Измена. Вторая семья мужа (СИ)

— С ним идете? — пренебрежительный кивок в сторону стоматолога.
— Да.
— Исключено, — охранник скрещивает руки на груди.
— Что? Простите, не вам решать, — ловлю себя на том, что даже не знаю его имени.
— Никаких посторонних контактов, — выдает, будто заученный текст.
— Идите в машину. Вам же сказали, Валерия скоро вернется, — Николай Владимирович становится между мной и охранником.
— Ты, слышь, гуляй. Не нарывайся, — рычит.
— Глупости. Вы не можете мне указывать, — наглость мужчины меня выводит из себя. Ощущаю себя какой-то пленницей.
— Валерия, садитесь в машину. А ты… — охранник сплевывает на тротуар, — Исчезни.
— А если не сяду то, что? — повышаю голос.
— То я помогу, — гадко кривится.
— Скорее я помогу вспомнить манеры, — очень тихо, и при этом с металлом в голосе говорит Николай Владимирович.
— Валерия, в машину. Если не хотите проблем. А они будут за непослушание, — нагло выдает охранник.
  
Глава 54
 
— Можно вас на пару слов, — спокойно и вежливо говорит Николай Владимирович.
— Мне не о чем с тобой тереть.
— Валерия, попрошу вас, немного отойти, — стоматолог одаривает меня успокаивающей улыбкой.
— Осторожнее, — говорю и делаю, как он просит.
Садиться в машину после наглости и приказов охранника нет никакого желания. И ведь я понимаю, что свекровь дала указания, а он им следует. Грубо, мерзко, но это не самодеятельность грубияна.
Не хочу подставлять врача. Сжимаю в руке телефон, я готова в любой момент вызвать полицию.
Мужчины стоят плотно друг к другу. Отвратительные слова охранника, от которых уши вянут, долетают до меня, Николай Владимирович наоборот говорит очень тихо. Потом делает молниеносный выпад рукой, и охранник сгибается пополам. Он наклоняется к нему и что-то шепчет на ухо. Потом поворачивается и словно ничего не случилось, возвращается ко мне.
— Простите… мне лучше вызвать такси и поехать домой… Я стала источником ваших проблем. Не хотела этого, — бормочу смущенно.
— Вот теперь я вас точно не отпущу, — смотрит на меня с тревогой.
Столько участия в глазах практически незнакомого человека, от этого на душе тепло, и в то же время неудобно.
Мы заходим в уютное кафе, садимся за столик в конце зала.
— Что у вас происходит, Валерия? — участливо интересуется.
— Зачем вам все это? Я просто ваша пациентка…
— Вы в беде. Я это чувствую. Не могу пройти мимо, — на лице мелькает растерянность, будто он сам не понимает своих ощущений.
— Моя жизнь в последнее время похожа на фильм ужасов. Только вряд ли нам следует это обсуждать, — сминаю салфетку в руках.
— Валерия, у вас охрана, причем довольно странная. Этот, — небрежный кивок в сторону выхода, — Так называемый охранник работает на замешанного в грязных делах человека. Зачем прибегать к их услугам, если в городе полно компаний с чистой репутацией? Да и, простите, вы не похожи на хозяйку положения.
— Это охрана моей свекрови, у которой я временно проживаю. И да, вы правы, сейчас я ощутила себя в клетке. Муж мне изменил, у них с моей сестрой будет ребенок, дочь и моя мать на стороне мужа. А у меня новорожденная дочь и ни копейки за душой. Как ни печально, но в какой-то мере я завишу от свекрови и не знаю, что от нее ожидать. Мы никогда не были близки и она очень непростой человек, — выпаливаю на одном дыхании.
У меня дикая потребность с кем-то поделиться. А глядя в его понимающие, заботливые глаза, признания сами срываются с губ.
— Ясно… — протягивает задумчиво. — У меня лучший друг — адвокат, дело свое знает, могу поручиться за него.
— У меня на данный момент нет финансовой возможности оплатить его услуги, — вздыхаю. — Свекровь против адвоката. Я очень хочу оставить это все в прошлом… но… — от своих же слов наваливается безысходность.
— Этот вопрос решаем, Валерия.
— Николай Владимирович, спрошу еще раз, зачем вам это все?
После предательств моей семьи мне сложно поверить, что незнакомый человек вот так просто протягивает руку помощи.
— Честно, — открыто смотрит мне в глаза. — Не знаю. Просто не могу пройти мимо. Хочу помочь. Возможно, потому что сам был в похожей ситуации. Но я уже прошел измену, развод и вот… теперь ее брак с моим братом… С человеком, который мне был другом, товарищем. Я с ним делился всем, доверял безгранично, а он два года кувыркался с моей женой. А потом меня еще и во всем обвинили, я был и плохим мужем, и братом… Родители тоже встали на его сторону, — он старается говорить отрешенно, но каждое слово пропитано болью.
 
Нет, он еще ничего не пережил. Боль продолжает мучить его, но он свыкся с ней, принял, как часть себя.
— Как я вас понимаю. Не просто измена, а предательство самых дорогих людей.
— Но у меня была финансовая подушка безопасности. Я сражался. Тот адвокат, которого хочу вам порекомендовать — это настоящий друг. Он не только юридически, но и морально меня со дна вытащил. Я тоже нашел поддержку там, где меньше всего рассчитывал.
— У меня есть первая семья моего отца. Они не дали мне окончательно сломаться, но эти люди столько всего пережили, что я не имею права обрушивать на них свои проблемы. Хоть частично это и сделала.
Мне с ним так легко, словно сто лет знакома. Чем больше говорим, тем становится легче, словно груз на плечах уменьшается, и я могу вздохнуть без удушающей боли.
— Валерия, тем более не отказывайтесь от помощи.
— Не буду, Николай Владимирович, — отвечаю без особых колебаний. — Я не в том положении, чтобы гордо отказываться. Мне надо вырваться от свекрови, от мужа, матери, сестры. Я хочу начать жизнь с чистого листа, — в глазах вижу понимание. Он сам не так давно принимал похожие решения. — И если вы мне поможете, я позже, встав на ноги, непременно вам все отдам.
— Помогу, Валерия, — ободряюще улыбается.
Мне становится тепло. В моем бесконечном черном лабиринте зажигается маленький свет. А желание бороться становится еще сильнее, ведь у меня за плечами появилась поддержка.
Я ему верю. Незнакомцу с теплыми и грустными глазами. Вот просто, без логики, анализов, руководствуясь внутренним голосом. И даже не допускаю мысли, что снова ошибаюсь.
Долго сидеть в кафешке не могу. Обменявшись телефонами, договорившись списаться в ближайшее время, он вызывает мне такси. Возвращаться в дом свекрови не хочется. Спешу к дочурке, к Светлане, только тяжесть возвращается. Мне надо выбираться из ее дома, кричит внутренний голос и я с ним абсолютно согласна.
Пока еду в машине, открываю в телефоне социальную сеть. Обнаруживаю там два сообщения от женщин, которые интересуются картинами Павла.
А вот во временном жилище не все так радужно. Свекровь встречает меня на пороге, губы поджаты, глаза прищурены.
— Ты совсем из ума выжила? По мужикам решила пробежаться? Интересно, а может, мой сын тебе изменял в отместку на твои похождения?
  
Глава 55
 
— Лариса Эдуардовна, а с каких пор охранник ограничивает мое передвижение? — после фразы свекрови во мне поднимается волна злости.
— С тех пор как я стала заботиться о твоей безопасности! Ты только родила и уже побежала хвостом вертеть? Зуб тоже был предлог, чтобы из дома улизнуть? Дочь на Светлану скинула, как удобно!
— Мне не нужно предлогов, чтобы выйти из дома. Я не в клетке, не под стражей. Я благодарна вам за помощь, но, Лариса Эдуардовна, я не позволю собой манипулировать, — прохожу мимо нее.
Нет желания продолжать дурацкий разговор, хочется как можно скорее увидеть Аришку.
— Ты видимо совсем не ценишь доброты! Не понимаешь, что охрана непросто так. И я тебе не враг! — голос становится немного мягче, вижу, как она пытается взять себя в руки.
— Лариса Эдуардовна, я не просила охрану. И простите, не собираюсь сидеть на цепи дома.
— По мужикам побежишь? Чего тебе не хватает? Бедных родственников поселила, всем обеспечила!