Сдавайся, детка (СИ)
Аленка шире распахивает ресницы, смотрит на меня, как на идиота, а потом прикусывает нижнюю губу и опускает взгляд.
— Я бы не был столь категоричен, — пытаюсь ее поддержать, на самом деле не знаю, что сказать и не обидеть Ветрову.
На этот счет у меня много мыслей, но не факт, что они верные. Я-то всегда думал, что знаю неплохо своего братца, но как оказалось — жестоко ошибался. Артем в какой-то момент смог удивить неприятно весьма, и с тех пор моя картина жизнь резко изменилась.
Это было больно, потому как в голове долгое время не укладывалось, что подобное совершил мой родной брат. Человек, которого я считал надежным тылом и поддержкой. С тех пор, кажется, я превратился в одиночку. Так проще и легче, когда не рассчитываешь ни на кого, а значит, в свою очередь, никто нож не воткнет в спину.
Порой, конечно, становилось не по себе, но я как-то научился уже заглушать в себе это, не давать прорваться эмоциям наружу.
— Ален, у меня нет обиды на тебя за всю эту ситуацию, да я не понимаю: тебя, его… Но больше, пожалуй, не держу на уме месть и все в таком роде. Судьба все расставит по своим местам, — произношу нечто философское, но, вообще, да, сам думаю об этом.
К тому же, получается, колесо закрутилось и все рано или поздно пришло бы к балансу.
— С каких пор ты стал таким мудрым, Тим? — хмыкает она недоверчиво.
— Три года большой срок, поверь. Я многое переосмысли и в чем-то стал другим. Повзрослел. Возможно, поумнел, хотя отец вряд ли согласится с этим.
— Будто тебя это волнует? — усмехается Ветрова, качая головой.
— Ты права. Мне плевать. Надо еще доказать, кстати, что он мой отец, вполне вероятно, что я подкидыш!
— Не говори ерунды, Тим, вдруг это просто самообман…
— Я даже не знаю, а как лучше, — пожимаю плечами, действительно так думая.
— Понятно, — бросает она, — может, все же поедем, пока не создали пробку километровую.
Я усмехаюсь, опомнившись словно, и медленно трогаюсь с места. Солнечный диск потихоньку катится на запад, окрашиваю луга и поля розовым цветом. Оно больше не испепеляет, не жарит, как в аду и так становится на душе прекрасно, словно его лучи проникают и внутрь меня.
Когда мы добираемся до соседнего городка за окном сгущаются сумерки. Аленка робко спрашивает о дальнейших планах, а я предлагаю поискать место для ночлега. К счастью, придорожных гостиниц на въезде полно. Мы выбираем ближайшую, приличную вроде на вид и, оставляя автомобиль на парковке, направляемся внутрь.
Администратор — молоденькая девушка добродушно улыбается нам и, кажется, готова вознести руки к небесам, что кто-то наконец-то сегодня здесь появился.
— Добрый вечер, — обращается она к нам, — я могу вам чем-нибудь помочь?
— Да, нам, пожалуйста, номер на двоих, — достаю я карту, желая расплатиться.
— Два номера, — недовольно произносит рядом Алена и, похоже, мои планы по соблазнению летят к чертям.
Администратор переводит взгляд с меня на Ветрову и я, пользуясь тем, что стою ближе к стойке, подмигиваю девице, надеясь, что она все правильно поймет.
К счастью, та оказывается достаточно прозорливой и выдает уверенно:
— Извините, но есть всего лишь один номер, — улыбка не сходит с ее лица, а я думаю, что, пожалуй, готов оплатить все по двойному тарифу.
На Ветрову не смотрю, боюсь, что не смогу удержаться и рассмеюсь. Внутри зажигается огонек азарта, будто впереди ждут приключения, хочется сиять, как новогодняя гирлянда и обнимать весь мир.
Деваться нам некуда, и мы в итоге соглашаемся на номер на втором этаже. Аленка бурчит всю дорогу, что это странно, как так нет мест, если на парковке всего пять машин, а здание немаленькое. Я иду сзади и хитро ухмыляюсь, не забывая рассматривать ее пятую точку. Что же не все так плохо! Может, этой ночью я пролечу как фанера над Парижем, но готов, кажется, хвататься за любую возможность быть с ней рядом.
Правда она еще об этом не знает, похоже! Хотя женская интуиция должна же подсказывать что-то, либо Аленка тоже умело разыгрывает свою партию.
К моему сожалению, кровать оказывается хоть и одна в номере, но чертовски большая. Нет, она огромная! Чтобы докричаться до Аленки, мне, наверное, придется приобрести рупор где-то, но я не отчаиваюсь. Почти.
Растягиваюсь на постели, пока Ветрова принимает душ, а сам тем временем, закинув руки за голову, не перестаю анализировать все и думать, думать… Кажется, этому нет конца и края. Мозг начинает кипеть, хочется засунуть башку под холодную воду, потому что она готова взорваться. В последнее время мечтаю лишь об одном: расставить все по своим местам и жить спокойно.
— Если ты начнешь ко мне приставать, я… — запинается Аленка, видимо, не отрепетировав до конца свою речь.
— Скажи еще, что пожалуешься Артему. Телефончик дать, позвонишь?
— Ой, да иди ты, Кирсанов, — опускается она на свою половину кровати.
Эх, могла бы, кстати, халат и снять… За окном, вообще-то, лето!
Кажется, я так громко транслировал свои пошлые мыслишки, что в какой-то миг Ветрова повернула голову в мою сторону и прошипела:
— Не строй из себя божьего одуванчика, твое возбуждение видно из космоса, — мазнула она взглядом по моему паху.
Хм, если думает, что этим меня смутит, то готов был ее огорчить. Ни один мускул не дрогнул от ее слов. К тому же я и не скрывал своей симпатии к ней! Мы так-то встречались долго и я у нее первым был!
— Чем богаты, как говорится, — перевернулся я набок, подперев щеку ладонью, — с чего завтра начнем?
— Заглянем к одной милой старушке, надеюсь, она еще жива и дом не снесли, а ее не поместили в психушку.
— Она точно милая? — переспрашиваю, потому как тон Аленки меня слегка напряг.
— О-о-о, тебе понравится. Уверена, вы найдете общий язык, — смеется бывшая, прикрыв рот ладошкой.
— Смотри мне, — грожу ей пальцем, — обманешь, не расплатишься.
— Ты только пугаешь, — провоцирует она, непонятно на что надеясь.
Думает, я буду вести хорошо себя? Не стал бы на это рассчитывать, если честно. Тем более кровь давно отхлынула от мозгов!
Аленка утраивается удобнее, а я плюю на все "но" и просто обвиваю рукой ее талию, притягивая девушку ближе. Молчит, зараза! Даже не пискнула, и вот думай теперь, то ли по душе ей это, то ли мысленно хоронит меня под кустом. Ай, чем черт не шутит!
Шепчу бессвязный бред ей на ухо, а у самого едва ли сердце не выскакивает из груди от волнения. Ее близость меня сводит с ума, заставляя вести себя, как настоящий дурак. Но сопротивляться бесполезно этому притяжению. Я желаю быть с ней и что-то подсказывает — скоро это станет реальностью.
Глава 18
Солнце лучами касается век, проникая через окно номера придорожной гостиницы. Похоже, день снова обещает быть жарким, по-настоящему летним, позволяя насладиться сезоном и прибрести красивый загар. Но вместо пляжа мы с Тимуром выбираем продолжение пути. Кстати, насчет Тима… проснувшись утром, рядом его не обнаруживаю и не понимаю до конца, радует меня этот факт или нет. Зато знаю наверняка, что удивляет: отсутствие пропущенных от Артема. Он не позвонил, не написал. Почти уверена, что не вспомнил, а уж о раскаяние и речи не идет.
Ему все равно! Зато у меня появляется все больше вопросов к Артему, и я точно знаю, что задам их, но сначала доберусь до места, где провела детство.
Отрываю голову от подушки, устраиваясь на постели. Смотрю в окошко, за которым шелестит сочная листва и морщу нос, потому как лучи щекочут кожу, но мне это нравится. Впервые за долгое время ощущаю безмятежность внутри, словно нащупала хрупкий баланс и очень боюсь потерять это состояние.
Бросив взгляд на часы, прихожу к мысли, что стоит поторопиться и хотя бы принять душ. К счастью, успеваю сделать это до возвращения Тимура в номер, избавляя себя от приколов с его стороны и всяких намеков.
— Доброе утро, — выдает он, как только я появляюсь перед его взором с намотанным полотенцем на голове и зубной щеткой в руках.