Путь тьмы 2 (СИ)

— Опасаешься вторжения?
Советница хмуро взглянула на мужа и поморщилась.
— Шахрион, не говори глупости, мы оба прекрасно знаем, что есть угрозы пострашнее вторжений.
— У меня три дегустатора, — напомнил император, — как же не знать. Даже одаренные Матерью могут погибнуть от яда.
— Сомневаюсь, что маг твоей нынешней силы не сумеет нейтрализовать отраву, — отмахнулась жена.
— Всякое бывает, — пожал плечами Шахрион, затем чуть заметно улыбнулся, и спросил. — Слушай, а раз уж нам предстоит серьезный разговор, может — партию в шемтис? Когда мы в последний раз играли в него?
— Думаю, больше года назад, — с ностальгией проговорила его Госпожа. — Или даже двух. Великая Мать, я и помыслить не могла, что управление по-настоящему большой страной отнимает столько сил и времени!
Она прикрыла глаза, и уже спустя пару минут в комнату вошел рыцарь смерти, в руках которого стояла полностью готовая доска с расставленными фигурами. Мертвец осторожно поместил свою ношу между императором и его женой и удалился.
Шахрион воззрился на супругу, приподняв обе брови.
— А что такого? — невинно поинтересовалась та. — Эта доска стоит в моих покоях с нашей последней партии, полностью готовая к игре. Ты бы знал это, если бы заходил почаще.
В ее голосе император уловил явный упрек, и, говоря начистоту, возразить ему было нечего. В последнее время они действительно здорово отдалились друг от друга.
«Когда она была всего лишь советницей, мы общались куда чаще, чем теперь, когда Тартионна — моя Госпожа», — с грустью, сменившейся внезапной вспышкой раздражения, подумал император.
На удивление — Тень молчала. Впрочем, она вполне могла себе это позволить. Его настроение в последние месяцы менялось чаще и резче, чем у беременной.
— Прошу простить меня за это, — с грустью ответил он, бросая кубик для того, чтобы определить, кто будет ходить первым. Выпала единица. — Управление Империей, и правда, тяжкая ноша.
— Мне кажется, что тебя гнетет что-то еще, — Тартионна пристально уставилась на мужа. — Скажи, ты уверен, что за время, прошедшее с того проклятого дня, когда вы на пару с Гартианом выпустили на волю Безымянное Заклинание, оно никак не ударило по тебе?
— Нет, конечно же, — соврал Шахрион. — Разве что, сделало сильнее.
Госпожа, кажется, не поверила словам своего Властелина, но не стала ничего говорить, вместо этого — бросила кубик. У нее выпало шесть.
— Предлагаю вернуться к разговору о разумности отправки почти всей гвардии на восток, — предложил Шахрион, прикидывая, какую комбинацию супруга попробует разыграть в дебюте.
Ледяная Ведьма выдвинула вперед одного за другим двух копьеносцев и произнесла:
— Враги затаились и до меня доходят нехорошие слухи. Кажется, что-то грядет, и, кстати говоря, неожиданный успех Бича Пустыни явно имеет какое-то отношение к планам остатков Лиги. Как бы ты, выведя из столицы лишние войска, не сыграл им на руку.
Шахрион кивнул, бросая кубик и открывая путь рыцарю.
— Понимаю твое беспокойство, но давай будем смотреть правде в лицо: при всем желании я не мог отправить туда никого больше. Свободных войск прямо сейчас у нас практически нет. Треть легионов защищают границы, треть — поддерживают спокойствие внутри провинций, которые, как ты знаешь и без меня, все еще слишком рыхлые.
— Оставшаяся треть же недостаточно хорошо подготовлена для того, чтобы противостоять закаленным в боях лиосским тысячам, — закончила за него Тартионна, делая свой ход.
— Это, во-первых, — назидательно поднял палец Шахрион.
В этот самый миг император очень гордился собой и лишь спустя пару секунд понял, настроение, подобное флюгеру на ветру, вновь играет с ним злую шутку. Осознание этой мысли окутало его покрывалом неудержимой ярости, и Черный Властелин ущипнул себя за ногу под столом, чтобы хоть как-то унять рвущееся наружу бешенство.
Надеясь, что жена не заметила этой вспышки он походил, не сильно задумываясь над своими действиями, после чего, продолжил говорить:
— Второй немаловажный аспект — время. Допустим, я сумел бы сколотить ударные группы из двенадцатого и пятнадцатого легионов, дополнил бы их парой тысяч всадников и усилил лишней сотней магов. Но сколько бы времени это заняло? А Железный Легион и гвардия — они тут, под рукой, всегда готовы к бою. Уже через неделю они, ведомые, одним из лучших полководцев Империи Тьмы и сопровождаемые одним из сильнейших чародеев мира же вступят в пустыню, а значит, у нас сохранится реальный шанс оказать помощь союзнику.
 
— Ты уже связывался с Харшшааном? — поинтересовалась Тартионна, выводя своего мага из-под защиты крепости.
— Пока что нет, — Шахрион внимательно вгляделся в доску, пытаясь понять, какую же хитрую каверзу устроила ему жена этим хитрым ходом.
«Если подумать, серьезной угрозы нет, однако, если Тартионна выбросит больше десятки в два хода… Неужели она хочет рискнуть»?
— Но свяжешься? — супруга взглядом подгоняла его, заставляя нервничать.
— Обязательно, причем сегодня.
Шахрион, наконец, решился, и обозначил атаку в направлении мага. Ему было даже интересно, какой из трех предположенных вариантов действий изберет Тартионна.
Та чуть заметно улыбнулась и кинула кубики.
Кости медленно покатились по столу, стуча, точно отмеряя последние дни его жизни. Они остановились, глядя в потолок тремя парами глаз каждое.
Улыбка Госпожи стала еще шире, в ней появилось торжество.
— Готов терять венценосца? — осведомилась она, нанося магический удар по двум копьеносцам и лучнику, прикрывавшим главную фигуру мужа.
— Пока что нет, — отозвался тот, бросив кубики и надеясь на удачу. — А что б его!
«Две единицы, ну надо же»!
— Кажется, сегодня не мой день, — вздохнул Шахрион, кладя венценосца на бок. — А насчет твоего вопроса о врагах, думаю, тысячи гвардейцев вкупе с городской стражей будет достаточно для того, обезопасить нас от неожиданностей… Но все-таки, утрой бдительность.
— Как пожелает мой владыка, — улыбнулась чародейка, томно и призывно, как в былые времена. — А теперь… быть может, еще одну партию?
Они сыграли еще три, и лишь после этого супруга отправилась по делам, а он, оставшись в гордом одиночестве, извлек тириомаль. По уму, связаться с новым халифом следовало тогда же, когда он вызвал в столицу Китариона, но по какой-то неведомой причине Шахрион оттягивал этот момент.
Возможно, подступающая собственная гибель занимала несколько большее место в его размышлениях, нежели политика, возможно, мешали постоянные перепады настроения, возможно — что-то еще. Но, так или иначе, этот вопрос император отложил на потом, и вот, сейчас к нему придется вернуться.
Активируя магический шар, он невпопад подумал: «Интересно, как там моя свита, сильно ли бесятся из-за того, что я бросил их на самом краю Империи и улетел, что называется в закат»?
Ответ пришел с третьего раза. Изображение разгладилось и на императора уставился молодой лиоссец с очень, очень напуганными глазами.
— Приветствую тебя, халиф Харшшаан Могучий сын Шшиира. Желаю процветания, счастья и доброго здравия, насколько подобное вообще возможно в сложившихся обстоятельствах — поздоровался Шахрион.
— И я приветствую Черного Властелина, да будет Империя Таараш стоять еще тысячу лет. Здравие мое пока что доброе, однако не уверен, сколь долго это продлится.
— Стены уже взяты? — удивился император.
— Хвала Великим Древним, нет! — горячо отозвался лиоссец. — Но, буду честен, шансов победить у нас немного.
Произнеся это, он вопросительно уставился на Шахриона.
 
Мальчик не был дураком, он все прекрасно понимал, причем получше многих, а потому — не просил и не умолял, а лишь сообщил правду.
«Умница»! — одобрил Шахрион. — «Догадываешься, зачем я связался с тобой и что хочу предложить, но не представляешь, какой будет цена. Что ж, не волнуйся, мальчик, я не собираюсь обдирать тебя, как липку. Впрочем, интересов Империи не забуду».