Без чувств (СИ)

Я почти равнодушно реагирую на объятия и вопросы, потому что и сама не знаю: всё ли со мной хорошо?
Сердце зажато в тиски, а собственная беспомощность бесит.
Когда неподалеку останавливается такси — мы с мамой спешно прощаемся. Рейс через два часа. Времени в обрез. По плану я должна поехать домой и больше не доставлять неприятностей, но не могу обещать, что так и будет.
Олег Вячеславович открывает дверь автомобиля, запускает меня в тёплый комфортный салон и не торопится отпускать.
Интуиция шепчет, что тема не так-то проста. И не подводит.
— Даша, когда я предлагал тебе найти богатого покровителя, то не имел в виду своего сына.
Я знаю.
Сглатываю и опускаю взгляд, поправляя юбку.
— Ты девочка неискушённая, и многого не понимаешь… Ратмир может поебать тебя ради мести, но это максимум, чего стоит от него ждать. И не только от него. В итоге — всё будет так, как скажу я.
Язык прилипает к нёбу. Я явно не та, кого бы дядя Олег хотел видеть рядом с сыном даже в качестве временного развлечения.
Обидно?
Хм. Скорее, ожидаемо.
— Между нами ничего нет. И не будет.
Говорю полуправду, но всё равно густо краснею.
— Вот и славно. Рад, что ты это понимаешь.
Дверь громко хлопает. Такси трогает с места. Я откидываюсь на спинку сиденья и устало потираю лицо. Когда нас обгоняет чёрный внедорожник — вежливо обращаюсь к водителю:
— Высадите меня, пожалуйста, за углом. К конечной точке маршрута доедете сами.
В благодарность за услугу открываю сумочку и нахожу там пару последних купюр.
У Олега Вячеславовича установлено приложение. При желании он может отследить, благополучно ли я добралась домой, а мне этого не нужно.
Как только выхожу на улицу — воровато оглядываюсь по сторонам, и быстро возвращаюсь к участку.
___
ПС. Если вам нравится книга — буду благодарна за лайки) 
  
Глава 37
 
Ратмир 
Даша не возвращается ни через час, ни через два. Это навскидку — точно сказать не могу.
Догадываюсь, что, должно быть, давно дома и в безопасности, но нет-нет, а в голове возникают неприятные картинки и тело резко швыряет в пот.
Не, отец точно распетлял. Должен был.
Тру ладонями лицо. Громко выдыхаю.
Вообще, так тупо всё получилось.
Димона и раньше прессовали. В одном из центральных районов города, где базировался клуб — сильно.
Вешали всякую дичь, бесконечно доебывались. Утверждали, будто в заведении приторговывают наркотой и девками. Но так, чисто припугивали, чтобы не баловались, с каждым разом всё больше повышая таксу.
Шли торги. Когда не удалось найти коннект — было принято решение переехать под крыло к более сговорчивым людям. На новом месте ничего не предвещало беды, но в итоге прижали даже жестче, чем когда-либо.
— Ясно, к чему был тот разговор у тебя дома, — произносит, оскалившись Егор, долго за мной наблюдая.
Уткнувшись затылком об стену, смотрю прямо. Арина спит, свернувшись клубком. Время тянется, будто резина. Единственное, что остается, чтобы хоть как-то разбавить скучное ожидание — попиздеть с другом.
— Какой именно?
— Чтобы не трогал Дашу.
Хмыкаю в ответ. Изолятор тесный и вонючий. Хочется скорее отмыться до скрипа, чтобы избавиться от тошнотворного запаха, въевшегося в одежду и под кожу.
— Так к чему?
Выводы Егора меня мало волнуют, но раз завёл эту тему — то ок, разберем. Мне-то что.
— Потому что себе её хотел.
Шаркая подошвами кроссовок по полу, тяну губы в улыбке.
— Ей восемнадцать, друг. Тебе двадцать три. Я просто пытался оградить Дашу от твоих блядских поползновений.
— Кто бы говорил, Мир…
Тон обиженный, но извиняться я не планирую.
Встав с койки, опускаю руки в карманы штанов и начинаю расхаживать из угла в угол.
На улице светлеет. Меня рубит от усталости. Развернуться здесь негде, но хоть какое-то разнообразие и способ размять тело.
Сжимаю пальцы в кулаки. На коже до сих пор иллюзорно ощущается гладкость светлых волос. Трогать и перебирать их мне понравилось. Такой себе антистресс несмотря на то, что ноги онемели сидеть в одной и той же позе много часов подряд, пока Даша спала.
 
— Ну раз не для себя, то я могу всё же попробовать? — интересуется Егор. — Буду нежным и осторожным. Не обижу. Не кину. Обещаю.
— Хуй тебе.
Болтовня друга отвлекает, но и раздражает не меньше. Он шутит? Провоцирует? Или правда хотел бы попробовать?
На самом деле — всё честно. Я с первого раза понял и принял требования Даши не лезть к ней без серьёзных намерений. И раз я не планировал ничего большего, то этого (чисто теоретически) вполне может захотеть кто-то другой. Почему нет?
Действительно, почему, блядь, нет?
— Мы вместе ходили в кино. Я рассказывал?
Зло ответив: «Ага», продолжаю мельтешить перед глазами.
— Узнавали друг друга, общались… Такая она славная девочка. У неё вроде как богатые родаки… Можно и в ус не дуть, да? Но Даша не собирается жить на чужие деньги. Мечтает зарабатывать и быть независимой. Это ценно. Я таких ещё не встречал.
Пыхчу от недовольства, падая на койку. Из-за однообразия уже тошно. Пытаюсь понять, насколько хорошо лично я узнавал Дашку — и терплю поражение.
Нарочно задеваю носком кроссовок Егора. У него до того дебильное выражение лица, когда вспоминает обыкновенный поход в кино, что так бы и заехал...
— И ты, конечно же, решил помочь с трудоустройством. Вот только с клубом получилась лажа, — качаю головой. — Больше так не делай.
Особенно инородно Даша смотрелась в изоляторе. Такая красивая, чистенькая, вкусно пахнущая… И в этой помойке. Куда годится?
— Я же не знал, что так выйдет, — разводит руками. — Думаю, может стоить сводить её на концерт или в аквапарк, чтобы поднять настроение после задержания? А? Как думаешь, что лучше подойдёт для второго свидания?
Нервная система сбоит. Следом за одной клеткой уничтожается и следующая.
— Я по романтике как-то не очень. Да и не имеет смысла перебирать варианты, потому что никакого свидания не будет.
Арина ворочается и начинает возмущаться, что сильно мешаем.
Благополучно игнорим.
Я ни с кем и никогда не ссорился из-за девок, но проблема в том, что Даша — это другое. И нет, я не пытаюсь пристроиться на двух стульях. Сегодня — окончательно определился.
— Почему? — настойчиво лезет Егор. — Ты на ней залип?
— Ну. И что?
Распинаю взглядом. Сидит, сука, потешается. Весело ему.
— Так да или нет?
— Не припоминаю, чтобы я записывался к тебе на исповедь.
Друг ухмыляется и трогает Арину за волосы, пародируя меня же.
— Ты бы видел себя со стороны... Такой довольный и поплывший, когда гладил Дашку по плечу и голове. Боялся шелохнуться, чтобы не разбудить. Но вот проблема — сказать банальное: «Да, я залип», почему-то стесняешься.
— Ты совсем ебнулся? Я не стесняюсь.
Наши взбудораженные голоса перебивает лязг замка. Подхватываемся, словно по команде.
— На выход, пацаны.
Тормошим Арину. Толкаясь, направляемся с изолятора на свободу.
На улице совсем светло — хорошо видно даже сквозь пыльные решетки и окна.
На проходной стоит Димон. Помятый. Поникший. Злой. Ясно, что дела плохи. И это сильно напрягает, потому что за последний бой я не получу ни копейки. Выиграть то выиграл, но зрителей выгнали, выручки не было и ставок, соответственно, тоже.
Пиздец. По всем фронтам.
Охранник отдает наши вещи. Ключи, доки, телефон. Распихиваю их по карманам.
Пока не попрощались — перетираем обстановку.
Клуб придется закрыть. Крышевать нас больше нет возможности. Пока что решение временное, но всё же оно хуевое.
У меня была ещё одна подработка в автосервисе, но платили там мало, если сравнивать с прибылью от боев. Пару выходов и мне вполне хватало на безбедную жизнь и аренду. Теперь однозначно придется потуже завязать пояса.