Земля 2115. Астрал (СИ)

Сказал монах и пропал. Три голема тоже исчезли. А я осталась в полном непонимании и со сплошными вопросами в голове. А ещё вдруг сообразила, что если меня заметят местные, то будут очень недовольны. Рожь нельзя топтать.
Гхан кружил надо мной неподалёку, а я, сделав ему знак рукой, оттолкнулась от земли с помощью ударной волны и, зацепившись за грифона силовыми нитями, с лёгкостью, запрыгнула на него верхом.
— Полетели в замок?
Грифон развернулся в сторону замка и полетел, равномерно взмахивая крыльями.
Что-то тут не то. Мои чувства стремились лететь прочь отсюда, а я зачем-то летела обратно. Был ли этот мир моим домом? Наверно, после всего того, что я тут пережила, его можно назвать близким, но родным никогда. Совсем не долго, всего два месяца три недели и четыре дня, но я считала его своим домом. А индивы, которые живут здесь, встретили меня так странно, а потом побаивались, шептались за моей спиной, но всё-таки приняли как свою и зауважали. Стали ли они моей семьёй? Однозначно нет. Хотя знахарка Гайда была очень добра ко мне. И наверно герцог Праркский Оттон, ставший на время моей проблемой в этом мире, а потом так сильно изменился став настоящим руководителем этих земель. Он произвёл на меня приятное впечатление, но воспоминания о его бороне, как о его привязанном слуге портили всё впечатление. Барон и сейчас изредка ко мне придирался, хоть и не так сильно как раньше.
Князь же продолжал удивлять меня своим не желанием решать свои проблемы, проводя дни в пьянстве и разврате.
Нет. Мне решительно нечего тут больше делать!
— Гхан! Полетели отсюда. Нам нечего здесь больше делать. Я хочу знать, что находится за этими полями.
Грифон, как будто воодушевился от этой мысли, и его движения стали намного сильнее и увереннее. Последний облёт вокруг замка на фоне вечернего неба оставил приятное впечатление и немного грустный привкус свободы начал пьянить мне голову.
— Летим! Навстречу звезде!
Гхан издал оглушительный и в тоже время прощальный крик, а я запустила свою шляпу с пером в воздух. Кем бы я ни была для жителей этого мира, но мне приходилось придерживаться установленных правил и моды, особенно когда мы с Константином находились в замке или в деревне. Теперь никто не сможет мне сказать, что я должна делать и что носить и сию же секунду, я сменила свой бархат, на удобный комбинезон с кучей карманов и удобные сапоги, а волосы, уложенные в высокую причёску, разметал ветер.
— Свобода!
* * *
Поле всё не кончалось, казалось, конца и края ему не будет. Я даже успела немного поразмыслить о будущем, как вдруг Гхан остановился, уткнувшись в незримую преграду. Как будто воздух вокруг нас внезапно стал вязким, и мы просто застряли в нём. Края, как такового, я не видела, но мы больше не могли лететь дальше, так как незримая преграда не пропускала нас.
— Гхан. Снижайся. Посмотрим, что нас держит.
Только вступив на землю, я смогла ощутить этот край, который скрывался за бесконечным продолжением видимого фрагмента. Реальность тут словно вытягивалась, но в тоже время напоминала объёмную картину с изображением горизонта. Однако я отчётливо чувствовала край. Глаза здесь не помогут, это можно только ощущать.
— Константин. Тут проходит край, граница этого мира. Я попробую пройти сквозь неё. Не знаю, сможешь ли ты находиться там со мной снаружи.
Он просто кивнул, ничего мне не говоря. Это не было похоже на расставание, скорее решимость, быть всегда вместе и молчаливое напоминание: «Ты же знаешь, что я везде тебя найду и буду рядом».
— Ну, что ж, раз уж я здесь, то нужно попробовать.
Решительно развернувшись к куполу, прильнула к нему всем телом. В таком положении стала подходить мелкими шажками к краю, всё ближе и ближе вдавливаясь, и в результате почувствовала, как сама в какой-то момент стала его частью, как молекула воды в капле дождя на листе кувшинки. Резкий запах затхлости гари и гнили ударил мне в нос. Я не знаю, почему увидела именно этот мир, но перед моими глазами расстилалась выжженная пустыня. И в этот момент остро ощутила разницу между людьми и индивами. Ощутила других людей, таких же, как я и поняла, что мы все связаны в одну единую глобальную сеть. Мы чувствуем друг друга сознательно и бессознательно. Если плохо одному плохо и другим. Особенно тем, кто связан родственными узами не обязательно телесными, скорее душевными, и чьи квантовые состояния совпадают.
  
Мои глаза понемногу привыкли к темноте. Огляделась. Где-то внизу за пределами купола начиналась выжженная пустыня. Но вопреки моим ожиданиям она оказалась совсем не пустой. По полям и холмам спотыкаясь о камни и попадая в ямы, ходили тощие озлобленные слепые безумцы. Нащупав что-то, они яростно дрались из-за этого, даже если это была тряпка или блестящий камень, который уже через пять минут не был нужен никому. Видимо свет раздражал их, потому что к куполу они не подходили.
Посмотрела по сторонам. Рядом со мной на границе света стоял ещё один человек и смотрел, как грызутся безумцы. Он казался мне очень знакомым. Не смотря на то, что память моя практически полностью восстановилась, имя этого красивого мужчины я вспомнить сразу не смогла.
— Здравствуй Елена, мы ждали тебя. Сейчас вокруг сплошной беспорядок. Нам очень нужна твоя помощь. Мы тебя везде искали, даже пришлось воспользоваться силой Тинаша, чтобы попасть в твой мир.
— Тинаша? Мой мир?
После того как я произнесла имя рядом сразу появился ещё один человек. Темнокожий высокий парень. Я его уже видела в своих снах. Значит, это были не сны? Тем временем красавчик закончил свою речь странным предложением:
— Я рад тебя видеть «госпожа паладин». Возвращайся…
После этих слов до боли знакомый парень исчез и остался только Тинаш.
— Елена. Привет. — Улыбнулся мне кениец Тинаш своей белозубой улыбкой. — Ты зачем нас оставила?
— Ты поверишь? Я не специально. Так вышло. Как дела у остальных?
— Работы много. Не знаешь, за что браться. Ты ещё пропадаешь где-то. Твой сектор пришлось разделить, но это не значит, что мы и дальше будем следить за твоим сектором. Своих дел хватает.
— А! Сетевые новости. Мы следим за провокациями, и находим тех, кто переиначивает мировые новости и выкладывает их в сеть ради своей выгоды, раздувая из искры пламя возмущений и беспорядка?
— Если коротко, то да.
— И много сейчас шумихи?
— Да. Но вместе мы справимся.
Моё внимание опять привлекло движение внизу.
— Скажи, а кто эти несчастные?
— Это люди, которые потеряли свой основной смысл жизни. Разучились любить, заботиться, сострадать. Они чувствуют только жадность и безразличие. Но некоторые из них не так безнадежны, как кажутся. Они не знают, как жить иначе, поэтому их глаза слепы.
— Как печально.
— Но ты не сможешь им помочь, пока они сами этого не захотят.
— Ты слышишь?
— Что?
— Я слышу стон. И вижу тусклый свет в той стороне.
Головой указала направление.
— Где?
— Вон там, за корнем поваленного дерева.
— Значит это кто-то из наших. Свет добра в нём ещё теплится. Ты сможешь найти этого несчастного?
— Думаю да.
— Тогда лети. Мы за тобой. Давно пора показать этим безумцам, что такое настоящий свет. Веди!
Легко сказать «лети», но как это сделать? Я прикинула расстояние. Тут не далеко. А если дальше чем я думаю? Я снова обернулась. Рядом со мной собрался целый отряд. Сейчас они все были похожи на архангелов вооруженных огненными мечами, но наверно так играло моё воображение. Даже Князь стоял наготове полный решимости, хотя его глаза выдавали растерянность.
Значит пора. А мне удастся отрастить пару крыльев? Я пошевелилась, купол мира меня уже совсем не держал и, легко оттолкнувшись, смогла прыгнуть в темноту. Крылья помогали держать направление и мягко планировать. Подлетев ближе, я смогла разглядеть измученного старика, в котором ещё светилась, но постепенно угасала доброта и надежда. А вокруг безумцы скалили свои зубы и ждали, когда можно будет отнять у этого старика последнее.