Круги на воде (СИ)
Видимо, ангел-хранитель Сэмми сегодня решил отработать по полной: людей-то в столовой хватало, но все они кучковались у барной стойки, достаточно далеко от пресловутого щитка. А Беттани где? — мелькнула у Ленни тревожная мысль. Но потом он разглядел в толпе бледного типа, который днём так нагло пялился на девчонку, и малость успокоился. Видно, вероломной мисс Лоу хватило ума по-тихому слиться с пирушки, пока эти ублюдки вразнос не пошли. Да и остальных анклавовцев не было видно — только доходяга Джаред, затаившись в дальнем углу, с бесстрастным выражением лица запечатлевал на камеру попойку работорговцев. Лучше бы, действительно, кино про любовь снял. А на эту пьянь только зря плёнку переводить.
Открыть щиток, вопреки опасениям Ленни, оказалось легче лёгкого — крышка отскочила сама, едва только он к ней притронулся. Проблема была в другом: похоже, щиток уже кто-то починил! Нет, серьёзно: там, внутри, всё было подключено именно так, как на чертеже у малого!
Ленни озадаченно сверился с бумажкой ещё раз. Закрыл дверцу щитка. И помчался обратно к загону для рабов.
— Ну? — Бельчонок жадно прильнул к сетке. — Сделал?
— Ага, — Ленни решил не вдаваться в подробности. — Всё, мелкие, некогда мне с вами возиться. Удачи.
— А вы не могли бы нам ещё вот совсем немножечко помочь? — пропищала девчонка — Пенни, кажется, так её звали. И посмотрела на Ленни так жалобно, как только девчонки и умеют.
Да вашу ж мать, дети! — безмолвно простонал Ленни. Мистера Бёрка и так, наверное, заинтересует, куда это его адъютант запропал на добрых полчаса.
— Ну что ещё? — рявкнул он.
— Охранника надо убрать, — Сэмми потупился. — Мы удерём через дырку в их сортире. Она как раз нужного размера. Мы пролезем, а любой дылда застрянет. Но до сортира ещё ж добраться надо, верно?
— Договаривались же: без мокрухи, — злобно процедил Ленни.
— Да никакой мокрухи! — Бельчонок нервно рассмеялся. — Около полуночи тут вообще только один охранник ошивается. Сороковник, гад еще тот, но тупой как пробка. Заболтай его как-нибудь, отвлеки — а мы тем временем мимо проскользнём.
Ну ладно. Заболтать кого-то — это Ленни очень даже мог. Чуть приободрившись, он направился к навесу, где должен был коротать время надсмотрщик. Действительно, торчать тут ночь напролёт и наблюдать за мелкими засранцами — скука смертная. А уж делать это в то время, пока твои товарищи за счёт Анклава надираются в столовой до звёзд в глазах… О, Ленни не сомневался, что мистеру Сороковнику захочется излить душу.
Но в будке не было никакого Сороковника! Вообще никого не было! Хотя… Ленни прищурился — и точно: из-за угла барака торчали чьи-то ноги в стоптанных ботинках.
— Да ладно, — пробормотал Ленни недоверчиво. Похоже, кто-то опередил его и на этот раз. Только предпочёл решить проблему куда более радикальным способом.
Отчётливо понимая, что делать этого не стоит, Ленни перешагнул через сточную канаву и склонился над мертвецом. Тут его ожидал сюрприз: ни хрена это был не Сороковник. Пронто, мастер-оружейник Парадиз-Фоллз, лежал себе в лопухах с перерезанным горлом и таращился в ночное небо глазами, которые уже начали стекленеть.
— Холера, — прошептал Ленни, стремительно трезвея. Валить отсюда надо, вот что, посетила его первая толковая мысль за вечер.
И только он об этом подумал, как мимо навеса проскользнули несколько прозрачных силуэтов. В призраков Ленни не верил, а вот в отражающее поле — очень даже. Судя по лязгу, запаху пота и тяжёлому, надсадному дыханию, передвигались невидимки отнюдь не налегке. Ребятки волокли что-то тяжёлое в сторону невольничьих бараков. Ящики с «Гуанлонами», вот что, понял Ленни, забившись поглубже в лопухи. Пронто, не будь он покойником, наверняка поаплодировал бы подобной проницательности.
— И что мне делать, а? — мрачно спросил Ленни у мертвеца. — Чтобы тебе не уподобиться?
Самым мудрым вариантом с точки зрения тактики казалось бездействие. Но вот с точки зрения стратегии… Вытащив из кобуры пистолет, Ленни выждал минутку и потрусил дорогой приключений следом за призраками и «Гуанлонами». Адъютант мистера Бёрка должен быть в курсе, что за чудеса тут творятся.
Ворота рабского загона были распахнуты настежь. У выхода стояла девчонка с волосами цвета жвачки и торопливо раздавала рабам винтовки и боеприпасы из стоящего на земле ящика.
— Беттани? — негромко окликнул девчонку Ленни, выходя из-за угла. — Какого чёрта тут творится?
— А ты что тут делаешь? — совсем недружелюбно спросил один из людей-невидимок, преграждая ему путь. Видно, «Стелс-бой» уже почти разрядился: в свете фонаря Ленни мог достаточно отчётливо разглядеть лицо одного из бойцов Анклава. — У Гробовщика шлюхи закончились? Дуй отсюда, зомби, если жить не надоело.
— Правда, Гнилушка, — отозвалась Беттани вполголоса. — Не создавай проблем.
Но проблемы создались сами собой.
Из детского барака выскользнули три знакомых Ленни силуэта — и, пригнувшись, припустили в сторону туалета. Вот же дурни! Тут сейчас такое начнётся — им бы тихо посидеть и переждать, а они в самый замес лезут!
Ленни бросился вдогонку за детьми. Бегали малявки на удивление быстро, во всяком случае, на взгляд шестидесятилетнего гуля: нагнать их получилось далеко не сразу.
— Сэмми! А ну стоять, засранцы! — пожалуй, впервые в жизни Ленни попытался крикнуть шёпотом. Получилось, как ни странно.
— Тебе чего, дылда? — Бельчонок растерянно обернулся. — Мы же вроде поладили?
Пенни мелко задрожала при виде пистолета в руке Ленни — прятать оружие в кобуру времени как-то не было. Сэмми, бледный как смерть, отпихнул девчонку в сторону, загораживая от выстрела. Да что ж такое-то!
— Держи, — Ленни быстро — чтобы не успеть передумать — сунул пушку мальчишке в руки. — А то как вы домой-то доберётесь? И больше чтобы не смели гадам всяким попадаться, ясно?
Сэмми кивнул. Неуверенно улыбнулся.
И тут июльскую ночь распорола первая автоматная очередь.
Дети сориентировались мгновенно: развернулись и дали дёру по направлению к туалету, так, что только босые пятки засверкали. Ленни последовал за ними: что-то подсказывало ему, что во время уличных боёв просторный сортир с толстыми кирпичными стенами — вовсе даже не худшее укрытие.
Бельчонок распахнул грязнющую дверь в подозрительных потёках. Ленни поморщился бы от вони, будь у него нос, а так ничего, только глаза заслезились.
Подлые дети прошмыгнули в дренажный люк в углу помещения, — один за другим, как кротокрысы, — да и были таковы. Ни спасибо, ни до свидания. А Ленни замер в нерешительности.
Снаружи творился ад кромешный. Перестрелка, чьи-то вопли… Ну само собой, рабы дорвались. Тот редкий случай, когда мотивация может заменить мастерство. А Беттани-то какая хитрюга! Хотя едва ли она действовала по собственной инициативе…
Ленни захлестнула волна паники. Мистер Бёрк! Он же там совсем один! У Гробовщика в доме не только злые шлюхи водятся — в прихожей дежурят вполне себе серьёзные ребята в полной боевой выкладке. Роджерс — тот своего брюзгу-полковника станет защищать, что ему мистер Бёрк? А Харон по своей воле и пальцем не пошевелит, чтобы работодателю помочь…
…Чёрт, а пистолет-то у малявок остался. Вот же ужас!..
Что-то массивное гулко ухнуло в дверь — Ленни, взвизгнув, шарахнулся в сторону кабинок — и тяжело шмякнулось об порог с той стороны. Досчитав до десяти — эх, была не была, — Ленни приоткрыл дверь, навалившись на неё всей тяжестью.
На ступеньках растянулся здоровенный работорговец в металлической броне, вдоль и поперёк прошитой автоматными очередями. Стараясь не вглядываться особо во всё это непотребство и не вслушиваться в предсмертные стоны, Ленни подобрал с земли кувалду работорговца — тяжеленная, с-сука! — и, неуклюже волоча её за собой, ринулся к логову Гробовщика.
Дорога, должно быть, не заняла и пяти минут, но Ленни она показалась бесконечной. Перестрелка на главной площади по большей части стихла, лишь изредка откуда-то из переулков доносились короткие очереди и одиночные выстрелы. Похоже, восстание увенчалось успехом; это хорошо, конечно, но…