Демон, дракон и другие личные проблемы (СИ)
– Нет, не хочу. Меня смешат слухи о том, какой я любитель портить приличных девушек, но на самом деле это занятие такое же скучное, как и все остальные.
– Кьяр, я тебя чем-то обидела? Ты скажи – я постараюсь больше не повторить своей ошибки!
Он перевел удивленный взгляд на нее и выдал:
– Если бы ты меня обидела, девка, то лежала бы сейчас в лазарете, а не сидела здесь. Но со своей назойливостью сделай что-нибудь – раздражает. Не выпускай из головы, что я не твой и никогда твоим не буду. Мы можем иногда весело проводить время вместе, но не больше. И не смей снова плакать, иначе и дорогу ко мне забудешь. Девок вокруг полно, обменять тебя на трех других – дело десяти секунд.
Все происходящее было отвратительным – особенно то, как Аленса унижается перед ним. Даже сейчас она спешно повернула лицо в другую сторону, чтобы ни в коем случае он не заметил, как начали краснеть ее глаза. Я видела, что Мирта от ярости уже стала пунцовой – она пялилась на меня квадратными глазами, но все еще не осмеливалась вставить свое мнение. Возможно, именно ее вид и подтолкнул меня к тому, чтобы как можно спокойнее произнести:
– Кьяр, необязательно быть таким жестоким. Ты не умеешь любить, от тебя этого никто не требует. Но ведь можно просто уважать чужую любовь или хотя бы не унижать ее.
Расплавленное олово заструилось вокруг его зрачков – я уже почти отвыкла от этого зрелища. Но ответил демон без злости:
– Что я снова сделал не так, солнце? Я просто взял то, что твоя подружка отчаянно мечтала мне подарить. И на это у нее не было бы никаких шансов, если бы не ты. Она рассчитывала на другое отношение? На уважение? Я подошву на своей обуви уважаю больше, потому что она хоть чем-то отличается от других подошв. Для начала спроси у подруги, чего хочет она, а потом уже лезь со своей помощью. А самое главное – мы вынуждены это слушать от драконьей подстилки. Тебе ли из-под него о чужом унижении рассуждать?
И Аленса тотчас запричитала:
– Действительно, не нужно вмешиваться, дорогая моя Элея! Я очень благодарна, что ты познакомила нас с Кьяром, но не стоит просить его о том, на что ни один демон не способен! Лично я все понимаю – пойми же и ты.
Я засунула назад в горло все назревшие возражения. Демон способен кого-то уважать! Или хотя бы не втаптывать в грязь – знаю на собственном примере. Но Аленса сама обесценила себя в его глазах до такого уровня, на котором уважения не предусмотрено. Бедная дурочка, влюбившаяся в разрисованные картонки и слепая к реальности. Циничный мерзавец, который никогда и не притворяется кем-то другим. Оба в чем-то виноваты, но новый всплеск ненависти заставил меня забыть об остатках ужина и встать.
– Тогда не смею мешать, приятного аппетита.
Мирта побежала за мной, чтобы ее прямо там не разорвало. Но она позволила себе бурчать под нос:
– Ну и козлина… Блин, по рассказам не совсем понятна степень сволочизма… Это не манипулятор, это нечто совсем другое – гадство высшего уровня… Даже от его смазливой рожи как-то отпустило…
Не так уж часто я полностью соглашалась с ее мнением, но в этот раз подписалась под каждым словом. И уже в тысячный раз себя похвалила за то, что выбрала Гранта, а не это неизлечимое чудовище.
Глава 7
В создание артефактов Мирта включилась с полной ответственностью, хотя пока вообще ничего не понимала и иногда только мешала обсуждениям. Я разругалась с ней в пух и прах, когда девушка отказалась посещать занятия. Доводы не помогали, хотя я не сдавалась:
– Да как ты не понимаешь, что хоть одна из нас должна сидеть на лекциях? Если что-то произойдет или профессор Вальд все же выдаст полезную информацию – как мы об этом узнаем?
– Вот пусть Аленса там штаны и протирает! – нашлась Мирта. – Судя по ее скучающему виду, ей совсем не интересно.
– Зато ей интересно находиться в библиотеке вместе с нами. Застать там Кьяра в утренние часы можно часто, и, как показывает опыт, изредка даже в хорошем настроении. Ее на уроки теперь вообще не загонишь – она все караулит его в засаде с ожиданием мгновений счастья. Сама не видишь, что происходит?
– Вижу! – у нее никогда не заканчивались силы возмущаться. – У каждого какие-то причины, вот на меня всю скукоту и спихнули. Мне напомнить, благородная госпожа, что на самом деле никакая я тебе не служанка? И без того веду себя смирно, каждое слово подбираю, но от самого интересного ты меня не отстранишь! Ори на свою подружку – для разнообразия, заодно и отдохнешь от криков на меня!
Это она-то ведет себя смирно?.. Да-да, более смиренной овечки мне в жизни видеть не доводилось – если ей палец покажешь, то не только его по локоть отгрызет, но и целиком жертву заглотит, одни дрожащие коленки выплюнет. А мне приходилось мириться с ее истериками и даже прислушиваться к объяснениям.
В конце концов я все же предложила нейтральный вариант, когда мы снова собрались все вместе – нас тут, вообще-то, шестеро, незачем отдуваться одному за всех. В итоге так и решили: ходить на занятия по очереди, хотя никому этот вариант не понравился. Дело было в том, что прорывы у нас случались нерегулярно и непредсказуемо, и никому, конечно же, такое пропускать не хотелось. А без ключевых участников – например, меня или Хельмансона – так совсем ни на какие прорывы рассчитывать не приходилось. Но всем нехотя пришлось признать, что более справедливой альтернативы мы все равно не придумаем.
Кьяра мы несколько раз видели – демон к нам не подходил, за что ему огромное спасибо. Хотя Аленса сразу же улетала за его стол, дабы поздороваться. И торчала там до тех пор, пока он не говорил ей открытым текстом:
– Девка, я читаю. И сюда прихожу как раз затем, чтобы читать. Если у меня будет желание общаться, то я напишу плакат с этим заявлением – ты точно не пропустишь. И вообще, ваша прежняя комната теперь пустует. Собирайтесь там. Надоели уже тут со своим шумом.
Аленса глотала все обиды и упорно продолжала давить из себя счастье. Я больше не вмешивалась, да и Мирта поняла, что бесполезно, поэтому и не раздувалась пыхтящим самоваром. Я и сама предпочла бы проводить собрания в том месте, где и демонского духа нет, но нам постоянно требовались разные книги и справочники. Мое личное отношение на общее дело влиять не должно! И потому всякий раз, когда Кьяр тоже находился в библиотеке, я старалась сконцентрироваться на новой теме учебника, а не поддаваться разъедающей ненависти.
К сожалению, демон не уставал подкидывать новые поводы. Однажды Хельмансон расхрабрился и, взяв болванку нашего амулета, подошел к Кьяру, поклонился и очень вежливо произнес:
– Прошу прощения, что отвлекаю, куратор Ремер. Если у вас будет свободная минута, то мы были бы очень благодарны за заговор этого артефакта – нам наконец-то удалось сделать что-то стоящее. Возможно, результат будет любопытен и вам. Или же назовите цену такой услуги, чтобы мы могли начать копить. Но если вы заняты, то прошу простить за…
Кьяр, не отвлекаясь от книги, молча протянул руку с открытой ладонью. Хельмансон, не в силах поверить в удачу, положил на нее нашу поделку. После чего демон сжал кулак. А когда распахнул, вместо симпатичной куколки там осталась лишь труха – почти пыль, которая и полетела в лицо застывшему Хельмансону. Кьяр перевернул страницу и продолжил чтение.
Тогда даже Аленса возмущенно вскрикнула. Она-то видела, сколько сил у нас ушло на эту работу. Почти настоящая куколка из красного дерева – мы купили маленький брусочек в местной мастерской, а потом Тобби аккуратно выстругал тельце и голову. Получилось не слишком ровно, но замечательно, если учесть, что у парня нет никакого опыта в столярном деле. По очереди любовно шлифовали. Черной краской обозначили глазки. Нашли лоскут ткани, которая подходит заклинанию. Мы с Миртой смогли смастерить подобие платьица. Наше время, усилия и надежды бесценны! Но у сусального золота вполне себе определенная цена – папа тройняшек не поскупился и прислал нам малюсенький кусочек. И сейчас мы просто потеряли и его затраты, и собственную работу – лишь потому, что Кьяру было лень произнести «нет». И ведь сказать ничего не могли – как каждый день делала Аленса, мы были вынуждены проглотить обиду и спрятать побледневшие лица.