Японская фантастическая проза
В порту Яидзу было пустынно. Все рыбачьи шхуны ушли на промысел. Даже под брезентовым чехлом Онодэра узнал глубоководный батискаф на палубе сторожевого судна сил безопасности «Хокуто».
— Привет,— обрадованно встретил Онодэру доцент Юкинага, специалист по геологии морского дна.— Извините, что так нескладно получилось. Я слышал, вас отозвали из отпуска...
Шум лебедки, грохот наматываемой якорной цепи, свистки, беготня на палубе удивили Онодэру. Он взглянул на часы:
— Неужели выходим?!
— Да, решили сделать это пораньше,— доцент озабоченно посматривал на пристань.— Ведь если газетчики учуют, куда и зачем отправляется «Вадацуми», хлопот не оберешься.
— Так ведь они уже обосновались на метеосудне,— усмехнулся Онодэра.— В таких делах прыти им не занимать. Кажется, они даже зафрахтовали гидроплан гражданской авиации.
— Н-да, размах,— Юкинага пожал плечами.
«Интересное у него свойство,— подумал Онодэра.— Почти все время в открытом море, а нисколько не загорает».
— Да,— продолжал Юкинага,— к чему такой ажиотаж? Ведь ни в чем никакой ясности. Я думаю, мы и на месте едва ли что выясним.
— Так-то оно так, но ведь у газет сейчас своего рода засуха,— сказал Онодэра.— Читателю до смерти надоели статейки про жару и нехватку воды.
— В таком случае,— Юкинага сощурился от яркого солнца,— надо ждать большого скандала... Если они хоть что-нибудь разнюхают о неполадках в строительстве второй супер...
— Так вы в курсе дела? — Онодэра с нескрываемым удивлением посмотрел на доцента.
— Да,— тихо ответил Юкинага.— Приятель получил спецпоручение изучить эту проблему. Хорошо, если все сведется к геологическим особенностям тамошней местности. Тогда все ограничится техническим решением проблемы в пределах строительного участка. А вот если окажется...
— Да,— кивнул Онодэра.— И если это еще свяжут с извержением Амаги, то шумихе не будет конца.
Юкинага приветственно помахал рукой. По бетонной пристани, обливаясь потом, спешил полный коренастый человек. Своими вещами он то и дело задевал за столбики для сушки сетей. Наступив на валявшуюся в туче зеленых мух рыбину, он едва удержался на ногах. Наконец, человек добрался до корабля.
— Поторопитесь, пожалуйста,— улыбаясь, сказал Юкинага,— сейчас отходим.
— Без меня?! — возмутился вновь прибывший.— Только попробуйте! Догоню вплавь!
— Ну зачем же вплавь? — доцент принял из его рук чемодан.— Онодэра-сан, профессор Тадокоро.
— Я из фирмы КК, которая занимается разработкой шельфов,— уточнил Онодэра.— И мне особенно приятно познакомиться со столь крупным вулканологом...
— Моя специальность — геофизика,— перебил профессор,— но лезу во все, вот и зачислили в вулканологи.
Бросив вещи на палубу, профессор Тадокоро направился к зачехленному батискафу. Отвернув брезент, он похлопал по стальному боку. Батискаф походил на миниатюрную подводную лодку.
— Вот он какой! Я неоднократно обращался к вашему директору с просьбой разрешить мне воспользоваться им.
— Очень много заявок,— поспешил объяснить Онодэра,— но скоро со стапелей сойдет «Вадацуми-2», тогда будет легче...
— Конструкция, кажется, та же, что и у «Архимеда». Значит, можно погрузиться на десять тысяч метров? — профессор Тадокоро, вздернув синий после бритья подбородок, внимательно смотрел на Онодэру.— И такой аппарат использовать для изучения морских течений на шельфе! Это все равно, что ножом для разделки бычьих туш потрошить курицу.
— Вообще-то эта штука не без фокусов,— Онодэра любовно погладил корпус батискафа,— у него длительность пребывания под водой зависит от глубины погружения. На глубине пятьсот метров можно болтаться хоть целый день, а вот если глубина превышает две тысячи метров, время резко сокращается. Начинает барахлить балластная система. Короче говоря, перед каждым погружением на большую глубину ее надо тщательно проверять.
— А сколько раз на такие глубины вы уже погружались?
— Четыре раза до девяти тысяч метров, два — свыше десяти. Никаких ЧП при этом не произошло, но...
— А если опуститься до Марианской впадины [2], выдержит? — спросил профессор.
— На «Вадацуми-2», пожалуй, можно будет... Тем более, что его оснастят сердечниковым шаблоном...
— Юкинага,— словно что-то вспомнив, профессор Та-докоро отошел от «Вадацуми»,— нам следует поговорить.
Полуобняв доцента за плечи, профессор скрылся с ним в каюте. Онодэра остался один возле батискафа. Судовой офицер сделал обход, проверив наличие членов экипажа и пассажиров. Прозвучала сирена к отплытию. Отдали концы, за кормой вскипела белая пена, и серо-голубое патрульное судно водоизмещением в девятьсот пятьдесят тонн, легкое и быстрое, отошло от причала.
Онодэра достал из портфеля фирменную папку и просмотрел документы о передаче «Вадацуми». Кажется, все в порядке. Регулировкой батискафа он займется в открытом море, к вечеру, когда станет прохладнее.
Тут на палубе появился коренастый мужчина. В зубах он держал погасшую трубку, вырезанную из кукурузного стебля.
— Как? — удивился Онодэра.— И ты здесь?
— Да, понимаешь, не могу я положиться на бумаги. Неспокойно как-то,— он нервно засмеялся. Это был штурман Юуки, управлявший «Вадацуми» при прошлом погружении.— И потом, что хорошего на берегу? Жарища. А тут я помогу тебе наладить аппарат.
— Я думаю, до острова Хатидзё управимся,— сказал Онодэра,— а оттуда ты можешь вернуться самолетом. Ведь ты порядком устал, наверное?
— Посмотрим,— Юуки сплюнул за борт и выколотил трубку.— Эта посудина быстроходная, так что до Хатидзё доберемся быстро. А нам нужно разобрать преобразователь хода второго винта. Он не всегда переключается на обратный ход.
— В документации что-то там говорится о царапинах на дне гондолы. Надеюсь, ничего страшного? — Онодэра заглянул под батискаф.
Под поплавком находилась тяжеленная овальной формы вращающаяся гондола из сверхпрочной молибденовой стали.
— Ерунда. Пустяковая царапина. Но немного пострадал боковой иллюминатор. Я привез для него запасной плексиглас.
По заказу Союза рыбопромышленников «Вадацуми» занимался исследованием шельфа у выхода из залива Су-руга. Поэтому он и находился на борту крупного траулера в порту Яидзу. В это время поступило сообщение о затонувшем острове, и в район происшествия на судне метеослужбы выехала комиссия. По словам Юуки, просьба прислать «Вадацуми» исходила от одного из ее членов — океанолога, весьма авторитетного в Управлении науки и техники.
— А еще какие-нибудь новости поступали? — Онодэра внимательно разглядывал небольшую фигуру Юуки.— В последнее время слишком нервно стали реагировать на все, что может быть связано с вулканическим поясом Фудзи. А, собственно, что произошло? Ну, затонул какой-то необитаемый остров!..
— Кажется, не совсем необитаемый,— Юуки криво усмехнулся, и сразу стало видно, какое у него усталое лицо.— Говорят, там были канакские рыбаки. Иногда они укрывались на острове от ветра.
— Значит, они были на острове и спаслись?
— Да. В ту ночь у острова стояла рыбачья шхуна,— сказал Юуки, усаживаясь на бухту каната.— Ну, их и спасли, а потом вроде бы пересадили на метеосудно...
— Ты плохо выглядишь...— Онодэра положил руку ему на плечо.— Может, немного отдохнешь в каюте? Все равно регулировкой я займусь вечером.
— Начни пораньше,— посоветовал Юуки.— А то не успеешь — ведь эта посудина мчится со скоростью двадцать пять узлов. Что твой миноносец.
— Так-то оно так, но погружаться все равно будем завтра.— Онодэра потянул Юуки за руку и заставил его встать.— Иди отдыхай.
— Черт возьми, не иначе как я отравился гелием... в акваланге! — попробовал пошутить Юуки.— Ладно, пойду... Я буду обеспечивать тебе связь с судном...
3
«Хокуто» на хорошей скорости продолжал идти к югу. Послушавшись совета Юуки, Онодэра решил не дожидаться вечера. Сменив нужные детали в преобразователе хода и проверив двигатель, он занялся иллюминатором, после чего тщательно отрегулировал магнитный выключатель выброса балласта. Уменьшив количество стальных шаров в балластных отсеках, он положил в качестве вспомогательного донного балласта две направляющие цепи. Теперь, даже если случится непредвиденное — раскроется какой-нибудь из балластных отсеков и произойдет выброс шаров,— можно будет сохранить погружаемость, регулируя количество бензина в поплавке.