Знахарь. Трилогия (СИ)
– Пафф! – резко позвала молодая графиня командира отряда. Тот приблизился. Повинуясь жесту, наклонился совсем близко.
– Отвезешь мою тетю назад, к нашему «случайному» спутнику, ей не место в замке.
– В лесу развелось много волков. Могут напасть на вас, – совсем тихо, неслышно для своей тети, добавила Штольц. И улыбнулась Паффу. «После своей смерти молодая хозяйка спятила», – подумал Пафф, увозя за собой Катерину.
Павел Ильич.
Дешевая балаганная музыка, певичка, фальшиво распевающая дребезжащим голоском похабные песни, грубый мужской ржач за соседними столами, неестественный истеричный смех вульгарных женщин раздражали меня. Я с трудом поднялся по лестнице на второй этаж в номер. Сердце разрывалось от боли. Абсолютно здоровое сердце, способное выдержать любой марафон. Я знал свой организм до тонкостей, ни один, даже самый тренированный боец, не мог сравниться со мной. Даже Хард и Алексей, из-за долгого лечения они не до конца восстановились. Кляйна, с его ростом, я никогда не принимал в расчет. Но сердце разболелось не на шутку. Я упал в кровать. Жесткая, накрахмаленная наволочка, неприятно, словно наждак, ободрала щеку.
– Командир, ты живой? – в комнату проник Мэг.
– Ещё живой, – еле слышно прошептал я.
– У твоей госпожи неприятности, – высказал догадку Мэг.
– Это глупый вариант. Но нормального я не знаю, – согласился я.
– Почему глупый?
– Я сделал десятки амулетов из рубина. Ни разу не было никакого эффекта.
– Ты подарил хоть один перстень с рубином даме?
– Нет. Я работал с голым камнем.
Катерина.
Пафф долго вез Катерину вглубь леса. Смеркалось. Высокие сосны укорачивали сумерки. Молодой дворянин никак не мог решиться. Убить Катерину, или привязать её к сосне, оставив на съедение волкам, или отпустить без оружия в лес пешком, дав ей маленький шанс на спасение. Последний вариант означал смертельный риск для себя. Пафф не мог забыть глаза Штольц, она не простит.
Павел Ильич.
– Нужно ехать. Если опасность для госпожи смертельная, ты можешь умереть вслед за ней, – каркал Мэг.
– На ночь глядя? Отряд давно в замке. Брать штурмом замок?
– Я пойду, скажу Джовани, чтобы собирался? Мне показалось, что сердце остановилось. Точно! Оно простояло минуту, голова закружилась лежа на подушке.
– Собирайся. Боюсь, мы не успеваем! Но мотор снова завелся.
Штольц.
Месяц спустя, «Богиня смерти» – Штольц, во главе небольшого отряда, лично отобранных ею солдат, кровавой метлой прошлась по графству. Обмороженные, голодные, часто безоружные толпы гномов ночью грелись в сараях и овинах крестьян, днем медленно перемещались на юго-восток, домой. Имперские солдаты отбирали у гномов оружие, и брезговали их убивать. Штольц вырезала гномов сотнями. Заметив белую всадницу на белом коне, гномы бросались врассыпную, ужас вселял в них нечеловеческие силы. Многие умирали на бегу от разрыва сердца. Иные спасались. Дом на окраине небольшой деревушки рядом с лесом сразу показался Штольц подозрительным. Изможденная старуха лет сорока и её дочь-пацанка забились от испуга за печку. Эти твари пригрели гномов, сразу поняла Штольц. И резко, с оттягом, ударила плеткой девчонку по голове. Та завыла, зажимая рукой распоротую щеку.
– Где косоглазые? – спросила графиня старуху.
– Они еще утром ушли, – заикаясь от страха, ответила та.
– Кормила, пустила обогреться в дом? – внешне спокойно, задала Штольц решающий вопрос.
– Только в сарай. Один, светленький был, с голубыми глазами, умирал совсем. Портрет жены и дочки показывал. Жалко стало.
Штольц, как только услышала про блондина, разъярилась. Она вспомнила Алёну, её жалость и брезгливость к ней, обезображенной болезнью. Старуху она убила сразу. Девчонку, для начала, Штольц отдала солдатам. Та прожила на пару часов дольше. Преследование гномов, рассыпавшихся по вековому лесу, было делом простым. Снега осталось мало, но следы было хорошо видно. В горячке погони Штольц не заметила волчьей ямы, свалилась так неудачно, что сломала шею. Перед самой смертью невыносимая боль внутри пропала, Штольц умерла со счастливой улыбкой на лице. Солдаты привезли тело своего командира в замок. Граф милостиво дал им возможность проститься со своей дочерью. После похорон они все были казнены.
Через десять лет империя возродилась. Штольц была признана святой. На центральной площади столицы, на месте замка Дюк, поставили памятник отважной деве, спасшей человечество от гномов. Памятник был огромен. Вместо хрупкой девушки со шпагой, стояла огромная бабища с двуручным мечом. Руки у Штольц были такой толщины, что двуручник она сжимала одной рукой. Поговаривали, что скульптор, сначала, делал памятник бога троллей, но те отказались, и он чуть-чуть изменил его для святой Штольц.
Павел Ильич.
Как только выехали, сердце отпустило. Опасность для Катерины исчезла? Ночная дорога была неприятна. Вдалеке выли волки. Звуки разносились в ночной тишине невероятно легко, возможно эти волки выли именно там, куда мы направлялись. Ночь была черна, даже звезды не могли проглянуть сквозь высокие шапки сосен. Тягуче-черный туннель дороги будоражил воображение, которое подбрасывало страшилки, одну глупее другой. Двадцать лет я не смотрел ужастиков, а память цепко держала корявые поделки в голове. Ехали всю ночь. Под утро что-то заставило меня остановиться. Я слез с лошади, достал из седельной сумки мощный фонарь и осмотрел дорогу. Два человеческих следа и один след лошади вели вглубь леса. В ста метрах от дороги лежал обглоданный труп лошади. Катерину, привязанную к дереву, волки не тронули.
Глава 10
Караван мертвецов
Домик на окраине столицы, где жила Вирту с дочерью, пустовал. Он был цел, это вселяло надежду. Соседи сообщили, что Вирту испугалась жутких слухов о многочисленных пропажах людей и сбежала в провинцию.
– Что за слухи такие? – заинтересовался я.
– Считай, теперь уже не слухи. В самом деле, идет охота на людей. Мы завтра уезжаем. Вирту оставила адрес, поедем к ней, – посетовала соседка, сухонькая старушка с грустной улыбкой на лице.
– Если доживем до завтра, – добавил её муж хмуро.
– Кому нужны старики? – удивилась его жена. Её муж только покачал головой.
– Катерина, отдохни здесь. Мэг останется с тобой. Я на пару часов отлучусь в замок Дюк. Возьму с собой Джовани. Когда вернусь, возможно, сразу поедем. В ночь! – я был удивлен и насторожен огромным ростом магического фона в столице. Город вымер, и причиной был не только магический взрыв, спровоцированный безумной атакой Алёны. Многие целые дома стояли пустые. Ближе к центру развалины становились всё страшнее. Последний километр перед тем местом, где был замок, пустовал, отсутствовала даже щебенка. Справа, под небольшим углом к нам, двигался большой караван. Он состоял из сотен людей, сегодняшних и завтрашних мертвецов. Никто не обращал на нас внимания. Наше уверенное движение вводило в заблуждение охрану, мимо которой мы ехали. Столб магической силы был не так силен, как раньше, не так ярок, не так высок. Но огромен. Я «ухватился» за его верхушку, наклонил к себе и спешился. Я понимал, откуда взялась эта сила, но для того чтобы сразиться с «хозяевами» на равных она мне была нужна. Я воровал и воровал их запасы, надеясь, что маги заметят это не сразу, или так поздно, что их запасы иссякнут. Джовани больно ткнул меня кулаком в бок.
– Командир, очнись. Посмотри на тех троих, голубых. Три фигуры в ярких светло-фиолетовых плащах плыли к нам из самого центра каменного пустыря. Я телепортировал внутрь центрального мага сгусток солнечной плазмы. Он разлетелся от взрыва на куски. Через пару мгновений за ним последовали его коллеги справа и слева. Я снова впал в транс, стремясь поглотить максимум энергии. Очнулся я от чувства тревоги. Мой охранник застыл, видимо, парализованный. Дюжина серых, едва различимых, теней скользила с трех сторон ко мне, стараясь замкнуть окружность. Фокус с телепортацией солнечной плазмы не прошел. Но я продолжал лить потоки огня на крайнюю четверку магов, стараясь оставить для себя отход свободным. Частично, это помогло, восемь, а не двенадцать черных силовых жгутов слились в один, и потянулись ко мне. Я потратил только секунду на отправку Джовани к Катерине, и это стало решающей ошибкой. Магический жгут связал меня в силовой кокон, который начал сжиматься. Медленно, но неотвратимо.