Я стираю свою тень 9 (СИ)

Всё было хорошо до того момента, пока к мангалу не слетелись птицы и не стали таскать мясо. Николая возмутило их наглая бесцеремонность. Он уже несколько дней нормально не питался, грыз безвкусные обмылки, а тут, когда представилась возможность вкусно поесть, намерение ему подрезали наглые пернатые твари. Николай побежал, матеря на ходу птиц, пока не споткнулся и не упал.
Глаза он открыл снова в посёлке. Он упал через хлам, разбросанный вокруг кучи мусора. Кажется, он действительно бежал, потому что воздуха не хватало, как после серьёзной пробежки. Снова ничего не получилось.
— Ты не дошёл до бугра всего сто метров, — выкрикнул Ванька из окна. — А то был бы рекорд.
— Мне не нужны рекорды. Мне надо тележку доставить на опушку леса. А ты был прав, мотивация не помогла, — согласился Николай.
— Ага. Пока ты мыслями здесь, он будет ими управлять.
— Придётся тренироваться. — Николай снова скинул с себя лямки и сел в тележку. Представил, как Гордей ждёт его на опушке, а он, как всегда, только безрезультатно тратит время на неуклюжие попытки помочь. Чувство неполноценности заполнило его душу до самого края. Николай ощутил, как ступор уныния овладевает им, как душа, отвергая саму себя, не хочет иметь ничего общего с неудачным телом.
Сохраняя в себе это настроение, он взялся за лямки и направился прочь из посёлка. Ничего не думал по дороге, стараясь не выходить из режима полного отречения от себя. При этом он хорошо понимал, что происходит, и даже позволил себе оглядеться и отметить, что первый ряд деревьев лесной опушки находится от него совсем близко. Радость от этого оказалась настолько сильной, а воображение подхлестнулось до такой степени, что Николай легко вообразил, будто уже оказался в глубине леса.
Расплатой за это, когда он открыл глаза, явилась понимание, что он снова в посёлке. Тележки, правда, с ним не оказалось.
— Ванька, где шасси? — громко спросил он.
Ему не ответили.
— Ванька? Иван! — Николай забеспокоился, что мальчишка не отвечает, и бегом поднялся на свой этаж. Заглянул в их комнату, но и там его не было. Юра и Елена спали на полу как ни в чём не бывало.
Николай выглянул в окно и ничего не увидел. Ни шасси от погрузчика, ни Ваньку. Он никак не связывал эти события между собой. Был уверен, что ребёнок находится в посёлке, просто не слышит его. У мальчишки в его возрасте всегда найдутся занятия получше, чем наблюдать, как взрослый неудачник напрасно бегает с тележкой туда и обратно.
— Извините, а вы что тут делаете? — спросил Юрий, приоткрыв один глаз.
— Прости, Юр, надо было посмотреть в ваше окно. Уже ухожу. С добрым утром.
— Вы кто? — Он открыл оба глаза и удивлённо посмотрел на Николая.
— Сосед Николай.
Юра сел и осмотрелся.
— Не помню тебя. Давно ты тут?
— Несколько дней. — У Николая возникло подозрение, что пауки с раструбом бегали не просто так. — Ты меня не помнишь? Мы же несколько часов назад разбирали кучу хлама, искали что-нибудь подходящее для подвоза взрывчатки.
— Какой взрывчатки? Вы меня ни с кем не путаете?
— А про термоядерный блок помнишь? — спросил Николай.
Юра сел, протёр глаза и посмотрел на супругу. Долго вглядывался в неё, вскочил и забегал по комнате.
— Где я? — поинтересовался испуганно. — Что это за место?
Пугающие догадки начали одолевать Николая. Визит пауков случился не только ради того, чтобы успокоить людей и заставить их уснуть, с этим прекрасно справился бы и мозгоклюй. Надо было дождаться, когда проснутся другие жители посёлка.
— Ты и твоя жена с сыном оказались на этой планете из-за пришельцев-похитителей, — ответил Николай, внимательно наблюдая за реакцией Юрия.
— Что за бред? Какие пришельцы? Какая семья? Мы с Леной даже не женаты. Я что, под действием тяжёлых наркотиков? Ты кто такой? — с агрессией в голосе поинтересовался Юрий.
— Николай. Живу в соседней комнате. Если не веришь, что я тебе говорю, пройдись по дому, посмотри, похоже, это на Землю или нет.
— И посмотрю. — Юрий убежал.
Николай встал у окна и долго сканировал опушку леса, надеясь увидеть признаки шасси или мальчишку.
  
Жители этого и соседних домов начали постепенно просыпаться. Чтобы никому ничего не объяснять, отец Гордея вышел на улицу. Сотни растерянных людей спрашивали друг у друга, что это за место и как они здесь оказались. Со стороны плазмоидов это был отличный шаг — лишить людей памяти, тем самым разрушив единение, основанное на общем желании сбежать из посёлка. Они превратились в сообщество чужих людей, заново пугающихся остатков человеческих тел, живущих на подсосе в некоторых комнатах.
И думать не стоило в ближайшее время о том, чтобы подбить людей на какую-нибудь совместную акцию. Даже переговоры по рации с теми, кто пытался их освободить, ни к чему бы не привели. Ванька, единственный адекватный человек, исчез. Николай остался в одиночестве. Самый молодой по сроку пребывания, но ставший самым опытным. Пришлось заново объяснять Юре с Еленой, да и многим другим, что обмылки — это здешняя еда и другой нет. Рассказал Елене заново про её грядку, на которой росли овощи. На их счастье, супружеская пара, помнящая только свои добрачные отношения, не помнила про сына Ивана, и Николай не спешил расстраивать их напоминаниями о нём.
* * *
Саа отлично ориентировался в мрачных катакомбах. Было видно, что ему не впервой ходить здесь, и он точно знал, куда ведёт тот или иной проход. Ориентации немного помогала здешняя особенность воздуха — свечение газа, ионизирующегося в мощном магнитном поле. Даже под землёй не было абсолютной тьмы. Углы, повороты, выступающие сверху глыбы — всё получалось увидеть заблаговременно. Но я всё равно увереннее чувствовал себя с фонариком.
— Не доверяя чутью, ты не даёшь развить в себе данные от природы способности, — прокомментировал Саа моё желание пользоваться техническими устройствами.
— Да я наполовину состою из искусственных модификаций, так что непонятно, какое чутьё больше моё, фонарик или интуиция, — пошутил я.
— Что это значит? — не понял предводитель хамелеонов.
Я взял в руки довольно мягкий минерал, который использовали в качестве глушака, и раздробил его в ладони. Саа впечатлила демонстрация силы.
— Как хорошо, что ты не стал доказывать мне своё превосходство, когда я понукал тебя копьём, — вспомнил он. — Я был уверен, что справлюсь с тобой играючи.
— Ты смог бы только проткнуть мне кожу, но не больше.
— Очень рад, что сила не испортила вас. Безнаказанность порождает уверенность в собственной правоте даже там, где ею и не пахнет. — Саа откинул в сторону преграждающие путь проросшие на большую глубину корни. — Будьте осторожны, мы несколько километров пройдём по карнизу. Под нами будет находиться огромный подземный водоём, в котором даже есть волны.
— Но тут же нет ветра? — удивился Трой.
— Волны вызваны притяжением солнца и спутников. Если б на этой планете имелись океаны, то мы стали бы свидетелями регулярных цунами. К счастью, тут их нет.
— А как здесь с тектонической активностью? — поинтересовался я.
— Вроде спокойно. При мне не было ни одного землетрясения, — произнёс Саа. — Возможно, у планеты очень толстая кора и жидкое ядро, которое вращается с приличной скоростью, создавая мощное магнитное поле.
Мы ступили на карниз, представляющий собой выступ, ширина которого варьировалась от полуметра до нескольких десятков метров. Снизу периодически доносились звуки бьющихся в стену волн. Иногда нам преграждали дорогу ручьи, постепенно режущие породу. Со стороны провала доносился шум водопада, и нельзя было понять, какова его глубина. Свет фонаря терялся в мерцающем воздухе, не доставая до дна.
Насекомых, которых так испугался Апанасий, повстречали несколько раз. Вначале это были какие-то букашки, рванувшие на свет фонаря. Я быстро отключил его и успел только получить по лицу мягкими крылышками. Многоножек встретили у разросшейся грибницы, которую те окучивали. Зрелище действительно выглядело отталкивающим. Внутри тёмной сырой массы со специфическим запахом сновали сегментированные гибкие туловища. Апанасий, наверное, получил бы психологическую травму от подобного зрелища, потому что даже я спустя время передёргивал плечами, вспомнив его.