Японская фантастическая проза
Беспрерывная эксплуатация дала себя знать: на семнадцатый день в. двигателе «Кермадека» обнаружились неполадки, пришлось отменить погружение. Профессор Тадокоро, запершись в офицерском салоне, погрузился в вороха свежих данных. Онодэра, борясь с вялостью всего тела, вместе с механиками «Такацуки» угрюмо и молча ремонтировал «Кермадек».
Наконец на девятнадцатый день с небольшим опозданием прибыло инженерное судно специального назначения «Ёсино». На «Такацуки» поднялся радостный крик, когда над горизонтом показались три радарные мачты и огромная .параболическая антенна космической связи «Ёсино». На его низкой корме по обеим сторонам ангара, в котором обычно держали гидросамолеты, на рельсах стояли большие подъемные краны, из-под кормы виднелись манипуляторы. Краны с легкостью могли поднять на корму подхваченный буксирным канатом «Кермадек» и так же без труда спустить его в воду. Это сулило значительное облегчение работ.
На «Ёсино» прибыл Катаока, маленький, по-мальчишески круглолицый, почти коричневый от загара молодой человек с блестящими глазами.
— Извините, задержались! — сияя улыбкой, сказал Катаока в микрофон с капитанского мостика.— Немедленно приступим к перегрузке. Здесь и Наката-сан и Куниэда-сан. Скоро на связном самолете прилетит и Ямадзаки-сан. Вы ведь намерены здесь провести совещание?
Когда собирались сесть на катер, чтобы перебраться на «Ёсино», капитану «Такацуки» передали радиограмму. Пробежав ее глазами, капитан протянул лист профессору Тадокоро.
— В Хаконэ появились признаки извержения,— хмуро сказал капитан.— И на острове Миякэ начался подземный гул» Вовремя мы освободились» приказано немедленно идти на Миякэ»
Уже спущенный на воду желтый «Кермадек», покачиваясь на буксирных канатах, медленно подплыл к корме «Ёсино». Как только закончилась перегрузка, «Такацуки», разрезая волны, стал быстро удаляться. Онодэра и Юкинага помахали ему вслед.
— Тут не до прощального обеда! — грустно усмехнулся Наката»— Что будем делать? Сразу качнем совещание?
— Разумеется! — решительно заявил профессор Тадокоро.— Представимся капитану и приступим» Где?
— Но прошу вас, прежде разместитесь» пожалуйста, по каютам,— сказал Куниэда»— Потом я провожу вас в штаб-каюту по осуществлению плана Д. Там и проведем совещание.
Через двадцать минут все собрались в штаб-каюте, расположенной в носовой части верхней палубы. На одной стене мигали лампочки компьютера, на другой — висели люминесцентная схема продвижения работ и знакомая всем карта Японского архипелага из лаборатории профессора Тадокоро. В центре каюты находился огромный прозрачный прямоугольник» Внутри он казался пустым, но когда Катаока нажал какую-то кнопку, там появилось цветное стереоскопическое изображение Японского архипелага. Все невольно ахнули.
— Правда, красиво? — спросил Катаока, показывая в улыбке сверкающие белизной зубы.— Это проекционный экран для голографических снимков, разработанный НИИ Управления самообороны. Думаю, это первый в мире экранный блок реальных, а не фиктивных изображений. Этот необычный блок кажется совершенно прозрачным, но на самом деле в нем содержатся монокристаллы полупроводников.
— Что, снимки, сделанные с воздуха, сразу приобретают в нем объемность? — спросил Юкинага.
— Нет, не так все просто. На основании инфракрасного стереоскопического снимка, сделанного с большой высоты с применением параллактической съемки, изготовляется цветной макет. Потом его облучают лазером и изготовляют голографический диапозитив» который получается при интерференции отраженных от макета лазерных лучей. Вот он, диапозитив.
Вытащив из-под блока небольшой негатив величиной с визитную карточку, Катаока показал его всем. В нем можно было увидеть только какие-то облачка, завихрения, полоски.
— Как интересно...— пробормотал Онодэра.— Значит, на эту штуку направляется лазерный луч, и мы видим это объемное цветное изображение?
— Да. В последнее время очень упростилось изготовление объемных цветных макетов из стереоскопических снимков. Сейчас даже не делают предварительных фотографий. На определенном расстоянии над определенным участком Земли летят два самолета, снимая телекамерой и сразу регистрируя первичную информацию». Только голограммы удобнее для сохранения большого количества стереоскопических изображений.
По мере движения переключателя в экранном блоке появлялись объемные изображения, на некоторых виден был и рельеф морского дна.
Катаока продолжал манипуляции на панели управления, и над объемным изображением стали появляться светящиеся точки, стрелки. На него можно было проецировать данные о тепловых потоках, гравитационном ш геомагнитном полях, вертикальных и горизонтальных движениях земной коры, активности вулканов.
— Подсоединив устройство к компьютеру, вы сможете наглядно представить себе поступающие данные. В общих, конечно, чертах,— оказал Наката.
Это устройство, хранившее в себе микрофильмы нескольких тысяч карт и схем, было гордостью Накаты.
— Пробный экземпляр, разработанный для объединенного штаба самообороны. А мы его взяли, так сказать, целиком и полностью,— сказал Катаока, усмехаясь и нажимая одну за другой кнопки на панели.— Директор НИИ, наверно, получил за это нагоняй.
— Та-ак...— Куниэда всех оглядел.— Может быть, приступим к совещанию, профессор?
Профессор Тадокоро сидел, отвернувшись к стене, и, сжав голову руками, о чем-то сосредоточенно думал. Юкинага видел лицо ученого в профиль, и его поразило выражение этого заросшего щетиной свинцово-серого лица — на нем читались глубокая скорбь, почти отчаяние.
— Тадокоро-сенсей,— обратился к веду Наката.— Все наши сотрудники на месте, за исключением Ямадзаки.
Мы будем вам весьма признательны, если вы всем нам в общих чертах изложите цель нашего плана и расскажете, что удалось на сегодняшний день сделать для его осуществления...
— Сенсей...— Юкинага подошел к профессору и положил руку ему на плечо.— Вы плохо себя чувствуете?
Профессор вздрогнул, словно от удара током, и вскочил со стула.
— Да-а...— сказал он, глубоко вдохнув и выдохнув воздух.— Да, ведь нужно...
Затем профессор подошел к столу, за которым все расположились. Посмотрел на компьютер, проекционный экран, панели управления, потом странным, словно вопрошающим взглядом уставился на трехмерное изображение Японского архипелага. По мере того как он вглядывался в вереницу знакомых островов, лицо его постепенно оживало, глаза заблестели.
— Интересное приспособление...— пробормотал Тадокоро.— А можно проецировать более обширные районы Земли? Например, всю западную часть Тихого океана, включая Юго-Восточную Азию?
— Пока это предел,— сказал Катаока, передвигая диапозитив.
Появились изображения островов Бонин, Окинавы, Тайваня, Филиппин, Корейского полуострова.
— Хорошо, оставим это.— Профессор подошел к карте Японского архипелага.— Садитесь, пожалуйста, господа,— сказал он низким, хриплым голосом.— Сейчас я попробую вам кое-что объяснить.
Все расселись за столом. Профессор опустил глаза, казалось, он что-то сосредоточенно обдумывал. Юкинага смотрел на него, не отрываясь, и тут у него ком подкатил к горлу: что стало с человеком за какие-нибудь два-три месяца, как он постарел! Словно десять лет прошло! Поседел, лицо словно маска, морщины, как у дряхлого старика, воспаленные глаза, опухшие веки и это выражение бесконечной усталости...
— План Д...— начал профессор лишенным интонаций голосом,— является планом изучения и исследования возможности больших изменений в геологическом строении Японского архипелага... Гипотеза о возможности таких изменений смутно возникла у меня в результате изучения собранных мною по этому вопросу материалов.
Профессор остановился, вздохнул. .
— Речь идет о предполагаемых изменениях огромного масштаба, которые могут нанести непоправимый ущерб нашей стране... и даже о таких изменениях... в результате которых Японский архипелаг... может... вообще исчезнуть...