Японская фантастическая проза
— Обмороженного положите за задними сиденьями поперек! — командовал Онодэра.— Аппаратуру накройте одеялами, а его — сверху и привяжите ремнями. Над ущельями сильно трясет. Больную девушку посадите прямо в спальном мешке на заднее сиденье и тоже хорошенько пристегните. Парня с переломом руки — рядом с ней, а парня со сломанной ногой — рядом с пилотом. Быстро!
Потом Онодэра, хлопнув по плечу пилота, не спускавшего глаз с неба, крикнул:
— Ну, связался?
— Все объяснил, но ответа еще нет,— сказал пилот.— Двигатель вроде исправили. Пилот того вертолета, сержант авиаслужбы Ямагути, мой однокурсник, да еще мы из одной. деревни. Думаю, он сумеет как-нибудь уломать начальство и получит разрешение на полет.
— Ты сказал им, о ком идет речь?
— Да что ты! Сказал, что местные жители застряли после обвала, не могут выбраться...
Кивнув пилоту, Онодэра захлопнул дверцу. За спиной он услышал похожий на визг крик. В этом прерывистом крике было что-то знакомое, и он невольно обернулся.
Яркая, желто-красно-сине-зеленая фигурка, шатаясь, приближалась к нему.
— Онода-сан...
Онодэра вгляделся в девушку. Зыбкое, как легкое облачко, воспоминание никак не принимало отчетливых очертаний. Жалкое личико, все перепачканное косметикой, расплывалось, словно было не в фокусе.
— Онода-сан. Вы же Онода-сан...— приближаясь, говорила девушка.
— Нет, Онодэра,— сказал он, глядя на девушку со все возрастающим изумлением.— Как вы здесь очутились?..
Мако... Кажется, ее полное имя Масуко. Та самая девушка, хостэс из бара на Гиндзе. Она совершенно не изменилась с тех пор, как он видел ее в баре и в ресторане. Миниатюрная, как ребенок, нарядная, как пирожное. Мако и тогда показалась ему очень молоденькой, а сейчас ей можно было дать лет семнадцать-восемнадцать, а то и меньше, в общем совсем девчонка. Масуко бросилась на грудь Онодэре и истерически зарыдала.
— Как мне было страшно! Онода-сан... Мако устала, она не может ходить... Она боится... Спасибо, что пришли спасти меня... А я уж думала — все, конец... Так холодно... так страшно...
«Когда, наконец, эта девчонка запомнит мое имя?» — рассеянно думал Онодэра, успокаивая ее, как малого ребенка.
— Ну, ну, все, все, не надо плакать,— говорил он, чувствуя, что совсем не подходит для роли утешителя — особенно сейчас! — и пытаясь отстранить от себя девушку.— Ну все, я понял... Все уже хорошо. Ну, давай отойдем, вертолет должен взлететь.
— А меня не возьмут? — Масуко испуганно подняла лицо к Онодэре.— Я не хочу оставаться на этой страшной горе! Мако уже и шаху не может сделать. Вы посадите меня в этот вертолет?
— Нет,— отстраняя девушку, сказал Онодэра и повернулся к вертолету.— На этом только больные и раненые...
— Ну он же может взять еще одного человека. Ну, пожалуйста! Ну, умоляю! Вы же, наверное, здесь самый главный!
— Нельзя,— покачал головой Онодэра и махнул рукой.— Скоро прилетит спасательный вертолет.
Масуко, казалось» не слышала последних слов Онодэры. Она выскользнула из-под его руки и с истерическим криком бросилась к вертолету, винт которого крутился все быстрее.
— Стойте! Умоляю! Возьмите меня!
Онодэра инстинктивно дернул Масуко за ворот яркой куртки. Легкая как перышко, девушка отлетела в сторону и упала на присыпанную снегом скалу.
Не обращая на нее внимания, Онодэра дал сигнал к взлету. Шасси вертолета оторвались от земли, и он, набрав высоту, развернулся и стал удаляться.
Когда шум стих, Онодэра попытался связаться с удаляющимся вертолетом. Связь по-прежнему была плохой, но он все же понял, что ответа из Мацумото еще нет.
Выключив рацию, Онодэра взглянул на девушку. Она продолжала лежать на земле, громко рыдая и извиваясь всем телом.
— Кто ее друг или знакомый? — спросил он оставшихся ребят.
Те переглянулись.
— А таких нет,— сказал коротко остриженный парень с усами.
Онодэра с недоумением посмотрел на пария.
— Одного сейчас увез вертолет. Это тот, который попал в снежную лавину. А другой умер...
— Хочешь сказать, что их группа состояла только из трех человек?
— Нет, я тоже был в нем... Но я друг попавшего в лавину, а с ней и с ее возлюбленным Айдзавой, ну, с тем, который умер, я впервые встретился в этом походе.
Онодэра закинул за спину рацию, подошел к Масуко и поднял ее за руку.
— Пойдем в хижину,— сказал он, поддерживая обмякшее тело.
— Что же теперь делать?
— Будем ждать! — сказал он, взглянув на часы. Было семь часов тридцать пять минут.
— А сколько?
— Не знаю. Вам, наверное, известно, что в крае Кан-сай сегодня утром было очень сильное землетрясение и страшное цунами. Погибли сотни тысяч людей. От самолетов остались одни обломки. Тысячи тонн горючего поглотило море. Его не хватает. Даже советские и американские корабли испытывают затруднения с топливом... Прилетит за нами вертолет или нет, в общем, шансы — пятьдесят на пятьдесят...
— А что же будет, если не прилетит?
— Пока даже не знаю...— Открыв дверь хижины, Оно-дэра оглянулся на горную гряду.— Хорошо, если прилетит до того, как усилится ветер... Как бы то ни было, четверых спасли. Если помирать будем, я поддержу компанию...
— Какая безответственность! — заорал скуластый парень, прежде говоривший, что они готовы умереть в горах.— Вы обязаны вызвать вертолет! Оставляете на произвол судьбы?! Вам-то что, у вас же профессия такая...
Уложив Масуко на пол, Онодэра спокойно посмотрел на парня. Тот, побледнев, начал отступать.
— Послушай! — Парень в очках вскочил, как бы защищая скуластого.— Простите, пожалуйста... он, понимаете, со вчерашнего дня нервничает, очень уж устал...
— Я же не собираюсь его бить... во всяком случае пока,— сказал Онодэра, закуривая сигарету.— Кстати, должен вам сказать, я не принадлежу к силам самообороны, хотя давно уже с ними работаю. Я гражданское лицо. Даже не альпинист, а моряк, все время работал на батискафе, глубоководном...
Заметив вдруг, какими глазами все смотрят на сигарету, Онодэра пошарил в кармане и протянул парню в очках нераспечатанную пачку.
— Дайте карту,— попросил Онодэра, передавая парню спички.— В крайнем случае попробуем спуститься вниз.
— Но на склонах такие трещины и обвалы...
— Из Мацумото мы летели на север вдоль реки Итой, обратно возвращались над левобережьем...— Онодэра разложил карту.— Обвалы и трещины в основном на южном склоне, а на северном они не такие уж страшные. Можно обогнуть гору Акакура, выйти на ее противоположный склон и спуститься вдоль реки по ущелью в Отари. Но в Отари плохо. Тут-то и начнется самоо трудное. Есть и другой путь. Еще раз пройти по плоскогорью Фубуки и выйти к Хираива. Здесь расстояние больше, но в Хираи-ва можно будет сесть в грузовик сил самообороны...
— Но если ветер усилится, по Фубуки и шагу не ступить,— сказал высокий парень.— Наверное, лучше спуститься к Отари...
Запищала рация, раздался еле слышный голос сержанта Томита.
— Хакуба слушает, говорит Онодэра,— быстро положив рацию на колени, Онодэра надел наушники.— Хэнри Оушен 8, слушаю вас... Томита-сан! Вы меня слышите?
Сели батареи, и связь нарушалась. Онодэра много раз переспрашивал, пока его нахмуренные брови не разгладились.
— Можете радоваться. Через тридцать минут к нам вылетает вертолет из Мацумото,— сообщил Онодэра, прервав связь.
Ребята радостно зашумели, но Онодэра остановил их, подняв руку.
— Вертолет сначала полетит в Нагано, а оттуда уж сюда. Тринадцатиместный, все сможем сесть.
— А сколько примерно придется ждать?
— Ну, скорость у него двести километров. До Нагано, выходит, минут двадцать лету. Да из Нагано к нам столько же, наверное. Правда, я не знаю, как долго он задержится в Нагано. Но, думаю, что-нибудь через час после вылета будет у нас. Так что еще полтора часа.
Вдруг снова загудела земля. Хижина затрещала, казалось, она вот-вот развалится. Откуда-то донесся приглушенный грохот. Все вскочили. Опять запищала рация. Онодэра поднял рацию с пола, но толчок отбросил его в сторону, и он уронил приемник. Сквозь помехи донесся отчетливый голос: