Его искушение. Его Девочка (Стокгольмский синдром)

– Да пошел ты! – боль лишь подстегивала мою агрессию.
– Знаешь, что я делаю с таким дерзкими зверушками? – через его голос повеяло жестокостью. – Я отрезаю им языки.
У меня все заледенело внутри от такого заявления. Моя агрессия тут же сошла на нет, и я снова обратилась в маленькую напуганную девочку.
– П-простите меня, – позорно залепетала я. – Я больше не буду.
Он прав. Моя агрессия никак мне не поможет. Если я хочу обхитрить Вампира, то мне нужно действовать с умом.
– Глупая, – усмехнулся он. – Мне не нужны твои извинения. За каждый проступок ты будешь расплачиваться кровью. Только это подойдет в качестве извинений. Так что сначала я тебя попробую, а потом трахну.
Кровью? Это очень плохо. Насколько больно он мне сделает?
Но мои мысли тут же прервались, когда этот урод обхватил мне голову руками, а потом жадно впился мне в губы. Я заскулила от боли и зарыдала, когда он прокусил мне губу, и горячая кровь хлынула мне в рот. Вампир же углубил поцелуй напрочь лишая меня возможности дышать. Языком он вбирал мою кровь изо рта и втягивал в себя.
Он делал это с такой жадностью, что меня затрясло от страха. Ко мне в полной мере вернулось головокружение, и я почувствовала себя на грани потери сознания.
Ну и тряпка же ты, Варвара! Соберись!
Вампир же переместил свои руки мне на шею и сдавил, пока сам с еще большей одержимостью пытался выжать из моей губы еще крови.
Я конвульсивно задергалась и коротко завыла. Мне больше нечем было дышать. Страх удушья накрыл меня с головой. Разумом я понимала, что Вампир не допустит моей смерти прямо сейчас. Ему от этого никакого интереса. Я уверена, что он хочет мучить и издеваться, а для этого я нужна ему живая.
Будто услышав мои мысли, он наконец отпрял от моих губ, но вдохнуть я по-прежнему не могла. Вампир плотным кольцом сжимал мое горло.
– Мне ничего не стоит придушить тебя прямо сейчас, – говорил он мне в губы, пока я хрипела ему в рот. – Но я заставлю тебя играть по моим правилам. Любой ценой, но заставлю. Так что советую включить голову.
Тут он разжал мое горло, и я закашлялась: громко, хрипло и слезно. Голова раскалывалась после такого кислородного голодания. Я понимала что пока сама себе делаю хуже. Мне нужно включиться в эту чертову игру. Нужно понять как ее выиграть. Быть может есть какой-то шанс?
– Хмм… – Вампир облизал свои губы. – Ты вкуснее, чем я думал.
– Пожалуйста… – хрипела я, со свистом вдыхая спасительный воздух. – Не убивайте… я готова играть… Готова делать все, что скажите… Только не убивайте.
Я должна принять правила, иначе наврежу сама себе. Я в руках конченого психопата, и обыграть его можно только каким-то очень нестандартным методом. Я должна действовать так, как не действовала ни одна из его жертв. Нужно думать наперед. На несколько шагов. А еще приготовиться к боли и насилию. Но я все должна выдержать. Я не хочу, чтобы меня нашли где-то в лесополосе – голую, обезображенную и обескровленную. Не хочу, чтобы мои родители убивались, хороня меня своими руками.
Я спаслась, когда моя мать продала меня своему собутыльнику за бутылку водки. Спасусь и сейчас. Просто нужно изучить игру Вампира и обойти его правила.
– Готова играть, говоришь? – он снова сомкнул руки на моей шее. – Тогда начнем. Гарантирую: тебе будет так больно, как не было еще никогда в жизни.
Гори в аду! Я все вынесу и отомщу!
 
Глава 3
 
Вампир снова обошел меня и опять оказался у меня за спиной. Меня же била крупная дрожь. Руки и ноги совсем заледенели. Понятно, что помещение все равно было отапливаемым, ведь на улице был морозный ноябрь, но все равно тепла явно было недостаточно.
За собственным тяжелым и свистящим дыханием я не слышала что делал этот выродок, поэтому мне нужно было скорее успокоиться.
Я выдохнула и на мгновенье прикрыла глаза. А когда открыла снова, то естественным образом притихла. Мне показалось что я услышала тонкий звук лезвия за спиной. Такой звук бывает, если провести ножом по точильному камню. И если мои ассоциации верны, то дело плохо.
  
– Не убивайте меня, пожалуйста, – снова попросила я.
Я жутко боялась, что Вампир сейчас начнет меня резать.
– Ты так боишься смерти? – прошептал он над моим ухом, когда подошел очень близко.
Лезвием он коснулся резинки моих чулок и очень медленно двинулся вверх.
– Боюсь, – отвечала я, хотя буквально перешагнула все свои принципы ради этого.
Мне снова хотелось кричать и оскорблять этого урода, а вместо этого я веду с ним мягкую доверительную беседу, пытаясь разжалобить его. Но ведь, кажется, это известный психологический прием – заговорить неадекватно настроенного человека. Что если у меня получится?
– Очень боюсь, – продолжала я, глотая слезы. – Не надо. Прошу вас.
– Глупая, – усмехнулся он. – Смерть для тебя спасение. Очень скоро ты будешь молить меня о смерти. Ведь реальность для тебя станет настоящим адом.
Я закусила и без того прокушенную губу. Слова кончились. А ответы Вампира пугали до ужаса.
Лезвие тем временем забралось мне под тонкое платье. Вампир поддел самым кончиком кожу на ягодице, и я пискнула скорее от страха, чем от боли. От холода у меня немного задеревенело все тело, и я не могла понять порезал это урод мне кожу или нет.
– Не надо… – снова пискнула я, когда почувствовала резкое движение ножом.
Мне казалось, что я уже истекаю кровью, но из-за выброса адреналина просто не чувствую этого физически.
Но потом я почувствовала, что ткань платья стала болтаться на мне очень свободно. Я поняла, что этот урод резал на мне пока только платье, хотя не исключено, что он задевал мне и кожу.
Еще пару резких движений и платье упало к моим ногам.
– Вот теперь на тебя хочется посмотреть при свете, – усмехнулся Вампир и царапнул кончиком ножа мне шею.
Затем он отошел от меня, а после в помещении зажегся свет.
Мое дыхание тут же сбилось. Тело сжалось. Темнота хоть немного меня скрывала, сейчас же прятаться было некуда.
Я тяжело дышала через приоткрытые губы и не могла собраться. Но тут я услышала звук какого-то механизма. Мое сердце пропустило удар, а я так и застыла с широко открытым ртом. Наконец я почувствовал, что мои ноги, скованные цепями, немного разъезжаются.
– Не надо! – снова воскликнула я, боясь, что ноги разъедутся слишком далеко. – Я и так все сделаю! Все, что скажешь! Нужно раздвинуть ноги – я раздвину!
– Не смей говорить со мной на «ты», – увесистый шлепок снова обжег мои ягодицы, и я на мгновенье притихла от удара.
Кожа жутко горела. И щипала. На этот раз удар точно рассек кожу.
– Простите, – всхлипнула я. – Я больше не буду. Простите.
– «Простите, Хозяин», – подсказал Вампир.
– Простите, Хозяин! – повторила я.
– Этого все равно мало, – он приставил лезвие ножа к моему бедру. – Каждый свой проступок ты можешь смыть только кровью.
На этот раз я разрыдалась от очередного проигрыша, а Вампир резко полоснул меня ножом по бедру. Сначала с одной стороны. Потом с другой.
Порезанные трусики упали к моим ногам, а в местах, где ко мне прикоснулся Вампир остались свежие порезы. Совсем поверхностные, но жутко зудящие.
Мужчина же остановил механизм и присел сзади меня. Губами он припал к порезу и провел по нему горячим языком.
Я сжала кулаки. Зажмурилась. Не хотела этого чувствовать! Я ненавидела его прикосновения, и его целиком, но… Должна признать, что кожа перестала от этого зудеть. Это как закусить ранку на пальце. Вроде залижешь ее, и она болит меньше.
Не нужно противиться. Нужно использовать эту возможность. Если хоть что-то сможет мне принести облегчение в этом аду, то мне нужно изучить эти варианты.
Вампир тем временем приложился губами к другой моей ранке и слизал кровь с нее тоже.
– Ты очень вкусная… номер двадцать пять, – довольно проговорил он.
А затем он неожиданно отцепил одну мою руку.