Нестандартный ход (СИ)

— А тебе как живется вот уже месяц без единственного верного человека рядом? Тупые завистливые подружки не надоели? Еще не устала тратить на них деньги отца?
— Давай-ка, сама разберусь. Да и какой из тебя верный человек? Предательница. Я должна была узнать о вас первой…а в итоге — узнала одновременно со всеми, еще и подробности утаиваешь.
— Можно подумать, ты от меня ничего не утаиваешь.
Лилит застыла на мгновение и перешла на шепот:
— Я?.. — цокнула раздосадовано. — С чего ты взяла?!
Элиза пожала плечами.
— Я тебя хорошо знаю, догадаться не особо трудно. Телефон — на беззвучном. В облаках витаешь часто. Больше времени проводишь вне дома и без нас с Левоном.
Сестра сокрушенно поникла и с ногами устроилась на диван, печально хмыкнув:
— Да нет, это не то, о чем ты думаешь. Там другое. Но…правоту признаю. Один — один. А…черт! — она потянулась к Элизе и обняла её вместе с ребенком. — Я скучала по тебе, язва. Не могу на тебя долго злиться.
Почувствовав облегчение, девушка приобняла ту в ответ, насмешливо выдав прямо в ухо:
— Да уж, но на этот раз молчанка целый месяц — твой рекорд. Нашкодила со ссылкой на статью, а потом даже в Новогоднюю ночь со мной не разговаривала, дурочка.
— И злорадствовала, что все задают тебе вопросы про отсутствующего мужа, — согласилась она со смехом и отстранилась. — Какая-то темная у вас история…но так интереснее… Всё равно ведь расскажешь. Когда-нибудь. Но расскажешь. Некуда тебе деваться.
Элиза хмыкнула и кивнула.
Обязательно. Когда-нибудь. Когда срок годности брака выйдет, и они с Ромой разойдутся.
За общей беседой девушка и не заметила, как пролетело время. И через два часа, с удивлением обнаружив, что уже опаздывает, заторопилась:
— Мне надо вернуться и одеться к корпоративу Ромы…
Сестры проводили её с воодушевлением и велели скинуть фотографии. Едва ли Элиза понимала, на что им кивала. Мучительная мысль, что она может припоздниться, неприятно звенела в голове всю дорогу. На марафет — минимум усилий. И снова — такси до ресторана, адрес которого ей скинули еще утром. Слегка замерзнув в туфлях, ибо на улице стоял конец лютого января, девушка вплыла в заведение и сдала верхнюю одежду.
Прямо у порога её встретил Игорь…тот самый юрист, во время практики усердно домогающийся и предлагающий свои услуги по изъятию ролика с бомжом за «благодарность». И смотрел на нее беззастенчиво…с гнусной улыбочкой.
— О, мадам Разумовская…
— Я — Мамиконян.
— Пардон, — у него в руках был бокал явно не с соком, потому что у парня уже успел слегка поплыть взгляд.
Элиза стала озираться по сторонам в поисках Ромы. С таким ростом она быстро бы отыскала его, но мужчины не было в зале. А когда попыталась сделать шаг, чтобы продолжить поиски, ее остановили, больно сжав запястье. Девушка резко развернулась и одарила смельчака тяжелым предостерегающим взглядом. Он лишь похабно хохотнул навеселе:
— Ах, Элиза-Элиза, чего ж ты тогда не сказала, что метишь под крылышко главного орла… А я, дурак, пытался…
— Вау! Какая метафора! Какой полет мысли! Я впечатлена, — дернулась, вырвавшись и брезгливо отряхиваясь, — прости, забыла, что обязана тебе отчитываться. Только напомни, когда ты набился мне в подруги? Может, и справку покажешь по коррекции пола?
— Давай переместимся в укромный уголок, и я все покажу…
— Фу, Господи, ну до чего ж банально, — поморщилась так, будто съела что-то невероятно кислое, ибо ей действительно было крайне противно общество этого человека. — А давай-ка, Игорь, договоримся вот о чем: где бы ни пересеклись, ты ко мне больше не лезешь, и свои душевные обиды по поводу несостоятельности, недолюбленности и зависти к более успешным людям будешь выплескивать на кого-то другого. Я тебе не приятельница и терпеть этот бред не собираюсь. И пей меньше — целее будешь…
— Всё в порядке? — рядом внезапно возник Разумовский, и его присутствие изрядно напрягло парня, который так и застыл, хлопая ресницами.
Это было бы смешно, если бы не было так предсказуемо отвратно — вмиг поскромневший альфа-самец, минутой ранее готовый продемонстрировать ей свои причиндалы.
 
— Да, вполне. Вот, поболтали с бывшим «коллегой»… — Элиза повернулась к Роме и улыбнулась ему, гадая, следует ли им проявлять «чувства» на этом мероприятии, и надо ли его поцеловать хотя бы в щеку?.. Они ведь так и не обговорили эти нюансы.
К ее огромному облегчению, мужчина разрешил эту дилемму, предложив ей свою согнутую в локте руку. Дальше была стандартная процедура — девушку познакомили с представителями высшего звена фирмы, она получила кучу комплиментов и попыталась в ответ быть вежливой, игнорируя слишком пристальные взоры, изучающие ее с головы до пят. А потом муж отвел к своему столу, который они делили с десятком других сотрудников, и знакомство продолжилось. Элиза знала самую малую часть, да и те — не особо охотно общались. Весь фокус был сосредоточен на выпивке и танцах.
Какое-то время она оставалась в роли наблюдателя, усмехаясь тому, как алкоголь раскрепощает людей, вытворяющих невероятные пассажи. Вплоть до того, что дамы «светили» трусами и плевали на сей факт с высокой колокольни. Вакханалия набирала обороты. Со стороны и не скажешь, что эта динамично двигающаяся масса — профессионалы своего непростого дела.
— Извини, я немного опоздала, заболталась с девочками, — произнесла тихо, когда бóльшая часть присутствующих бросилась покорять танцпол, и они остались почти одни.
— Как Богиня? Неделю не могу вырваться к ней, — спросил после короткого кивка и отправил в рот оливку, медленно разжевывая ее. — Будь моя воля, сейчас лучше бы поехал к ним…
Можно сказать, они выяснили, что обоим не особо нравятся такого рода сборища. Хоть что-то общее нашлось между ними.
После лаконичного рассказа о жизни племянницы, Элиза немного раздраженно вздохнула и сокрушенно призналась:
— А Ева вся в рекламной кампании…
— Ты как-то не очень воодушевлена этим фактом.
— Ни капли. Вся эта затея с самого начала казалась мне подозрительной, а когда ты поддержал идею, я была шокирована.
— Если бы я не поддержал, Ева нашла бы другие способы воплотить ее в жизнь.
— Но ты тоже не веришь в результат?
Рома выпрямился и повернулся корпусом к ней:
— Есть такая история про писателя Джеймса Гвотни. Его первая книга никак не продавалась, и он дал объявление в газете: «Молодой красивый миллионер хотел бы познакомиться с девушкой, похожей на героиню книги Джеймса Гвотни»…
— Я помню. И весь тираж был распродан за сутки, — улыбнулась Элиза, припоминая многочисленные упоминания об этом легендарном маркетинговом ходе. — Думаешь, с Русланом выйдет так же?
— Судя по всему, — хмыкнул и расслабленно откинулся на спинку стула, — так и будет. Уже есть. По количеству предзаписей. Реклама дает плоды. Осталось дождаться самого Руслана. А ты почему так категорично настроена к сестре?
Говорить об этом вслух было трудно, но девушку действительно давно терзала тревога за Еву, её гиперактивное состояние, стремление заглушить тоску по любимому человеку через суматошную деятельность.
Даже всеобщее веселье и ажиотаж вокруг не мешали сосредоточиться на своих мучительных мыслях. Казалось, они с Разумовским по щелчку пальцев отгородились от коллектива и пребывали в приватном пространстве. Элиза с изумлением отметила для себя, что это особенная черта Ромы — у него всегда получается создать доверительную атмосферу в любой обстановке. Или…всё же она за прошедшие полтора года знакомства с ним научилась доверять мужчине до такой степени.
— Просто…это — клиника, — заговорила, наконец, с раздражением, — то, как она пытается спрятаться от реальности и слепо верит, что заочно помогает Руслану. Для меня до сих пор дико, как она заварила это всё. С такой самоотдачей и энтузиазмом. Знаешь, пусть мои слова и прозвучат сейчас чудовищно некрасиво и даже где-то предательски по отношению к ней…но… Черт! — взмахнула руками, в сердцах выругавшись. — Мне хреново от ее жалких потуг заглушить боль вины перед ним, и брат твой ведь тоже хорош, сам не понимает, что своим поведением еще больше подстегивает ее ненавидеть себя за случившееся…