Стражи волшебных миров (СИ)

- А-а! Братец козёл, маленьких обижает, шуток не понимает! - завопила Ирис и убежала.
Наконец-то я смог её достать. Год она надо мной издевалась. А думать во время боя, оказывается, действительно можно.
Вторым в этот день огрёб Аксел. По приказу отца я помогал мужикам перемещать запас камней. Отец решил, что такое дело хорошо развивает силу. Аксел решил меня пнуть как раз тогда, когда я пятился задом вперёд, выходя из тесного прохода с тяжеленными носилками. Пнул и засмеялся. При этом в момент удара превратил ногу в камень, маленький подлец.
Я не подал виду, что мне больно (хотя было очень больно), и ласково его спросил, правда ли он считает делом большом чести напасть на родственника со спины, да ещё тогда, когда тот несёт большую тяжесть. Аксел захихикал и сказал, что это он так шутит, чтобы я за ним погонялся.
- Во гавнина какая, - оценил дядя Вано, нёсший со мной носилки.
- Мне некогда за тобой гоняться, я работаю. Делаю общее дело, полезное для всех. Но потом мне придётся тебя догнать и наказать.
- А, ничего ты мне не сделаешь! - принялся дразнится маленький поганец.
Я скомандовал поставить носилки и легко догнал визжащего от восторга Аксела. Тот сразу превратился в камень. Я зажал ему рот и нос одной рукой, прижал руки второй, а сам сел сверху. Через минуту Аксел попытался дышать через щели в пальцах и понял, что это очень некомфортно. Братец попытался достать меня ударами превращённых в камень ног, но я был готов к этому и прижал его ноги своими. Минутку я дал ему позадыхаться и поплакать, а затем отпустил. Он попытался меня ударить, я отделался от него хорошим пинком и продолжил носить камни.
За ужином отец после молитвы заявил, что на меня две жалобы. Ирис жалуется на то, что я её стукнул, Аксел жалуется на то, что я его почти задушил.
Я удивился и посмотрел на младших. Я никогда не жаловался на них отцу. А вслух ответил, что Ирис толкнула меня вниз по лестнице в то время, как я нёс оружие в оружейную, а Аксел бил меня каменными ногами в то время, как я нёс тяжёлые носилки.
- Ты толкнула человека вниз по лестнице, когда он работал с оружием? - удивлённо обратился отец к Ирис. Ирис испуганно промолчала. Баловство во время войны или при подготовке оружия наказывалось немедленной поркой.
Отец разразился длинной речью о том, что мы не должны быть подобны варварам с Дикого Поля, у которых все враждуют со всеми. Или подобными роду Локнут, где все живут только ради жадности и собственного самовозношения, и готовы передать кого угодно когда угодно ради малейшего преимущества, даже бросить своих детей. Мы должны быть дружной семьёй, в которой все стоят друг за друга.
А наказали в итоге, конечно, меня. Я не должен был быть таким жестоким с младшими. В наказание мне разрешили на ужин съесть только кашу, и никаких сыра и овощей. Насколько я знаю свою семейку, в ближайшие дни старшие братья - сёстры обязательно попробуют, могут ли они по-прежнему издеваться надо мной так же безответно, как и раньше.
После ужина я пошёл на псарню. Погладил Таку, мою любимую псину, немного потренировал её на разные боевые упражнения. Така лизнула меня в щёку. Единственное существо в замке, которое всегда радо меня видеть. Единственное существо, рядом с которым я отдыхаю душой. Я люблю собак.
На следующий день я принимал участие в подготовке зимнего праздника в селе. В нашем селе восемьсот десять дворов. Это наши люди, наши мужики, которые выполняют всю работу нашего мира и которые ходят с нами на войну носильщиками и дозорными. Наше село считается большим.
На первый взгляд, восемьсот десять дворов - это много. Но это только кажется. Половина семей по разным причинам потеряла кормильцев, там только подростки, женщины и старики. Из оставшихся много пьяниц и буйных, которые умеют только конфликтовать и качать права. Хороших работников совсем немного, а тех, кто владеет ремеслом, совсем мало. У окружающих феодалов ситуация ещё хуже, из-за чего отцу пришлось переселить обоих наших кузнецов в замок. Их трижды пытались украсть.
 
Некоторые из мужиков тоже имеют выдающиеся способности на уровне благородных людей. Но их способности мирные, неприменимые в военном деле. Наш кузнец умеет быстро и очень точно стучать молотком, настолько быстро и настолько точно, что после него все детали получаются гладкими, как после полировки. Некоторые мужики могут поднять на вилах вдвое больше своего веса.
Но самое главное - в боевой ситуации они все теряются и действуют неловко. Кто-то просто замирает неподвижно, кто-то впадает в безудержное буйство и прёт на противника, не считаясь с числом. И никто из них никогда не думает о последствиях, они действуют только исходя из чувств. Так говорит наш святой отец Михидо, когда вдалбливает нам, почему мы никогда не должны обижать простых людей и почему мы должны следовать своему долгу и учению Бога-Из-Огня.
Зимний праздник - один из самых весёлых праздников. Во многом это детский праздник. В это время ставят качели, горку для того, чтобы брать штурмом, наряжают священное дерево посередине села… На сельский праздник приходят даже все обитатели замка.
Мои обязанности при подготовке праздника - математика, проверять, чтобы всё необходимое для праздника было заготовлено в нужных количествах. Я люблю математику. Мои старшие братья слились после того, как изучили умножение и деление. А я с интересом изучаю всё, чему может научить нас святой отец.
Наши селяне с трудом владеют сложением, но при этом при подготовке праздника у них почему-то все заготовки производятся в строго необходимых количествах. Я их записи, конечно, проверяю, но моя роль скорее ритуальная. Они никогда не ошибаются.
Визит в село - это одновременно и повод повидаться с моими друзьями, ребятами моего возраста. У меня много друзей в селе. Маркел умеет показывать театр теней, научился у его дедушки. Визго отлично стреляет из лука. Серен очень правильный парень, он всегда отговаривает нас от разных безумств. Когда один раз в детстве я решил попробовать, что будет, если залить цыплёнку в клюв чистый самогон, он не дал мне это сделать, сказал, что жалко жёлтенького. Теперь мне стыдно вспомнить об этом… Геригор просто весёлый парень.
Без них мне было бы намного хуже. И я был бы без них намного хуже. Они доброжелательные ребята, в отличие от моей бешеной семейки. Я многому научился у них - начиная от умения доить скот и заканчивая умением сводить бородавки с помощью дохлой кошки и заговора. Моих братьев и сестёр не отпускали так легко к мужикам, как меня. Они никогда не ночевали в мужицких домах. А меня отпускали легко и на любое время - бесталанный кабысдох, иди куда хочешь. Зато благодаря этому я видел в детстве сказки, который рассказывал дедушка Маркета с помощью театра теней. И они были гораздо интереснее тех баллад, которые пели в замке заезжие бандуристы.
А теперь я приезжаю к ним проверять расчёты. После моего одобрения отец выдаёт из подвалов замка вина сколько запрошено без проверки.
Готовиться к празднику было весело. Дети кузнецов под руководством родителей создали такие красивые звёзды на дерево! Казалось бы, проволока и разноцветные стекляшки, а как восхитительно они смотрелись! Изо всех домов люди несли разные самодельные украшения и на центральное дерево, и на дома вокруг. Все работали дружно и весело, с шутками и прибаутками. Потом кто-то затянул шуточную песенку, её дружно допели. Иногда наши люди такие милые!
После подготовки мы с друзьями построили замок из снега. Свежевыпавший снег хорошо лепился, и мы забабахали такой замок! В разы красивее, чем наш фамильный.
На обратном пути мы с Сереном попали в драку между улицами. Мужики отчаянно лупили друг друга, кое-кто уже даже начал вытаскивать колья из оград огородов. Обходить было далеко, пришлось ждать.
Драка была грязная, глупая, ужасная. После маминого обучения я хотел подсмотреть разные боевые приёмы, но смотреть было не на что. Мужики не уклонялись от ударов, не маневрировали, просто стояли и лупили друг друга по очереди, кто быстрее упадёт. Один из мужиков получил больше остальных и был выброшен к нашим ногам. Пока он тряс головой, пытаясь придти в себя, я спросил: