С радостью в омут (ЛП)

- Каково это было – расти с таким даром? 
- Не позавидуешь.
Он коснулся моего подбородка, вынуждая посмотреть ему в глаза.
- Мне очень жаль, Энди. 
Он назвал меня Энди. Моя спятившая подруга, якобы похищенная в детстве инопланетянами, утверждала, что я полюблю мужчину, который будет называть меня Энди. И, черт бы все побрал, была права. Жаль, что, когда дело раскроют, я больше никогда его не увижу. 
Внезапно Себастиан посмотрел на мои губы. В ответ на его взгляд все тело завибрировало. Он провел пальцем по моей нижней губе, и время остановилось. Образно выражаясь. 
Из эйфории меня вывел писк сотового. Как будто с неохотой, Стренд опустил руку и нетерпеливо схватил со стола телефон. 
- Да! – рявкнул он в трубку и пошел в ванную, чтобы поговорить без свидетелей. 
Ну неужели он ничему не научился? Я ведь могу в любой момент «нырнуть» и подслушать разговор. Впрочем, ничего такого делать я не стала. Лучше избавиться от плохой привычки, пока все не вышло из-под контроля. Придушить в зародыше, как выразилась бы моя спятившая подруга Минди. 
Через несколько минут Себастиан вернулся. На этот раз в свободных джинсах. Однако, кроме штанов, не было больше ничего. Ни носков, ни футболки… Господи, держите меня…
- Нашли, - сказал он и опять сел рядом со мной. 
Кровать под ним скрипнула, матрас продавился. Даже гравитация хотела, чтобы я оказалась поближе. Я подтянула колени к груди. Это был мой собственный защитный механизм – я защищала Себастиана от себя. 
- Замечательно.
Он тихо рассмеялся:
- Ты хоть знаешь, о чем речь? 
- Не совсем, но новости, похоже, хорошие. 
- Очень хорошие. И все благодаря тебе. 
- Это плюс. Обычно я по ту сторону баррикад, которая симпатии не вызывает. 
- Нашли химическую бомбу.
Я мигом села.
- Нашли? Как?! 
- До наших дошло, что активация бомбы была назначена на завтра. В церкви со статуей Полуденную Евхаристию проводят по четвергам. Так что времени практически не осталось. И все-таки вокруг церкви разместили камеры видеонаблюдения. Бомба нашлась случайно. Оказывается, Винс уже спрятал ее там, чтобы его не взяли вместе с ней. 
- А бомба точно одна?
- «Адепты» точно привезли в страну только одну. Но скоро у нас будет больше информации. Винса держат в КПЗ. А благодаря твоему описанию машины Юсефи тоже попался. Он остановился в Олбани купить заднюю фару. Там его и приняли за угон. 
- Не может быть! – Я ушам своим не верила. Все разрешилось так легко! – Это… это же… - У меня не было слов.
Впервые с момента нашего знакомства Себастиан по-настоящему, широко улыбнулся и закончил за меня:
- Удивительно. 
От невыразимого облегчения, что теперь с ним все будет в порядке, я бросилась к нему и крепко-крепко обняла. Он тоже меня обнял, и я растаяла в сильных теплых руках.
- Только мы никак не решим, что с тобой делать, - сказал он мне в волосы.
Я отстранилась.
- В каком смысле?
Уголок его рта игриво приподнялся. Господи, я обожаю эту полуулыбку! 
- С одной стороной, - неторопливо начал Себастиан, - ты представляешь угрозу национальной безопасности. 
У меня отвисла челюсть.
- Как я могу представлять угрозу национальной безопасности?
- Ты можешь встать возле Белого дома и узнать все, что там происходит. Представляешь, что можно сделать с такой информацией?
- Не очень. 
- Вот и хорошо. – Даже в голосе Стренда звучала улыбка, от которой хотелось сойти с ума. – С другой стороны, - продолжил он, - ты можешь стать потрясающе полезным приобретением.
- У меня почасовая оплата, - притворно огрызнулась я, - и я требую полный соцпакет. 
Как бы там ни было, хотела я только одного. Себастиана. Где-то на задворках сознания жужжала мысль, что уже завтра меня могут посадить за решетку. Как только кто-нибудь хорошенько подумает о моих способностях, меня тут же объявят угрозой национальной безопасности. Я никогда не думала о своем даре в этом смысле, но Стренд прав. Прекрасно. Меня и правда могут надолго сослать в Гитмо. 
Тишина затянулась, но Себастиан наконец ухмыльнулся:
 
- Есть у меня ощущение, что ты можешь требовать чего душа пожелает. 
Ох, как же он ошибался!
- Ты успела понравиться моему боссу. 
- Это хорошо. Потому что самолетик мне приглянулся. 
- За тобой уже едут.
Я отшатнулась:
- Как? Уже? Но я думала…
- Раз уж все закончилось, начальство не видит причин и дальше держать тебя здесь. – Себастиан встал и начал собирать мои вещи. – Я отправлюсь в штаб писать отчеты, а потом получу новое задание. 
- Ясно.
Сердце рассыпалось на осколки. Честное слово, я самое жалкое создание на земле. В конце концов я слезла с кровати и стала помогать. Не то чтобы вещей было много. Точнее всего пара шмоток. 
- Одежду мне вернут?
- Не знаю. Честно говоря, мне нравится, как ты выглядишь. 
Отобрав у него блузку, которую носила три дня, я осмотрелась по сторонам. 
- Почему штаны забрали, а блузку нет? И где моя куртка? 
- В химчистке. Она была вся в грязи. 
Руки пытались чем-то заняться, но делать было нечего. Я должна уехать. А раз так, то наверняка больше никогда не увижу Себастиана. От одной только мысли ныло в груди. Как меня угораздило к кому-то привязаться за такое короткое время? 
В груди пульсировала боль, а я все смотрела и смотрела на блузку. Сзади подошел Себастиан. Так близко, что практически прижался ко мне. 
- Я хотел бы снова с тобой увидеться, - проговорил он севшим голосом. 
- Я бы тоже этого хотела. 
Было страшно пошевелиться. Положив руки мне на талию, Себастиан зарылся лицом в мои волосы. Как я могу ему нравиться? Почему ему захотелось подойти так близко? С одной стороны, так и подмывало проанализировать ситуацию, но с другой, я умирала от желания оказаться еще ближе. И второе желание победило. Заведя руки за спину, я нащупала пояс его джинсов и потянула к себе. Себастиан прижался к моей спине, и сомнений по поводу того, что он сейчас чувствует, не осталось. 
Положив руку мне на шею, он запрокинул мою голову и, не медля ни секунды, поцеловал. Поцелуй был глубоким, жадным, отчаянным, с соблазнительным привкусом силы и несомненного желания. Дженни Себастиан целовал совсем не так. Его язык проник глубже, а свободная рука подняла край позаимствованной футболки к талии. Не прекращая меня целовать. Себастиан развязал шнурок и скользнул рукой под боксеры. 
От нетерпения в животе все сжалось. Жидким огнем растеклось по венам горячее пульсирующее удовольствие. Его пальцы были так близко, так близко!.. Внезапно он выругался прямо мне в губы и отстранился. 
Мне хотелось закричать. Я была готова умолять его не останавливаться и уже повернулась, но Себастиан отошел на несколько шагов и провел рукой по волосам. 
- Прости, - хрипло сказал он. – Сейчас ты практически наш сотрудник. А я нарушил всякую этику. Не говоря уже о паре-тройке законов. 
Тяжело дыша, я прижала край боксеров к животу, боясь, что они упадут к ногам. 
- Я не должен был так поступать. Приношу свои извинения. 
- Все в порядке, - тихо отозвалась я. Может быть, он передумал, и теперь использует этику и законы в качестве оправдания. Я стала искать блузку, которую выронила чуть раньше. – Все нормально, правда. Я все понимаю. 
- Нет, не понимаешь. – Себастиан снова подошел и положи руки мне на плечи. – Ты понятия не имеешь…
Он вдруг замолчал, и лишь через секунду я поняла, что ему трудно дышать. Я так сосредоточилась на его словах, что заметила текущую кровь, только когда он схватился за грудь. А потом вспомнила, что за мгновение до этого слышала звон разбитого стекла. 
В Себастиана стреляли. Из глубин моего существа вырвался пронзительный, отчаянный крик. От второго выстрела Себастиан упал на колени. Не думая, я накрыла его собой и изо всех сил снова и снова звала на помощь. 
К окну со стороны леса подошел какой-то мужчина, но я вдела только Трэвиса – того самого, который сутки назад убил Паджетов. Однако у окна стоял не он. Это был «ботаник», мастер Юсефи. В одной руке он держал снайперскую винтовку, в другой – пистолет. Как и у Трэвиса, ни в его взгляде, ни в выражении лица не было ни намека на эмоции. Прицелившись мне в голову, он нажал на спусковой крючок.