насколько мне известно, никто никогда не возвращался после такого.
Он лучше знал, не так ли. Он видел, как его собственная мать умерла таким же способом…
— …Ееееддааа.
Голос дедушки прорвался сквозь видение. Мир вернулся в нормальное состояние. Коул стоял в другом конце комнаты, прижимая к себе дедушку.
— Позволь мне сделать это, Али, — прорычал он.
Я поняла, что сила моих слов до сих пор останавливала его от действий… точно так же, как сила его слов почти разжала мою челюсть, чтобы произнести нужные слова. Я сопротивлялась.
— Что с ним? — Плакала бабушка за закрытой дверью. — Почему он сделал это с Али? Это на него не похоже. Он хороший человек.
— Я же говорил вам, что здесь опасно, миссис Брэдли, — услышала я слова мистера Холланда.
Маккензи вернулась в свое тело.
— Нам нужно еще время, — крикнула она.
— Али, — напомнил Коул.
Я не могла свалить на него это бремя.
— Я… я… я сделаю это.
Он изучал меня, прежде чем жестко кивнуть.
— Уверена?
 
Я посмотрела вниз. Проблема первая: мои руки были в порядке. Вне всякого сомнения, я могла зажечь свет. Вопрос был в том, смогу ли я сделать это по команде?
— Я не хочу делать ему больно, — сказала я, и мой подбородок задрожал. Проблема вторая: моя любовь к этому человеку.
Нет, не к человеку. Больше нет.
— Обещаю, он ничего не почувствует.
Дедушка пытался вырваться, и я начала плакать. Он хотел убить бабушку, а я не могла ему этого позволить. На самом деле никаких проблем не было. Я закрыла глаза, покопалась внутри себя и нашла резервуар решимости.
— Да, — сказала я и поверила в это всем своим сердцем. — Уверена.
Что-то внутри меня раскололось, и тепло взорвалось в моих руках, поднялось вверх и разлилось по плечам. Я открыла глаза. Обе мои руки светились, от кончиков пальцев до ключиц.
Коул, Маккензи и Бронкс смотрели на меня с благоговением.
Спотыкаясь, я подошла к дедушке, пока у меня не сдали нервы, присела рядом с ним и подождала, пока Коул повернет его. Дедушка оскалил зубы в мою сторону. Дрожа, избегая его взгляда, я провела ладонью по его груди.
За один удар сердца он исчез, а в воздух полетел пепел. Я озадаченно посмотрела на свои руки. Коул сказал, что это занимает некоторое время.
— Али, — позвала моя бабушка. — Али, ты в порядке? Поговори со мной!
Коул вернулся в свое тело.
— Али. Не трогай тут больше ничего.
— Али! — Теперь в голосе бабушки звучала паника. — Я твоя бабушка и требую, чтобы ты поговорила со мной.
Но я должна была прикоснуться к своему телу. Должна была вернуться и ответить бабушке.
— Нет, — крикнул он, когда я протянула руку.
Пальцы души соприкоснулись с пальцами естественной формы. У меня перехватило дыхание, когда две половинки меня соединились. Свечение исчезло, но я чувствовала остатки жара, маленькие вспышки молний, треск и шипение.
— Ты в порядке? — потребовал он.
— Да. — Я крикнула:
— Я в порядке, бабушка. — Но дедушка не в порядке. Свежие слезы каскадом хлынули по моим щекам. — Как я это сделала? — спросила я Коула.
— Не знаю. Я никогда не видел ничего подобного и боялся, что ты обожжешь свое тело, когда прикоснешься к нему. В следующий раз слушай меня. Я не выдержу еще одного такого испуга.
— Али? — сказала бабушка дрожащим голосом. — Мне нужно увидеть тебя своими глазами.
Я умоляюще посмотрела на Коула, молча прося разрешения рассказать ей о том, что только что произошло. Она заслуживала знать.
Он кивнул.
— Правду?
Маккензи запротестовала, но Коул сказал:
— Да.
Я открыла дверь в столовую, и бабушка вбежала внутрь, мистер Холланд следовал за ней по пятам. Оба они осмотрели комнату.
— Карл! — ахнула бабушка, бросаясь на неподвижное тело дедушки, как бы защищая его от дальнейшего вреда. — Очнись. Ты должен проснуться.
Мне пришлось подавить рыдания.
— Он не может, бабушка. Он… он умер.
— Нет. Он проснется. Он должен.
В конце концов, она все осознала и заплакала еще сильнее.
Коул помог ей встать на ноги и подвел к одному из стульев, которые поставил на место.
— Али хочет кое-что рассказать вам до приезда полиции.
Я села рядом с ней. Меня трясло и было трудно дышать, я понимала, что у меня начнется гипервентиляция, если не успокоюсь.
Я боялась, что она посчитает меня сумасшедшей, нас всех сумасшедшими, но рассказала ей о зомби. О папиных способностях, а теперь и о моих. Я рассказала ей, что люди, пытающиеся контролировать зомби, проникли в дом, и каким-то образом зомби укусил и заразил дедушку.
Зомби изменили Дедулю. Убили его тело… а мне пришлось уничтожить его душу.
С каждым моим признанием она издавала болезненный стон, и каждый из этих стонов душил меня. К концу я едва понимала себя.
— Это… это… — Она не могла заставить себя произнести слова, которые осудили бы меня, но понимала, что она думает об этом. Она должна была.