Его искушение. Его Девочка (Стокгольмский синдром)

– Не слушаешься? – его явно злило мое бессилие, которое наступило слишком резко. Может быть, он не верил мне и думал, что я манипулирую им? – Ты забыла что тебя ждет в случае непослушания?
– Я не могу… Хозяин, – прошептала я. – Правда. Я ничего не чувствую.
Тогда Вампир замахнулся и отвесил мне пощечину, я же просто повисла в его руке. Я действительно не почувствовала удара.
– Дрянь, – сердился он.
Но мое тело не желало больше включаться, поэтому в какой-то момент мужчина подхватил меня и поднял над полом. Одной рукой. Зажал подмышкой, словно нес не человека, а простую сумку, и пошел куда-то. Я же закрыла глаза, чтобы хоть немного наполнится силами.
 
Глава 8
 
Вампир.
Белоснежка… у меня на нее такие планы, а она совсем выбилась из сил. И главное, я ведь толком ничего с ней не сделал. Неужели объект номер двадцать пять настолько разочарует меня? Я не допущу этого. Ее кровь слишком вкусная, чтобы выпить ее за день. А ее тело слишком восприимчиво к моим ласкам, чтобы обездвижить его так быстро.
Нет, Белоснежка. Я продержу тебя в живых столько, сколько захочу. Ты – моя игрушка, которую я когда захочу включу, когда захочу выключу. Пока я не пресыщусь тобой, ты никуда от меня не уйдешь. Даже в мир мертвых.
Уложив свою добычу на медицинскую кровать, я тут же зафиксировал запястья и щиколотки своей жертвы. Так же скрепил ремнем ее талию и грудь. Однако после этого, все же ослабил ремень на пару отступов. Кажется, моя жертва снова теряла сознание, а ремни перекроют ей доступ крови к грудной клетке.
Но Белоснежка была пока в сознании, хоть и вообще не реагировала на пощечины и прочую боль. Ее посиневшие губы дрожали от холода, но тело этого холода уже не чувствовало. Плохо. Нужно принять меры.
И если другим объектам я обычно колол кофеин или адреналин, чтобы они не отключались так быстро, то Белоснежке этот способ не подойдет. По всей видимости у нее сильное сотрясение, а стимуляция сердца может привести к кровоизлиянию в мозг. Придется дождаться улучшений естественными способами. Потерпеть хотя бы пару дней. Очень неприятно это принять, но иначе мне не насладиться моей игрушкой, а у меня на нее столько планов.
Накрыв мою дрожащую зверушку легким одеялом, я подложил ей под голову валик, а затем все подготовил к капельнице.
Ни одна из моих сук не получала капельницу. Они дохли в муках, скуля и моля трахнуть их напоследок еще жестче. Да и физраствор создает неприятный привкус в крови, разжижая ее и делая какой-то кисловатой. К счастью, он быстро выводится, и через пару дней моя Белоснежка будет полностью готова к первому эксперименту.
Ничего, я подожду. К тому же никто не мешает мне воспользоваться моей зверушкой в связанном состоянии. Будет даже приятно привести ее в сознание именно медицинским осмотром.
– Слышишь меня? – я грубо схватил Белоснежку за лицо. – Сжимай и разжимай кулак, поняла меня? Я сделаю капельницу и тебе станет лучше.
Но моя зверушка никак не отреагировала, хоть была все еще в сознании. Ее пустой сломленный взгляд так же не отзывался ни на какие мои угрозы и движения.
Ладно, плевать. Кожа у моей зверушки такая бледная и тонкая, что вены хорошо просвечивались – не промахнуться.
Вместо обработки спиртом, я припал языком к ее локтевому сгибу. Холодная кожа неприятно ощущалась на губах. Никакого удовольствия. Белоснежка мне нужна теплой, а не безжизненным куском снега.
Разозлился на нее сильнее, когда стянул жгутом руку выше локтя.
– Ничего, – без всякой нежности я вогнал ей иглу в вену. – Ты у меня быстро в себя придешь. Ты здесь, чтобы служить своему Хозяину, и я добьюсь этого.
Закрепив капельницу на штативе, я еще раз бросил взгляд на полуживую Белоснежку, и понял, что нужно делать немыслимое: кормить ее, пока она не восстановится. А вот за это ей придется платить очень дорого. Каждый свой кусочек Белоснежка отработает сексуальными экспериментами. Каждый!
Пару часов спустя я вернулся в свою обитель. Там, под ярким светом операционной лампы лежал мой лакомый кусочек. Даже в таком состоянии она была удивительно желанна. Запах и вкус ее крови невозможно забыть. Он не просто подарил мне тогда удовольствие. Он буквально наполнил меня силами и идеями. Необыкновенный эффект!
  
К этому моменту уже подошла к концу вторая капельница на сегодня, и я нарочито небрежно извлек иглу из вены, а затем снова припал к ней губами.
Неважно что в крови посторонние препараты. Даже после этого кровь Белоснежки все такая же сладкая. Только излишне жидкая теперь.
– Просыпайся, – я снова грубо схватил ее за лицо.
Сейчас Белоснежка выглядела куда лучше. На щеках и губах заиграл лихорадочный румянец.
Теперь она ощущала боль, и мне снова это было в удовольствие.
Нажав на кнопку, я отрегулировал кровать, чтобы переместить мою зверушку в положение сидя.
– Пей, – следом я ткнул ей в губы стакан с водой.
Белоснежка дернулась руками, машинально пытаясь взять стакан, но осознала, что полностью обездвижена.
– Нравится? – я снова дурел от ее испуганного взгляда. – Знаешь сколько всего я могу с тобой сделать в этой кровати и в таком положении?
Ее глаза заблестели от навернувшихся слез, а губы задрожали:
– Не надо… прошу вас…
– Пей, – я снова ткнул ей стаканом в губы. – Я и так сделаю все, что захочу.
Смирение быстро сменило надежду в глазах Белоснежки, и она обреченно выпила воду.
– Тебе надо поесть, – я небрежно сообщил и пододвинул тележку с тарелкой куриного бульона, окруженной медицинскими инструментами. – Ты выпьешь все без остатка.
Голод тут же сломил Белоснежку, и на этот раз даже вид инструментов не заставил ее просить меня о чем-то. Она послушно делала глоток за глотком, явно наслаждаясь этой скромной пищей.
– За каждый прием пищи тебе придется заплатить, – я с удовольствием огласил условия. – Ты должна сделать все, чтобы мне понравилось, и чтобы я захотел тебя накормить еще раз. Так что приступим к твоему первому осмотру.
Глаза Белоснежки на этот раз наполнились ужасом, а ее губы приоткрылись.
Я же с предвкушением приготовился слушать ее плач и мольбы…
 
Глава 9
 
– Пей до конца! – Вампир повысил на меня голос, и я снова приложилась губами к тарелке бульона.
Супчик был очень вкусным и горячим. Сейчас в моем состоянии это было спасением. И какая расплата за этим ни последует, но я должна использовать эту возможность. Это единственный источник, откуда я смогу взять силы.
Я старалась растянуть удовольствие и не смотреть в лицо Вампиру. На нем все еще была маска, а в глаза мне бил свет от слишком яркой лампы для операционных, но все же запомнить его приметы я не спешила.
Пока я пила бульон, то успела немного согреться. Но тело все равно била остаточная дрожь. Теперь я как будто просто не могла расслабиться. Однако все равно, я находилась в куда более лучшем состоянии. Мое тело смогло хоть немного отдохнуть от подвешенного состояния. Эта короткая перезагрузка мне была жизненно важна.
– Допивай! – кажется Вампир уловил, что я специально растягивала прием пищи.
Тогда я постаралась одним глотком выпить остатки и расслабилась. Я понимала, что сейчас начнется что-то страшное. Мне нужно беречь силы и главное сохранить теперь этот суп в желудке.
– А теперь поиграем, – хищно проговорил он.
Нажав на кнопку, он снова привел кровать в горизонтальное состояние, а мое сердце бешено пустилось вскачь. Я постаралась выровнять дыхание и хоть еще секунду продержать себя в балансе. Раз Вампир не намерен убивать меня сию секунду, значит еще не все потеряно. Я должна продолжить бороться за жизнь.
Этот псих откинул с меня плед, и на мгновенье я увидела себя совсем голую. На мне оставались только чулки. Унижение тут же накрыло меня, но я закусила губу, чтобы не раскиснуть.
Однако ситуация усугубилась до предела, когда этот ублюдок отстегнул мне одну ногу, согнул ее в колене и пристегнул меня к высокому бортику кровати. То же самое он сделал со второй ногой.