Идеальная жертва (СИ)

– Прямо по щелчку! Как хорошо выдрессированный пес, пытаясь читать мысли и принести в зубах тапочки!
Бедолага, похоже, излечился от склероза по поводу коврика, и теперь его слегка потряхивало от переизбытка чувств.
– Ну и не ври, за тапочками тебя ни разу не посылали, – обиделась я. – И вообще, ты сам пришел.
– Я не мог не прийти! Меня тянуло к тебе, хотелось угождать, целовать твои туфли… – продолжил обвинять меня Айвард, а потом с подозрением уставился на Лоранда: – Не понимаю, как ты умудрился заявиться сюда такой уверенный и несломленный?
Старший из вампиров кривовато ухмыльнулся, помолчал пару секунд, но решил не строить из себя крутого героя и признался:
– Меня тоже тянуло, причем так сильно, что я едва успел выловить напавшую на меня четверку, прежде чем оказался в самолете, летящим в Питер. Но валяться на коленях мне, кстати, не хотелось. Я мечтал заполучить свою Аква Вита, чтобы выполнять все ее прихоти, –Лоранд насмешливо улыбнулся, глядя на меня: – Свою мечту я исполнил. И четко осознаю, когда меня просят, а когда – приказывают, как птенцу-первогодку.
– Вот что бывает, когда тянешь в рот кого попало, особенно с помойки, – резюмировала я, пожав плечами. – Ладно, с шоколадкой-то что будем делать? – и дернула подбородком в сторону притихшего в углу Себастьяна. – Его тапочки мне не нужны! А если он попытается поцеловать мои туфли, я сначала залезу кому-нибудь из вас на голову, а потом меня стошнит!
– А с ним ничего делать не надо. Пусть просто забудет обо всем, что тут было. Так можно? – и вампир, умудренный столетиями жизни, опять посмотрел на меня, как ребенок на фокусника в цирке. В ожидание чуда.
– Почему бы нет. – Я задумчиво прикусила губу. – А еще чего-нибудь приказать? Ну там, чтоб говорил правду и ничего кроме правды? Иначе он опять начнет орать, что это ты всех убил.
– Обязательно! – радостно засиял Лоранд, потирая руки. – Исключительно только правду! Всю оставшуюся жизнь…
***
Юстициарий собрался заседать все в том же Михайловском замке. Похоже, вампиры вообще любили музеи. Там постоянно чисто, убираются без их участия, народ толпится только днем. А по ночам у кровососов полным-полно времени и исторического пафоса для разных мероприятий.
Меня все же взяли с собой – ну кто бы сомневался. Причем я, как хорошая Аква Вита, постаралась убедить Лоранда аргументами, хотя могла и просто приказать. Мы оба это понимали. Наверное, именно поэтому препирались в машине с тройным удовольствием под мрачное сопение Айварда.
В итоге мы все втроем стояли теперь в центре небольшого зала где-то в полуподвальном помещении. А пятнадцать древних вампиров перед нами сидели полукругом в высоких креслах, рассматривая нас со спокойным и высокомерным интересом.
Лоранд уверенно улыбался в самом центре нашего построения, по правую руку от него с невозмутимым видом застыл Айвард. А я скромно притулилась за левым плечом своего вампира, изображая послушный источник, опустив взгляд в пол.
Но это мне не мешало жадно принюхиваться внутренним чутьем. Сколько здесь еды! Выдержанной, питательной, сильной…
Один из древних, мельком покосившись на меня, махнул в сторону деревянной скамейки на другом краю зальной географии:
– Человеческая женщина может сесть и подождать окончания заседания.
Я чуть было не нарушила иллюзию послушной девочки. Даже рот уже приоткрыла, чтобы самой отказаться от такого роскошного предложения. Но Лоранд умудрился меня опередить:
– Благодарю за заботу о моей Аква Вита, собратья справедливости.
Древний даже не вздрогнул, когда я осталась стоять. Как сидел с каменной рожей, так и продолжил изображать статую. Нас окружало пятнадцать изваяний – судя по моим внутренним ощущениям, древнее многих экспонатов Русского музея.
Одна из скульптур слегка шевельнулась и торжественно пробасила:
– Лоранд Буанброк, вы обвиняетесь в убийстве пятерых законопослушных собратьев, слуг Мишеля де Граммона.
Я замерла, ожидая обращения к моему старшему вампиру, с предложением высказать что-то в свое оправдание. Но древний закончил свою речь совсем иначе:
 
– Заслушаем показания свидетеля.
В зал влетел как на крыльях Себастьян. Весь такой пафосный, со мстительно-довольной ухмылкой. Сразу видно, что никаких воспоминаний о нашей недавней встрече у него не осталось.
– Уважаемые собратья справедливости! Я ближайший друг Коннора Дэвиса. В день его смерти мы должны были встретиться. Но он предупредил, что сначала уладит дела господина, связанные с Лорандом Буанброком. – Тут шоколадка замолчал и потряс головой, заподозрив, что фраза мало похожа на обвинение. – Однако за полчаса до назначенной встречи я ощутил его смерть! И теперь требую справедливого возмездия! – усилил он голос, решив давить на эмоции у статуй. Наивный…
– Собрат Себастьян, – поинтересовался один из древних, вроде тот же, что предлагал мне присесть. – Ранее вы утверждали, что ваш друг погиб от руки собрата Лоранда. Теперь же вы даже не упоминаете, что ваш друг и собрат Лоранд встречались.
– Простите, собратья справедливости. Я вынужден признать, что мои обвинения были не совсем точны, – растерянно залепетал Себастьян.
Наша тройка, точно знающая причину внезапной правдоориентированности у шоколадки, с загадочным видом помалкивала.
– Что ж, благодарим вас за сотрудничество, собрат Себастьян. – На каменном лице древнего чуть шевельнулась бровь, намекая на крайнюю степень удивления. – Теперь мы готовы выслушать нашего архонта…
  
Глава 35
 
Мама дорогая! Я не помню своего младенчества. Но мне кажется, даже тогда у меня зубы не чесались так, как при появлении этого… существа.
Все вампиры красивы. Даже лис в своем подчеркнутом несовершенстве хорош, как последняя зараза. А этот… я в жизни не встречала такого уродливого и одновременно притягательного мужчины.
Огромный, хотя и невысок ростом, руки длинные, как у гориллы, массивная челюсть и сумрачно-тяжелый взгляд из-под ярко-выраженных надбровных дуг. А глаза светло-светло карие, янтарно-кошачьи, завораживающие.
А еще он… самое древнее существо из всех здесь присутствующих. Как будто даже не… не хомо сапиенс? А-а-а! Хочу! Мне это надо! Это же столп! Основа, самая прочная в мире стена, за которой можно будет спрятать мое гнездо! Как чувствовала, старательно вынюхивая его все эти дни!
И голос… странный у него голос. Я даже не могу определить, низкий он или высокий. Он просто не человеческий. Наверное, ближайшее сравнение – так мог бы разговаривать… древний ледник, покрывающий всю Европу и крошащий ее в мелкий щебень. Такой же равнодушный и вечный, как холод и ночь.
– Собратья справедливости, мне нечего добавить, кроме подтверждения, что встреча между собратом Лорандом и пятью бесследно исчезнувшими слугами собрата Мишеля состоялась. Однако псы не смогли ничего больше выяснить, так как после встречи прошло более двух суток. – Кажется, архонт был этим очень расстроен. – Непонятно, почему собрат Мишель сам не вызвал псов Праги, а смиренно ожидал, когда подойдет очередь его прошения и расследованием займутся псы юстициария.
От некоторых из пятнадцати статуй повеяло флером загадочности. Конечно, с места никто не сдвинулся. И интереса с помощью мимики никто не продемонстрировал, но некоторые обозначили его на метафизическом уровне. А я в последнее время чуть ли не мысли вампирские читаю! Так что уловила, вычислила, откуда дует, и запомнила наиболее заинтересовавшихся.
Лоранд, убедившись, что против него никаких улик по сути нет и обвинение явно притянуто за уши, решил окончательно оправдаться и закончить уже с этой пародией на честный суд.
– Уважаемые собратья справедливости! Позвольте моему эксклаву выступить в мою защиту?
– Позволяем, – едва заметно кивнул один из каменных идолов.
Айвард послушно сделал полшага вперед и с достоинством поклонился:
– Уважаемые собратья справедливости! Я видел собрата Коннора уже после того, как он расстался с моим господином…