И друг может предать (СИ)

Я думала, что усну мгновенно, но, как всегда в такие моменты, сон не захотел являться, а я, прикрыв глаза, прогоняла в голове события минувшего, пыталась разложить всё по полочками. Однако ничего яснее от этого не становилось, напротив — всё обволакивалось будто склизким туманом, который блокировал все хорошие воспоминания, выставляя на передний план плохие, заставляя подмечать скрытые мотивы, осуждать других в своей жизни. И начиналось всё с отца: как мог он, король королевства, оставить свою дочь на улице? Да, пусть лишь бастард, но мог обеспечить всем необходимым, будто это чего-то стоило. А мать? Да тоже хороша! Какая-то безымянная ведьма, что не удосужилась даже сейчас навестить свою выросшую кровь. Элла, вечно пытающаяся меня выдать за кого-нибудь. Да она банально сбагривала меня. Себастьян? У того были планы на меня: кто ещё ему захочет помочь вернуть своё тело? Алекс? У него-то вообще была куча теорий и вариантов, что со мной можно было сделать. А Сат? Лишь только он казался самым светлым среди них. Пусть он и исполнял обещание, данное сестре, но он мне сказал это честно, ни разу не пытался извлечь выгоду. Удивительно, но единственный, кому я оказалась нужна, это Сатана — по преданиям и рассказам самое ужасное существо на свете. Никогда не стоит доверять чужим словами.
С такими мрачными мыслями, которые с каждой секундой овладевали мной всё больше и больше, портя настроение и создавая какую-то мрачную решительность, я обнаружила Сата, который обеспокоенно присел на корточки рядом. В руках у него было много черной шелковой ткани.
— Поднимайся, уже поздно, — видя, что я не сплю, тихо, но отчётливо произнёс. — Это тебе платье туда, не в том же алом идти, — он кивнул на кучу кровавого цвета ткани, что так и осталась лежать на полу. — Собирайся, скоро пойдём.
— Пойдём? — привстала на кровати, прижимая одеяло к груди.
— Да, я иду с тобой. Даже не спрашивай почему, я думаю, ты и сама всё поймёшь, как мы туда прибудем. И вовсе не обрадуешься, — он покачал головой. — Как я узнал, там образовалась одна проблема. Большая проблема. Которую нужно будет спасти, — его слова были таинственными и загадочными, что подгоняло меня быстрее уже увидеть, о чем он говорит.
Как всегда угадывая мои мысли, парень быстро и бесшумно вышел из комнаты, оставив меня наедине с собой и тёмной горой ткани, что после примерки оказалось чёрным приталенным платьем с узкими рукавами-фонариками и высоким стоячим горлом, отливавшим на свету тёмно-синим, с золотистым узором на рукавах, горле и подоле. Чёрный плащ, данный мне в комплект, пристёгивался двумя большими золотыми пряжками к платью. Пожалуй, отражение зеркала показывало девушку, которую не портил такой мрачный наряд, напротив — делал величественнее и фантастичнее. И Сат, который незаметно появился рядом, был под стать: как всегда в чёрном, смотрел с теплом на меня, подбадривая, показывая, что всё будет хорошо.
— Идём? — робко спросила, отрывая от отражения взгляд: та девушка напротив даже чем-то пугала.
— Конечно, моя принцесса, — он услужливо и чуть насмешливо подал руку, а я поняла, что меня доводило до дрожи в отражении: я действительно была в таком виде близка к королевской чете.
Перемещение, которое раньше волновало и захватывало, теперь не вызывало никаких эмоций. Вообще. Они стали привычными, и именно поэтому потеряли всю свою прелесть. Шатко-валкий домик встретил обычной сыростью, а мрамор — своей гулкостью стука туфлей. Оборотни, стоявшие как всегда на страже, что-то уловили в моём виде, а быть может, настроении, но не решились даже попросить продемонстрировать свои способности, как делали всегда. Даже одновременно отступили на пару тройку шагов назад, оставаясь позади.
— Готова? — шёпот раздался над ухом, от чего я, и так взвинченная, резко вздрогнула, но меня тут же поддержали сзади руки, не давая оступиться. — Я всегда буду за тобой, главное — не теряй головы.
— Ты так говоришь, что мне одновременно не терпится увидеть что там, но и страшно до безумия, — я стояла в шаге от огромных кованых дверей, которые отрезали нас от шумного веселого собрания, которое в этот раз, вроде бы, было шумнее, чем обычно.
 
— Давай, — он легонько толкнул рукой двери, и те открылись, показывая мне привычную и даже в какой-то мере родную картину шабаша. Но, как и предсказывал Сат, что-то было не так. Лишь только я показалась, как все девушки, женщины и старухи замолкли, настолько пристально всматриваясь в меня, что становилось страшно. Постепенно гул голосов нарастал, а в груди образовывался сковывающий неприятный комочек страха, от которого не было спасенья. Но было не ясно ещё одно: если Сат со мной, почему к нему нет никакого внимания. Мелькнула мысль, что он меня оставил, но обернувшись, я увидела его, так и стоящего в шаге позади, безмолвно подбадривающего. — Они меня не видят, не переживай. Только пока. Не хочу портить им раньше времени сюрприз. И ты мне сейчас не отвечай, не давай повод для подозрений, — стараясь как можно безразличнее обернуться назад, я наткнулась взглядом на Милиссандру, которая будто бы этого и ждала — тут же поднялась и подошла почти что вплотную.
— Идём, моя милая, — она резко ухватила за руку, потащив куда-то в сторону. Растеряно оглядываясь по сторонам, я видела в глазах других лишь азарт: они точно знали то, что произойдёт сейчас. А значит, единственной, для кого это сюрприз, была я. Подведя к огромной железной клетке, которая обычно пустовала, она толкнула меня прямо к решетке, радостно выплёвывая слова:
— Смотри, кого же мы поймали на землях. И вовсе он уже не такой смелый, как тогда, когда мы встретились с тобой в столице. Что же будешь делать теперь, а, Ярослава? — самодовольно улыбалась, понимая, в какую, пусть и не настоящую, клетку меня загнала. Но я пропустила её слова и, обхватив руками прутья, смотрела на парня, что сидел внутри, прижимая ноги к груди и оперев голову о колени. Услышав голоса, он поднял голову, пытаясь увидеть кто же там, но я понимала, что это сложно, ведь в клетке полумрак, а прямо за нами горел, слепя глаза даже нам, костёр с фениксом внутри. Но он всё же разглядел, потому что его рука, до этого безвольно лежащая на земле, потянулась в нашу сторону. А я, отравленная ужасом происходящего, смогла лишь отшатнуться от клетки, врезаясь в спину Сата, что тихо выдохнул мне в ухо:
— Теперь понимаешь, зачем я пришёл?
— О да! — так же тихо сказала себе под нос. Я прекрасно понимала, что происходит, и понимала, что ничем хорошим это не кончится в любом случае. Хотя, если здесь сам Сатана, то, быть может, у него ещё есть надежда?
  
Глава 15
 
— Что ты будешь с ним делать? — через пару секунд я смогла успокоиться и спросить.
— Буду делать я? — искренне поразилась ведьма. — Милая моя, делать будешь тут ты. Ты его убьёшь. Либо… — внезапно задумчиво протянула она, уставившись на Алекса. — Либо он убьет тебя. Возможно, воодушевившись его поступком, мы его и отпустим.
— Какая же ты… — стало противно. — И ты хорош, — зло прищурилась на Алекса, что смотрел на нас. — Что тебе вообще здесь понадобилось? Я никогда тебе не подчинюсь, разве это было не ясно с самого начала?
— Яра… — попытался он что-то сказать, но передумал и лишь махнул рукой.
— Как прелестно, — Мелиссандра даже пару раз хлопнула в ладоши, а затем, провернув непонятно откуда взявшийся ключ в замке, открыла клетку. — Выходите, Ваше Величество, сейчас вы будете нас развлекать.
 
Александрис неуверенно посмотрел на нас, сделал два или три робких шага и вышел из своей тюрьмы. Тут же стихли разговоры и все обернулись к нам, обуянные жаждой представления.
— Обойдёмся малой кровью, — услышала я тихий шепот за спиной. — Убивай его не задумываясь, после можно будет оживить. Пусть другие получат то, что желают, — сказав это, Сат мягкой кошачьей походкой двинулся к принцу, по лицу которого было видно, что он стал видеть владельца Ада. Пара слов на ухо, и тот дернулся, в глазах появился страх, а мне показалось, что у Сата на секунду полыхнуло нетерпение и торжество.