Нестандартный ход (СИ)

И тем более — встретить в такой отличной форме. Парень возмужал, избавился от лишнего веса, на месте пуза красовался плоский подтянутый живот, лицо лишилось отечности и стало очень даже симпатичным, взгляд — тяжелее, осознаннее. Почти другой человек.
Если бы не та же гниль в глазах.
Девушка отвернулась, не имея никакого желания общаться и вступать в конфликт. Но у давнего знакомого были свои планы. Самвел преградил ей путь и нагло наклонился ближе, сократив расстояние между ними до минимума — так, что их носы практически соприкасались.
— Ответить не хочешь?
— Нет.
— Жаль. А я очень хочу послушать, как тебе жилось здесь с твоим *бырем, пока меня сослали в жопу мира из-за вас…
Элиза сделала шаг назад, брезгливо сощурившись и все же попытавшись уйти молча. А когда парень вновь сделал попытку приблизиться, резко отстранилась и устало выпалила:
— Мне снова потребовать, чтобы Карен тебя куда-то сослал? По-хорошему ты не отстанешь?
— Карен? — он посмотрел на нее как на идиотку. — Причем тут Карен?
Тон, которым Самвел выплюнул свой вопрос, заставил ее насторожиться. Он был зол, но явно удивлен данной репликой. Пару долгих секунд она сверлила его пытливым взглядом, чувствуя, как волна раздражения захлестывает внутренности. Ей и так сегодня тошно, еще и этот флешбек нарисовался.
— Самвел, дай мне пройти…
— А то что? — набычился, играя желваками. — Опять натравишь на меня этого психа?
— Надо же, как ты «лестно» о своем брате… А я думала, вы ментальные близнецы.
— Да причем тут Карен?! — процедил он вновь. — Или ты так выгораживаешь своего мужа, зная, что дело попахивает уголовкой? И я многое могу предъявить ему?.. Шантаж, физическую расправу?..
Элиза так и замерла с поджатыми губами, теряясь в догадках. Никогда в жизни она не поверила бы, что Рома способен на перечисленный бред. Но Самвел говорил с такой искренней ненавистью, что ей нечего было ответить. А потом рядом резко появилась Лилит:
— Эй, ты офигел? Я сейчас Левону позвоню!
Аракелян одарил ее аналогичным агрессивным взглядом и все же отошел на пару шагов. Весьма странно покачал головой, будто на мгновение забыв о них двоих. И демонстративно фыркнул. Видимо, мысленно при общении с собой любимым придя к какому-то выводу.
— Да пошли вы обе со своей *банутой семейкой…
— Может, сам освободишь пространство, пока я тебе не выписала направление на точечный массаж?..
Сестра подбоченилась и вскинула подбородок, провожая Самвела недобрым взором. А когда тот скрылся за поворотом, развернулась к ней и обеспокоенно выдала:
— Элиз, ты чего? Он тебе снова угрожал? Вот урод, и зачем только вернулся!
— Что? — Элиза наконец-то обратила на нее внимание, медленно выплывая из своих раздумий. — Лил, а где он был эти полтора года? Ты в курсе?
— Нет. Про него мало что говорили, он резко исчез. Никто не знал причин. Но, кстати, все еще числится здесь.
Только сейчас до девушки дошло, что бывший сталкер не просто перестал ее преследовать, а действительно пропал. Раньше она не вдавалась в подробности, только радовалась, что может свободно передвигаться и больше не бояться. Но теперь осознала, насколько странно, что Самвел начисто стерся из ее жизни. Они ведь учились на одном факультете…как минимум.
Прозвеневший звонок показался сверхпронзительным. И заставил Элизу крупно вздрогнуть в испуге. Лилит в очередной раз прошлась по ней встревоженным взглядом:
— Не нравишься ты мне сегодня…
— Все нормально, плохо спала ночью. И о Самвеле не переживай, он просто не сдержался, но реальной опасности от него уже не стоит ждать.
— Очень надеюсь…
Они поспешили на пару — каждая в свою аудиторию.
После занятий девушка поехала на работу и была крайне непродуктивна. Все время мыслями возвращалась к странному разговору. И действия совершались механически и бесконтрольно. Один Бог знает, сколько ошибок Элиза допустила. И ей показалось, что именно поэтому под конец дня начальник ее и вызвал к себе.
Она постучала и вошла как раз к моменту, когда мужчина прощался с собеседником по телефону. По-дружески и даже панибратски назвав того по отчеству. Редкому и красивому. Вообще, Элиза за два с небольшим месяца видела шефа таким добродушным впервые. В трудовой повседневности он стоически серьезен и хмур до глубокого залома на переносице оттого, что вечно над чем-то сосредоточенно корпит.
 
К счастью, об ошибках речи не было. Ей дали новое задание.
И…она благополучно оставила его на завтра, засобиравшись на выход. Обычно девушка предпочитала задержаться и выполнить все, ничего не откладывая, или «забрать» домой. Но не сегодня.
Сегодня ей как воздух необходимы были ответы на вопросы.
Игнорируя слабость в теле и возможность поскорее оказаться в кровати, чтобы выспаться и компенсировать ночную бессонницу, Элиза отправилась в офис «Эстет Констракшн». С равнодушием прошагала мимо неприязненно напрягшейся Лены, даже не поздоровавшись. Секретарь мужа не сделала попытки остановить ее, четко уловив, что это бесполезно. Поэтому девушка спокойно дошла до двери и резко распахнула ту. И не менее резко захлопнула, породив лязгнувший грохот.
Рома тут же поднял голову. Невозмутимо уставился на жену в ожидании. Понимая, что такое появление — не светский визит.
Элиза шумно выдохнула, остановившись перед его столом. И задала вопрос. Не тот, что мучил ее после общения с Самвелом. Но который своей важностью перекрыл абсолютно всё:
— Значит, это по твоей протекции меня взяли на работу? Да, Аристархович?..
  
Глава 24
 
«Каждый будет испытан тем,
что порицает в других».
Неизвестный автор
— Элиза…
— Да или нет? Односложный ответ, Рома.
Он встал и направился к ней. Медленно, с грациозностью хищника. Весь такой идеальный — одет с иголочки, прекрасно справляется с самообладанием, источает животный магнетизм. Его будто совершенно не удивил ни вопрос, ни ее эффектное появление. Разумовский…всегда наготове. Спокоен и уверен в себе, как если бы в рукавах у него был припрятан десяток козырей. Любая провокация в его адрес — бесполезные телодвижения вилами по воде. И ее всегда одновременно восхищала и бесила эта способность в нем. Бесила оттого, что сама она так не умела, но очень хотела бы уметь.
Как сейчас. Когда он так близко, смотрит прямо, не пытается увильнуть или спрятать глаза, в которых Элиза уже прочла ответ, и ей жизненно необходимо сохранить спокойствие, но в крови уже бурлит мятеж…
— Да, — сказал Рома твердо, и ей стало физически больно.
Мышцы свело от напряжения, во рту появилась горечь, от которой затошнило, и голова вмиг потяжелела, точно налитая свинцом.
Желание орать, крушить, разрушать вспыхнуло в груди неистовым огнем.
Но она стиснула зубы и рвано выдохнула, сумев взять себя в руки. И оттого, что подавила рвущиеся наружу крики, слова прозвучали тихо и хрипло:
— Завтра я уволюсь.
— Элиза, не глупи, — Разумовский подался вперед, намереваясь дотронуться до ее ладони, но девушка отшатнулась. — Тебе же там нравится.
— Я уволюсь, — повторила безапелляционно, увеличив расстояние между ними на несколько метров. — Больше ничего не имеет значения, раз меня взяли по блату.
— Я бы понял твое упрямство, если бы оно шло на пользу. Но сейчас ты самолично отказываешься от прекрасного шанса.
— Который с барского плеча отмерил мне ты…
— Я хотел помочь, видя твое разочарование на протяжении стольких месяцев. Студенту найти интересную и подходящую работу достаточно сложно без связей и рекомендаций. И я всего лишь направил тебя, остальное — ты сделала сама. Как раз сегодня я получил кучу комплиментов в твой адрес.
— Так не бывает! — процедила Элиза, все же вскипев. — Услуга за услугу — всемирный закон. Что ты ему за меня обещал?
— Это уже не твоя забота, — уверил он сдержанно. — Не думай о посторонних вещах и развивайся в любимой области.