Солнце мое 2 (СИ)
— Ты чего? Вчера третье сентября, вторник был.
Ой, точно! Вчера Вовка целый день Шуфутинского крутил, и через раз эту «Третье сентября». Модная песня! А я сегодня с утра в садике работала. Значит, точно среда.
Народу не было, и мы снова начали целоваться. И тут мама бежит. Мы услышали, как дверь дёрнулась, подскочили, как пионеры. А она даже заходить не стала:
— Ольга! Сашок звонил…
— Только что?
— Да! Сказал: «Через двадцать минут приеду, с буфетом, ждите!» — деловито крикнула маман в двери и побежала обратно.
— Поняли, ждём! — бодро гаркнул Вова ей в след и глянул на часы. — В принципе, шесть сорок. Как раз подъедет, и закрываться можно, — он сел на единственную в павильоне табуретку и хлопнул по коленке: — Иди сюда! У нас ещё двадцать минут!
В общем, двадцать минут мы провели с пользой и подъехавшего Василича встречали такие… слегка розовые.
Я, честно говоря, опасалась — как он этот буфет впихнул, и куда же сяду я — но оказалось, что он успел заскочить в гараж за прицепом. И в этом прицепе стоял буфет. И двустворчатый шифоньер — спиной к спине, словно они приготовились защищаться от надвигающегося безумия. Все обмотанные верёвками.
— Ну что, молодёжь! — голос у Василича был страшно деловой. — Я тут к тёте Маше заехал, загрузился.
— Гос-споди, как вы этот буфет один заволокли-то⁈
— Да мне соседи помогли, дядь Жора с сыном.
— Ёкарганэ! — оценила конструкцию я. — А они не опрокинутся?
— Мы тихонечко поедем, — с похвальным позитивом уверил меня Василич. — А в багажнике там ещё тумбочка и полка обувная. И Галя сказала «Малютку»* завтра с антресолей забрать, всё равно она только место занимает.
*Это такая самая простецкая
стиральная машинка,
без функции отжима.
— Ух ты!
— Ага. Холодильник мы с ней и так вдвоём загрузим. Он не такой тяжёлый, сколько неповоротливый. А вот заносить я бы тебя, Вова, попросил помочь.
— Поможешь? — я с надеждой посмотрела на него.
— Да какой разговор! Конечно! И «Малютку» эту помогу вынести. Она где там?
— Ой, она на той большой полке над входной дверью, в самой глубине!
— Ну, вот и сниму.
Вышла из магазина, побрякивая ключами, мама, и Саша засуетился:
— Давайте-давайте, закрываем! Поехали!
На заднем сиденье «Ниссана» Вовке было, конечно, тесно. Мне-то с моим ростиком впритык, а Гулливеру нашему — вовсе враспор, пока потихоньку допилили, он весь изъёрзался.
К дому подкатили — Саша сразу начал по привычке командовать:
— Так, Вова, давай, мы с тобой отвязываем. Галя, ты быстренько сходи посмотри, пока мы тут всё приготовим, а потом спустишься, покараулишь. Ольга, ты открытую квартиру не бросай.
— Ясно-понятно! Ну что, мам, пошли смотреть?
19. ХОРОШЕЕ НАЧАЛО СЕНТЯБРЯ
НЕМНОЖКО БЛАГОУСТРОЙСТВА
— Какой этаж-то? — спросила мама, пыхтя по подъезду.
— Третий.
— А чё, пониже не было?
— Был повыше, пятый, в другом доме вариант.
— М-м. Ой, нет, пятый ещё хуже.
— Зато до третьего этажа не так загазованность достаёт.
— А что, окна на улицу?
— Нет, во двор, но всё равно же, центр.
Апартаменты маман оглядела скептически:
— Ой, а чё такая маленькая?
— Ма-ма-а-а… Сколько денег было.
Она прошлась по комнате, заглянула в туалетик. Критически осмотрела сиротливо жмущуюся в углу раковину с электроплитой, установленной с небольшим зазором:
— Это типа кухня?
— Ага.
Она фыркнула.
— Да-а, не разбежишься…
— Ну, давай накопим и купим большую! — несколько раздражённо ответила я. — Пожалста! Сто мильёнов — и будет у тебя трёшка улучшенной планировки. Или четырёхкомнатная.
— Сто миллионов! — мама округлила глаза.
— А как ты хотела? По миллиону за квадрат. Да пока накопишь, ещё цены вырастут.
— М-м, — она вроде бы по-новому взглянула на новые площади. — Ну, ладно, уже купила… Сдавать будешь?
— Хотелось бы.
— Диван какой-нибудь хоть надо, что ли…
— Может, у зэков кровать заказать? — я так прикидывала, что у них будет сильно дешевле, чем в магазине.
— А матрасы они тоже делают?
— Ну, нет. Отдельно купить придётся.
Тут зашёл Вова со слегка обшарпанной обувной полкой в руках, поставил её под крючками:
— Галина Николаевна, мы так-то вас ждём.
— Ох! — мама вытаращила глаза и резко заторопилась: — Иду-иду!
Первым делом Саша с Вовой затащили буфет и начали деловито оглядываться:
— Может, между раковиной и плитой поставим?
— А нельзя наоборот, плиту к раковине подвинуть? — задала я, как оказалось, наивный вопрос.
Как эти два электрика хором крыльями захлопали, что — это знает каждый! — током в таком случае может шарахнуть!
— Да всё, всё, поняла я! — пришлось аж руки воздевать к потолку, чтоб они уже остановились. — Я ж просто не знала. Я не каждый. Ставьте посредине.
Вторым заходом затащили шкаф, удачно разместившийся напротив туалета, сразу за «уличными» крючками. Финалом — тумбочку. И прикинули, что вплотную к шкафу встанет завтра холодильник, потому что там розетка. А «Малютку», как раз удастся втиснуть в угол туалета, рядом с душевым поддоном.
— Ну вот, уже веселее! — Саша деловито упёр руки в боки: — Кровать — и можно жить!
— Столик бы ещё, — подал голос Вова.
— А столик у зэков закажем, — начала я и ахнула: — Нет! У меня в центре заберём! Я как-то на обилие керамических столов для глины не рассчитывала, у меня лишних аж два приличных стола получилось. Я их пока в маленький кабинетик затащила, один хочу себе для работы оставить, а второй сюда можно. Эх, что я сразу не догадалась! Или он сегодня уж не влез бы?
— Влез бы, но пришлось бы всю конструкцию в прицепе разматывать, — Вовка приобнял меня за плечи.
— Ничего, завтра привезём, — махнул рукой Саша, — всё равно с холодильником ехать.
— И ещё стульев пару надо, — подумала я вслух. Запасных стульев не было.
— Да зачем стулья! — Василич, прихлопнул в ладоши и резюмировал: — Пару табуреток и кровать — и можно сдавать!
— Почти стихи, — усмехнулся Вова.
— Ага! Ну что, молодёжь, куда вас подкинуть?
— Да мы хотели по набережной прогуляться, — мы с Вовкой переглянулись.
— Ну всё, мы тогда помчали, до завтра! Утром в восемь у Ольги.
— Замётано!
Мужики пожали руки, и Саша устремился на выход. А Вова ещё раз прошёлся по комнате, что-то прикидывая.
— Я так понимаю, у тебя есть какой-то план? — заподозрила я.
— Есть, — согласился он. — Если ты согласишься пустить четверых.
— Четверых⁈ — поразилась я. — Да где они все спать-то будут?
— Нормально! Коврики, спальники. Как они сейчас-то спят?
— Это из ролевой тусовки, что ли?
— Ну. Парни с области приезжие, все учатся, подрабатывают. Год кантовались кто как. Сейчас, знаешь, где живут?
— Где?
— В бане у Сени. На даче.
— Ё-пэ-рэ-сэ-тэ… А вода?
— Летний водопровод там есть. Плитку одноконфорочную купили, варят.
— Так летний водопровод со дня на день отключат!
— Вот, и я о чём говорю.
— И туалет, понятно, на улице?
— Ну, естественно.
— Капец. А чё не в доме? Буйные? Или хозяевам самим тесно?
— Так нету у Сени пока дома. Банька да сарай. Давай, закрывай, да пошли на круг, поговорим. А ценник, я считаю, надо повыше поставить. Центр, да и к осени цены всегда растут. Округлить до четыреста.
Я подумала и спорить не стала.
ЖИЛЬЦЫ
Парни, которых он имел в виду, тусовались на кругу в числе прочей ролевой братии. Один из них оказался мне немного знакомым — Витя, тот самый сэр Витольд многострадальный, помните? И ещё три таких же охламона.
— Четыреста тысяч? — усомнился Витольд.
— Вас же четверо! Чё ты, сотку в месяц не наскребёшь на нормальное жильё? Тепло, горячая вода в любое время, унитаз, а не холодный нужник с дырой.