Беспокойные звезды (ЛП)

Магия все еще потрескивала в моих ладонях, и пока она еще была доступна, я собирался чертовски хорошо ее использовать. Я был наследником; один из самых могущественных Фейри во всей Солярии, и в моих венах жил вихрь, способный разрезать землю пополам.
Я расставил ноги и поднял руки, перед собой. Сосредоточиваясь на источнике грохота и позволил своей силе вылиться из меня яростным торнадо, от этого яростного броска по всему моему телу прокатилась дрожь. Он разрывал землю, набирая скорость, врезался в деревья, вырывал их из земли и отбрасывал от нас в разные стороны.
С треском дерева и ревом ветра туман рассеялся, и я обнаружил восемь нимф, ожидающих меня в лесу, их кроваво-красные глаза смотрели на меня и Луку. Стволы деревьев врезались в их группу, сбивая некоторых с ног, в то время как другие быстро продвигались вперед.
Я топнул ногой о землю, расколов ее на части, когда моя магия земли прошла сквозь нее, заставив сильное землетрясение оторваться от меня во всех направлениях.
Еще две нимфы были сбиты с ног, и я заставил землю поглотить их, затащив глубоко в грязь и превратив ее в камень. Их крики ужаса доносились до темного неба, над головой сверкали молнии, а из облаков хлынул дождь, зажигая мои вены от шума статического электричества.
Мой торнадо пронесся сквозь деревья, превратив троих нимф в пепел, прорезав их, но оставшиеся нимфы позволили своим щупальцам полностью раскрыться, и тяжесть их силы одновременно обрушилась на меня.
Я взмыл ввысь с помощью той небольшой порции магии воздуха, которую смог преодолеть, пытаясь вытащить нас оттуда, но длинные пальцы схватили меня за лодыжку, щупальца нимфы прорезали мои джинсы и глубоко впились в кожу.
Я взревел в гневе, рухнув на спину в грязь, а крики Луки усилились в десять раз. Я стиснул зубы и оттолкнул от себя нимфу, а она бросилась к ребенку, мой ботинок врезался ей в челюсть и сломал ее.
Я откатился назад, опасаясь за маленькую жизнь, которую поклялся защищать, а щупальца оставшихся нимф впились в мою грудь и пытались заблокировать мою магию. Обратиться в свою форму было лишь последним средством; потому что лозы, привязывающие ко мне Луку, могли сломаться, и я не смог бы так легко нести его в своей форме Волка.
Так что у меня остался один выбор.
Я использовал остатки своей магии, чтобы бросить в руку острое копье и в следующую секунду вскочил на ноги. Симфония решимости сорвалась с моих губ, когда я вонзил копье в череп нимфы со сломанной челюстью, обратив зверя в пепел. Еще двое бросились на меня, и я без колебаний помчался им навстречу. Я умру, прежде чем позволю им забрать Луку.
Я уклонился от удара первой Нимфы, изо всех сил вонзая копье между ее ребер, черная кровь брызнула на мои руки, пока я искал ее бесполезное сердце.
Вторая Нимфа замахнулась на меня, и моя голова мотнулась в сторону, в ушах зазвенело от удара. Его щупальца полоснули мне по лицу и шее, кровь окрасила воздух, удар заставил меня пошатнуться в сторону, копье выскользнуло из моих пальцев и с грохотом упало на землю.
— Вулфи! — закричал Лука, и мои руки сомкнулись вокруг него, моя спина повернулась к нимфе, когда последовал второй удар. На этот раз щупальца царапали мой позвоночник, и меня бросило на колени, я склонил голову и стиснул зубы от боли.
Маленькая ручка Луки обхватила мою щеку, кровь из моих ран капала ему на лицо.
— Я обещаю. Ты переживешь это, — сказал я сквозь зубы, обещание, которое я поклялся сдержать.
Я почувствовал, как Нимфа приближается сзади, и вскочил на ноги, из моих губ сорвался рык агонии. Рана на моей спине была серьезной, жар моей собственной крови стекал по глубоким ранам и капал на лесную поляну.
Я споткнулся в сторону, чтобы избежать смертельного удара щупальцев Нимфы, а затем бросился за своим оружием, лежащим впереди на земле.
Нимфа развернулась, ее гигантская рука врезалась мне в голову и отправила меня вперед. Я ударил руками по земле, приняв на себя основную часть удара и напрягая руки, чтобы не раздавить Луку своим весом. Он снова плакал, и я ненавидел то, что подвел его. Эта смерть напала на нас так быстро, что грохот зверя позади меня лишил возможности использовать магию.
 
Моя рука сомкнулась на копье, и на мгновение я оказался в прошлом, ощущая на губах ледяной снег и чувствуя, как холодный воздух горной пещеры дует мне в щеку. Я был один, и некому было меня защитить, но я не брошу Луку, как меня бросили тогда.
Я перерезал лозы, привязывающие Луку к моему телу, и он мягко упал на грязь подо мной. Я улыбнулся сквозь боль, не позволяя ему увидеть, как я сломался, и его слезы замедлились, как будто какая-то часть его поняла клятву в моих глазах. Это ради тебя, малыш.
Я быстро перевернулся, так что мое тело накрыло его, подняв копье, когда Нимфа нависла надо мной, направляя его к своей уродливой голове.
Нимфа отшатнулась назад, чтобы избежать этого, и мое копье вонзилось ей в горло, пронзив тот орган, который издавал этот ужасный дребезжащий звук. Наступила тишина, в правом ухе все еще громко звенело, но магия мгновенно вернулась в мои вены.
Я завыл, как будто был единым целым со своим Волком, позволив своей магии вырваться из моего тела в виде извержения воздуха, который выпотрошил нимфу, разрывая ее на куски, пока каждая ее часть не превратилась в пепел.
Деревья падали вокруг меня кругом, и я остался стоять в буре пепла и разрушений, моя грудь тяжело вздымалась, а победа горела в моем сердце.
Я сбросил остатки своей изорванной, окровавленной рубашки и прижал руку к груди, позволяя исцеляющей магии течь по моему телу, уничтожая то, что было сделано.
Затем я повернулся к лежащему на земле Луке, поднял его на руки и вытер кровь с его щеки.
— Ауууу, — взволнованно сказал он, хлопая в ладоши.
— Да, — сказал я с ухмылкой, дождь лил на нас и смывал оттенок крови с нашей кожи, мои длинные волосы были в беспорядке. — А теперь покажи, как можешь ты, пока я пристегну тебя обратно на место.
Лука начал выть, как только что появившийся щенок волка, и я снова привязал его к груди лозами, проверяя, надежно ли сидит его шлем, прежде чем отправиться сквозь деревья.
Моя магия была на низком уровне, и хотя я чувствовал, как ее струйка возвращается ко мне во время бега, она недостаточно быстро восполняла мои резервы. Я молился, чтобы впереди меня не встретили новые враги, но, выйдя из леса, я обнаружил, что меня ждет спасение.
— Лэнс! — позвал я, подбегая к нему, когда он голыми руками оторвал голову нимфе. Он спрыгнул на землю, когда зверь упал на землю, Нимфа обратилась в пепел, прежде чем он нанес удар.
Позади него Милтон и его стадо находились в своих полностью измененных формах Минотавра, вонзая свои рога в скопление существ, быстро одерживая верх. Теневой Зверь был среди них, захватывая нимф своими гигантскими челюстями и разрывая их на куски, как мешки с соломой.
Брови Ориона изогнулись, когда он заметил Луку в моих руках, который принял мое потрепанное тело и бросился ко мне навстречу.
— Лука? — выдохнул он, проверяя, все ли с ребенком в порядке.
— Он в порядке. — Я отстегнул его. — Отведи его в Терра Хаус. Сейчас.
Орион кивнул, молча приняв Луку, и ребенок улыбнулся ему.
— Клыки, Ори! Клыки!
Орион обнажил клыки перед Лукой, и он приветствовал его в своих объятиях, отчего я понадеялся, что он не остался на всю жизнь травмирован всей кровью и смертью, свидетелем которых он только что стал.
Орион стремительно убежал прочь, и я тяжело вздохнул с облегчением, едва успев подумать, прежде чем Орион вернулся.
— Леон там. Теперь он защищает его.
Я выдохнул, благодарный за то, что Лука в безопасности. По крайней мере, до тех пор, пока мы сможем держать наших врагов подальше от Терра Хаус и всех тех, кто укрывается там.
Я отвел плечи назад, заметив шеренгу нимф, направлявшихся в эту сторону, и, наконец, позволил своей волчьей форме овладеть мной. Я стоял рядом с Орионом, у меня вздыбились волосы и обнажились ряды острых зубов.