Стражи волшебных миров (СИ)
- Какие песни?
Я перечислил.
- Это учебные песни для прочистки энергетических каналов. Мы их даём жрецам примерно на шестом году обучения. А ну-ка спой.
Я затянул песню на “и”. Получилось неожиданно чисто. Не дождавшись второго куплета, Ирма прервал:
- Так он тебе ещё и каналы энергетики прочистил. А ещё какие песни пел?
- Длинные былины про историю.
- Какую историю?
Я кратко припомнил содержание.
- Он тебе пересказал самые драматичные и поучительные истории развития государств с религией Радо. Он не сказал, как его зовут?
- Одрамас.
- Ой-ой-ой!
- А чем плохо имя?
- Не будь ты таким лопухом, сам мог бы понять, - проговорил Ирма сквозь слёзы, не отнимая кулачков от глаз.
- Объясните лопуху? Не понимаю.
- Буквы переставь.
Я начал переставлять и запутался, в чем и признался.
- Сам Радо.
- Чего? А зачем ему брать имя бога?
- Да не брал он ничего. Это и был Радо. Гримоор - его ручная зверушка. Правда, она в этом мире раньше не появлялась. Кочевники её с другим чудищем спутали, вполне реальным и очень опасным. Считается, что Гримоор может определить любую ложь человека, и если на посмертном суде человек врёт, то его душа не выдерживает взгляда её красных глаз и превращается в камень, после чего падает на землю, в новую жизнь в теле.
- А зачем тогда плакать? Радоваться надо, если ваш бог с вами.
- Ранее Радо замечали на земле только в тех случаях, когда людям светили очень большие неприятности. Типа переселения всех народов. Или массовый голод.
- Так это что, получается, он спугнул всех кочевников, чтобы передать вам через меня некоторые слова?
- Скорее, для того, чтобы загрузить тебя почти полным курсом обучения жреца Радо. Мы людям в течение пяти - шести лет рассказывали то, что он в тебя за один день втиснул. А информация для меня - это так, по случаю.
- Зачем? Я маленький мальчик, младший сын, без способностей. Ни наследства, ни шансов на женитьбу.
- А вот это ему виднее, зачем.
- А-а… Да, он сказал, что помнит вас. Назвал мечтателем и идеалистом.
И вот тут Ирма заплакал глубоко и счастливо.
Я понял, что дальше никакого разговора не будет, отсалютовал и вышел. Сказал секретарю, что его господину нужна питьевая вода.
Стоянку моего отряда еле нашел, за время нашего путешествия произвели некоторые перестановки. Наши уже поели, мне ужина не оставили. Ва была в своей лечебнице, я встретил только отца, сидевшего на бревне перед шатром.
Отец печально смотрел куда-то вдаль, в левой руке у него была новая кружка с летящим ястребом.
- Здравствуйте, папочка.
- О, Пуся вернулся! Как разведка?
- Да ничего, съездили. Бога кочевников встретил. Одного из.
- Как бог?
- Крутой. Я обосрался.
- Сие грех. Бояться надо только нашего бога. Исповедайся и покайся перед святым отцом.
- Обязательно. А у тебя давно эта кружка?
- Да взялась откуда-то. Моя потерялась, эта откуда-то выплыла. Сам знаешь, кружки, ложки и ножи в большом лагере живут своей жизнью. А с чего особое внимание к кружкам?
- Бог про тебя песню пел, там эта кружка фигурировала.
- Он тебе песни пел?
- Я же говорю, он крутой. Можно спросить, как твоя нога?
- Твоя ведьма вроде как её заштопала. Но она не ходит и болит, как будто порезанная. Уже меньше. Почти не болит. Но и не ходит. Ведьма говорит, скоро заживёт.
- А как кочевники ухитрились пробить сталь, расскажете?
- Если ты в режиме брони, то не можешь двигаться. А если двигаешься, то нет брони. Алесаний там ухитрился подставить голову под удар… Чтобы его прикрыть, пришлось снять броню. Снял только на ноги, чтобы коня повернуть, а тут копьё прилетело. Не повезло… Что начальство говорит?
- Говорят, что этот бог кочевников появляется только тогда, когда грозят Большие Неприятности.
- То есть это нашествие - это мелкие неприятности?
- Да.
- Тут пока тебя не было, генерал велел переписать всех кочевников и выдать им пропуска. Твоя ведьма отказалась быть приписанной к какому-нибудь племени, так что её записали твоей рабыней. Поздравляю, у тебя теперь есть рабыня.
- У нас же вроде отменили рабство тысячу лет назад?
- Для своих отменили. Но по отношению к военнопленным допускается на срок до десяти лет. Через десять лет ты либо должен будешь освободить её, либо жениться.
- Ясно.
- Это по закону ты можешь жениться. Если попробуешь привести в род дикарку, прибью обоих. Так своей ведьме и скажи, пусть планы не строит.
- Да, сударь батюшка.
- Знаешь, я думал, что из тебя никакого толка не выйдет. А теперь ты болтаешь с главнокомандующим чаще, чем я его вижу. И лазутчик, и лекарь, и переводчик… И всем нужен. Это честь для нашей семьи. Ладно, иди мыться… Я распоряжусь, чтобы тебе что-нибудь сообразили из еды.
Я ушёл, слегка оглушенный тем, что отец меня похвалил. Впервые в жизни, насколько я помню.
Через час, накормленный и умытый, я заявился в лечебницу, вытаскивать Ва из работы. Ва с визгом кинулась мне на шею. Обнять её и прижать было маленьким счастьем. Не то чтобы очень большим, но счастьем. Я всё-таки привязался к ней.
Предложение закончить работу двести пятая встретила с удивлением. Какое заканчивай, ещё даже не полночь, а раненых много? Даже гадюки посмотрели на меня, как на безумного. Как они изменились! Ранее они и часа не могли проработать, а теперь мотают бинты до позднего вечера.
Мне тоже нашли дело, точить инструмент. Больше всего мне хотелось упасть и отключиться, но надо было рассказать Ва о встрече с Радо.
Ва так удивилась, задала так много вопросов, что рассказ занял чуть ли не больше времени, чем сама встреча. Напоследок Ва сказала, что два жреца рядом - такого в истории кочевников никогда не было. Будет интересно, что из этого получится. По идее, должны полететь искры.
Этим вечером Ва была особенно ласковой. У меня зародились подозрения, что не только потому, что ей не хватало мужской силы.
Ночью я проснулся оттого, что Ва тянула меня за мужской орган к себе. Я погладил её по голове, потом по руке, потом ласково взял руку и положил её подальше. Ва не просыпалась, зато её рука опять поползла к моему мужскому органу, нащупала и потянула к себе. Я хотел спать и опять убрал руку. На третий раз мне стало интересно, что будет дальше. Я стал двигаться туда, куда она меня тянула. Тянула она меня к тому месту, которое приводило к зачатию детей.
Я отвесил жрице лёгкую пощечину. Она наконец-то проснулась.
- Ты уверена? - спросил я.
Ва испугалась:
- Эй, ты что делаешь?
Тут она осознала, что это она тянет, а я не двигаюсь.
- Ой! А почему я тяну тебя к себе?
- Это я хотел тебя спросить!
- Кажется, Богиня хотела подарить мне непорочное зачатие. Когда ребёнок зачинается таким образом, без похоти людей, то жрица не теряет силу Богини и может исцелять дальше.
- А по-моему, твоё тело просто мужика хочет.
- Может быть.
Через несколько минут Вастараба сказала:
- Господин, не спишь? Знаешь, если увидишь, что я сплю и тяну тебя к себе… Не останавливайся. Я люблю исцелять, но детей мне тоже хотелось бы понянчить. Если богиня дарует мне такое зачатие, я смогу исполнить обе мечты.
- Отец сказал, что если попытаюсь жениться на тебе, прибьёт обоих.
- Да, мне тоже говорил. Но это просто решается. Не признавай ребёнка. Будет твоей собственностью, твоим рабом.
- Тебе что, совсем безразлично, кем быть и кем будут твои дети?
- Я имею честь быть рабыней Васты, а кем меня считают люди, мне безразлично. Рабыня Васты идёт туда, куда её ведёт господин. А ребенок… Жизнь себе поле найдёт, а достойный человек всегда займёт достойное место.
Поутру меня привлекли к работе переводчиком, главнокомандующий планировал какую-то большую заварушку с участием кочевников и послал к господину Ирме целую толпу офицеров. Двести пятую я увидел только после обеда. Она по этому случаю устроила очередное занятие по анатомии и полевой хирургии.